Шрифт:
Когда Маленькая Разбойница рассказала Линор о том, какую работу она нашла, та долго смеялась. Закончив хихикать, подруга начала отговаривать девушку от опрометчивых поступков, аргументируя тем, что воровство и грабеж в Городе жестоко караются.
— Да я не думала ни о чем таком! — возмутилась бывшая разбойница. — Просто мне во Дворце предложили поработать помощницей в лавке ювелира, а я не стала отказываться. Что в этом такого, а? Ты меня за кого принимаешь?
— За человека, склонного к грабежам, насилию и разбойному образу жизни! — объяснилась
— Гм, в твоих словах есть правда. Но я действительно не собираюсь грабить старика. Пока, — утешила ее подруга.
Она успела проработать там месяца два-три, когда заметила одну странность.
В лавку ювелира почти каждую неделю приходил один и тот же человек. Человек был худ и печален, он молчаливо подходил к витрине и минут пять рассматривал выставленные там украшения. Затем он морщился, тяжело вздыхал и, нехотя открыв дверь лавки, входил внутрь, будто какой-то жестокий кукольник тянул его за невидимую нить.
Кожа у человека была белая, как мел, волосы — черные и кудрявые, а в чертах лица наблюдалась асимметричность, которая, впрочем, не мешала встречным девушкам на него заглядываться. Самой Маленькой Разбойнице он не очень нравился, она предпочитала мужчин более мужественных, а этот был какой-то андрогинной наружности.
Человек молча мялся несколько минут, а потом, безо всяких предисловий, подходил к хозяину и говорил:
— Я хочу купить у вас вот это, — он указывал на интересующий его предмет длинным пальцем.
Обычно он брал кольца. Правда, ни Разбойница, ни хозяин, ни разу не видели, чтобы тот их надевал. Ювелир как-то поделился с девушкой своими тревогами — он вообще больше ничего не слышал о судьбе своих творений, купленных этим типом. Вначале ювелир заподозрил было, что тот скупает их и перепродает в своей части Города, но когда старик навел справки, оказалось, что это не так. Украшения никогда больше никто нигде не видел. Это делало неубедительной и версию Маленькой Разбойницы о том, что у человека было множество жен или любовниц, которым он и дарил украшения. Ведь жены поспешили бы надеть их куда-нибудь, а об этом ювелиру бы обязательно рассказали. Так что они с хозяином лавки пришли к единственно возможному выводу — человек хранил их все дома и любовался на камни в одиночестве, никуда украшения не надевая и никому не показывая. Что же, он имел на это полное право, хотя старику, очевидно, было очень обидно — он был прекрасным мастером и любил, чтобы его вещи видели на людях.
И еще одно было непонятно — откуда у него деньги? В Городе не было богачей, способных на такие траты, об этом ювелир знал точно. Да и Разбойница тоже.
В общем, человек изрядно интриговал — было ясно, что с ним что-то не так, но в чем дело, ни девушка, ни старик не могли догадаться. Отказаться от клиента, который приносил ему половину месячной выручки, ювелир тоже не мог — в Городе его услуги не пользовались особым спросом.
Но, по его словам, человек заходил в лавку каждую неделю, ни одной не пропуская, уже несколько
Брюнет обычно появлялся ближе к закрытию, когда клиентов уже не было, а если в лавке кто-то находился, то ждал снаружи, пока тот не уходил. Старик ему вопросов не задавал, он не любил лезть в чужие дела. Маленькая Разбойница тоже помалкивала до поры до времени, хотя ее любопытство разгоралось все больше. Но однажды хозяин все же не выдержал:
— Простите, — спросил он мужчину. — Вы мой давний клиент, каждую неделю приходите.
— Рад, что вы заметили, — сухо ответил тот.
— Да, — продолжил ювелир. — И я хотел вам задать один вопрос.
Мужчина выжидающе посмотрел на него.
— А зачем вам все эти украшения? — старик улыбнулся самой своей вежливой улыбкой, рассчитанной на придирчивых клиентов.
— А почему это вас волнует? — спросил мужчина холодно. Видно было, что расспросы ему не по душе, но старик не сдавался.
— Любого взволновал бы вопрос, зачем кому-то раз в неделю покупать по перстню с камнем и откуда у него деньги на такое! Совсем не удивительно, что у меня это вызвало любопытство.
— Меня это удивляет. Меня вообще удивляют люди, которые лезут не в свое дело! — грубо отрезал незнакомец, и старик обижено замолчал.
На этом их диалог закончился. Когда брюнет заявился в лавку на следующей неделе, он ни слова не промолвил, просто ткнул пальцем в интересующее его кольцо.
— 30 монет, — зло сказал старик, выкладывая украшение на витрину.
Мужчина отсчитал нужную сумму, взял кольцо и вышел наружу.
— Вот наглый сын вшивой коровы! — в сердцах выругался ему вслед ювелир, и Маленькая Разбойница удивленно посмотрела на старика.
Во-первых, она никогда не слышала, чтобы тот ругался, а во-вторых, о том, что у коров бывают вши, она не знала.
— Полностью согласна, — поддержала она начальника.
— Вот бы узнать, что он со всем этим делает, — произнес старик, искоса посмотрев на Разбойницу.
— Да и мне бы хотелось… — снова поддержала она его. А потом до нее дошло, что от небольшого частного расследования ее ничто не удерживает.
Со стариком-то было все понятно — он не мог следить за клиентом, ни его старые ноги, ни репутация не выдержали бы такого. Она же, с другой стороны, вполне могла посмотреть хотя бы, где странный тип живет. А потом, как бы ненароком, покрутиться поблизости, поспрашивать соседей…
— Мы скоро закроемся? — спросила она хозяина.
— Да, я уже сейчас буду запирать, — кивнул он, — можешь быть свободна!
— Тогда до завтра! — быстро пробормотала девушка и бросилась наружу.
Мужчина как раз собирался скрыться за углом, так что Маленькая Разбойница припустила следом что есть духу. Она успела вовремя для того, чтобы заметить тень, исчезающую в темном переулке, и побежала вдогонку. Вскоре она нагнала мужчину и пристроилась за ним шагах в двадцати. Будучи разбойницей, жертвы она преследовать умела прекрасно.