Драфт
Шрифт:
– Эй, Уильямс, тебя что, в жопу пчела ужалила? – кричит мне тренер, появившийся на льду. – Остынь!
Он дает свисток, и вся команда направляется к нему. Я сбрасываю скорость, пытаясь нормализовать дыхание и утихомирить пульс, бушующий в висках, а затем подъезжаю к скамейке запасных.
Следующие полтора часа я раскидываю по льду товарищей по команде и летаю по арене, как Базз Лайтер. Но так легче. Скорость выбивает дурь.
К концу тренировки я выжат как лимон. Все тело ноет, и я едва нахожу в себе силы добраться до раздевалки. В дверях меня тормозит
– Какого хрена происходит? – сразу переходит к делу он.
Я шумно выдыхаю и отвожу взгляд.
– Если бы тебя сейчас увидел Тиджей, то он бы тут же поделился с тобой запасами фенилэфрина, – добавляет друг.
Усмехаюсь. Но Рид не шутит. И, я уверен, он от меня не отстанет.
– Поговорим вечером, – на выдохе произношу я.
Рид пристально смотрит на меня и кивает, затем поворачивается и заходит в раздевалку. Следую за ним и, скинув вещи, направляюсь в душ, мечтая о том, что горячая вода хоть немного снимет спазмы в теле. И мышцам уже через пару минут и вправду становится легче, в то время как голове – все хуже, ведь ее снова начинают заполнять тревожные мысли о Хлое.
Твою ж мать.
– Так, значит, она просто взяла и ушла? Даже не попрощалась? – нахмурив брови, в очередной раз спрашивает Эбби.
Я в очередной раз киваю.
– Это… странно.
Откидываюсь головой назад на подушку и прикрыв веки, шумно втягиваю воздух. Прошли уже почти сутки с ее ухода, а я все не могу выбросить произошедшее из мыслей.
– Ты звонил отцу?
Распахиваю глаза и поворачиваюсь к Эбби. Она сидит в кресле, поджав ноги под себя. Ее длинные светлые волосы убраны в небрежный низкий пучок. На ней, как обычно, футболка Рида. В ее руках ее любимый пряный раф. Она делает глоток и не сводит с меня взгляда своих кристально чистых голубых глаз, в которых читается волнение.
– Да, я звонил отцу. Он выяснил, что Хлоя Маккалистер – дочь владельца «Хисторикал». Но это я и так знал. А вот чего я не знал, так это того, что средства на первый отель сети были выделены генеральным прокурором и по совместительству отцом Фрэнка.
– Ее жениха?
Киваю, слегка нахмурившись. Это слово дико раздражает.
– Так что у отца есть теория. Скорее всего, между их отцами какая-то договоренность, согласно которой Хлоя вынуждена быть с ним. Потому что я ни за что на свете не поверю, что эта девушка – мазохистка, Эбс.
Эбби облизывает губы и отводит взгляд.
– Это всего лишь твои догадки. Любовь зла. И ты никак не узнаешь наверняка, – едва слышно произносит она.
– Я и не собираюсь выяснять. К сожалению, по ночам я не надеваю красные трусы на синие лосины и не бегаю по улицам ночного города.
– Может, все же к счастью? Прикинь, как твои яйца вспотеют в латексе, – морщится Рид, появившийся в дверях гостиной.
Я закатываю
– Давай не будем обсуждать мои яйца в присутствии моей младшей сестры, ладно?
– Да, есть только одни яйца, которые…
Морщусь.
– Господи, Рид. Я уже сто раз пожалел, что приехал.
Рид смеется. Ну что за идиот.
Он пересекает гостиную и садится на подлокотник кресла, в котором сидит Эбби. Затем целует ее в макушку и поднимает на меня глаза.
– И что? Так и будешь просто здесь лежать?
– Да. Ты же сам попросил приехать. Могу посидеть, если надо.
Рид фыркает.
– То есть даже не попытаешься как-то помочь девчонке?
Вскидываю бровь и поднимаюсь на локтях.
– Помочь? Ты прикалываешься?
– Не-а.
– Я предложил ей помощь, но она просто взяла и сбежала.
– Ее можно понять. Она напугана. Какого хрена ты вообще позволил ей уйти?
– Что значит – позволил? Она ведь не моя рабыня, придурок.
– Парни, может, хватит? – устало интересуется Эбби.
Рид недовольно поджимает губы, а я сажусь на диване и опираюсь локтями в колени. Затем сцепляю руки в замок и подношу его к губам.
Чувство вины пронзает меня насквозь. Я думал, что сделал все возможное для того, чтобы она чувствовала себя со мной в безопасности. Но, видимо, я ошибался. Хотя с чего бы ей вообще мне доверять? Учитывая то, как обращается с ней ее же жених, в мужском поле она должна быть разочарована. Но черт. Я мог бы хотя бы попытаться что-то сделать.
Вот только как бы я вбил ей в голову мысль, что не все мужчины такие ублюдки?
– Хэй, – тихо произносит Эбби, усевшись рядом со мной и обхватив своими хрупкими руками мои плечи. – Ты сделал все что мог.
– Эбс, я до сих пор помню ее взгляд. Мертвый взгляд. Не могу выбросить из головы ту картинку перед глазами. Не могу перестать думать о том, что с ней происходит сейчас. И как Фрэнк отреагировал на ее исчезновение из бара.
– Он выдвинул обвинения за то, что его держали в участке?
Выдыхаю.
– Отец сказал, что сам со всем разберется, поэтому я не допытывался. Если честно, мне глубоко наплевать на этого мудилу.
– Ты переживаешь за Хлою.
Киваю.
– Так найди ее.
– Я что, сталкер? – фыркаю.
– Тебе необязательно с ней контактировать. Ты хотя бы можешь узнавать, в порядке ли она.
– Она не в порядке, – рычу я.
– Мужик, никто из нас не виноват в произошедшем. Давай ты не будешь все воспринимать в штыки, – обороняется Рид.
Подрываюсь с дивана, и Эбби тут же вскакивает следом за мной.
– Не вини себя в произошедшем, ладно? Ты пытался ей помочь. Ты сделал все для того, чтобы защитить ее. И перестань гадать, почему она с ним. Она не выбирала быть жертвой. Всем кажется, что так легко взять и уйти. Но ни один из нас не поймет, каково это – быть морально уничтоженной абьюзером и не знать, что любовь может быть другой. Тебе повезло узнать, каково любить и быть любимым, а ей нет. И ты никогда не испытывал того ужаса, что испытывает она.