Законы рода
Шрифт:
Глава 1
— Ну и что за гадость я успел подцепить?! — буркнул я, внимательно смотря на свой смартфон и пытаясь понять, откуда в него затесался вирус.
Странные надписи на экране, напоминающие дешёвые рекламные баннеры призывали меня поскорее купить мечту любого уважающего себя барона — космический корабль.
С одной стороны — это смешно! Во-первых, любыми исследованиями космоса занимались исключительно высшие аристократы из имперских служб с позволения монархов. А во-вторых, телескопы, засекреченные образцы кораблей, что летают в верхних слоях атмосферы, и заложенные
С другой же стороны, сам факт того, что мой защищённый со всех сторон телефон оказался взломан… Так ещё эти гады столь успешно угадали с моим титулом!.. Откуда им знать, что я сын графа? Людей, которым об этом известно, можно по пальцам одной руки пересчитать… Или я просто накручиваю себя и это просто совпадение?
Мой взгляд привлёк красный крестик в правом верхнем углу экрана телефона, и я спустя миг раздумий всё-таки нажал на него.
«Поздравляем с покупкой! Ваш товар будет доставлен в течение суток!» – вылезло очередное сообщение, от которого меня чуть Кондратий не хватил, и я едва не запустил телефон в стену. И следом мой аппарат сам по себе перезагрузился — и всё: больше никаких следов той гадости в моём смартфоне не было.
— Да чтоб я ещё раз в даркнет залез!.. — зло выругался я, выключил телефон и откинул его в сторону.
Придётся покупать новый…
В дверь постучали и сразу же вошли. Так могли сделать лишь два человека в усадьбе: моя матушка и наш дворецкий, который по совместительству мой страж, помощник, учитель, надзиратель и в какой-то степени даже друг, Морозов Михаил Афанасьевич.
— Ваше Благородие, — почтительно, что совсем нетипично для него, обратился ко мне Михаил.
Обычно мы с ним на «ты», несмотря на разницу в возрасте. Особенно если общаемся без посторонних глаз.
— Да, Михаил, до тренировки ещё полчаса. Я помню, — сразу дал ему знать, что я слежу за временем.
— Я не из-за тренировки. Возможно… — голос дворецкого дрогнул, — её придётся отменить.
— Что произошло? Что-то с наставником Фарксом? — с удивлением озвучил я первое, что пришло в голову.
Этот жилистый мужик, который внешностью и на сорок не тянет, был полон сил и энергии в последнюю нашу встречу…
— Нет, его благородие в полном здравии, хотя… Думаю, ваш дед отзовёт его для консультаций.
Дед? При чём тут он?..
Старика Золотарёва, чья родовая сила магии была основана на превращении металла в золото, правда только на время, из-за чего в народе их знали как «Стыривших золото», я давно не видел. Говорят даже имперский род пострадал от них в давние имена, за что тогдашний самодержец слегка обиделся на предка рода и вписал в отместку их фамилию с ошибкой в родовую книгу дворян. Но ошибка превратилась в фишку, и любители тырить золото, спасибо бардам на Руси, лишь
Много позже враги рода и злые языки придумали называть очистителей выгребных ям золотарями, да только не прижилось подобное язвительное оскорбление, а предки мои по матушкиной линии решили вопрос с фантазёрами радикально. Сейчас где-то по империи бегают наследники обедневшего рода Говночистовых. Правда, все как один отказались от своей фамилии, но сути это не меняет. Если решат вернуть себе статус дворян, то придётся нести из пыльных архивов документы с именно этой фамилией.
Дед имел помимо титула местного графа, имел большую власть в том регионе где он жил, и довольно боевитую гвардию, сражающуюся с монстрами, вылезающими то тут, то там. Его я за всю жизнь не больше пяти раз видел, и последний был на моё шестнадцатилетие. Давно это было. Что-то он с моей матушкой не поделил, потому не особо они горели желанием видеть друг друга.
В тот последний раз дед вместе с отцом тайно навестили меня и сделали очередной «подарок» — десятки лекарств с разных уголков земли, которые мне пришлось долго и упорно поглощать, лишь бы в последний раз попытать счастья исцелиться. И чего там только не было… А уж когда до меня дошли слухи о стоимости этой гадости…
Я уж надеялся, что они оба свыкнутся с той мыслью, что я — магический инвалид, и перестанут пытать меня этой индийской и китайской гадостью. Но нет! Упорства им было не занимать. А уж когда я физически преобразился после этой горькой гадости и стал выдавать в свои шестнадцать лет показатели рядовых бойцов из элитных корпусов воителей…
— Подробностей не будет? Михаил Афанасьевич, на вас лица нет, — подметил его непривычно тревожное выражение лица.
— Новости, вы, видимо, не открывали… — покачал он головой.
— Да, мой телефон последний час странно себя ведёт… Сломался, видимо. Что там по новостям? Излом открылся очередной? Или, быть может, разлом?
— Нет, слава богу, тварей никаких нет. По крайней мере об этом неизвестно… Это касается вашего отца.
Старик подошёл к моему столу и взял пульт от начавшего покрываться пылью телевизора.
В своей комнате я убирался сам, не пуская сюда прислугу, ибо некоторые вещи им знать было нежелательно. Думал, старик будет брюзжать за беспорядок, но ему, видимо, плевать.
Михаил включил телевизор, нашёл первый новостной канал и перемотал на недавний выпуск новостей.
'Закончилась спецоперация по поиску предателей среди аристократов Краснодарского княжества под руководством нескольких графских родов и военных специалистов императорского двора. Наши источники и пресс-служба императорского двора сообщают, что пытались арестовать графа Берестьева Дмитрия Михайловича.
В родовом поместье возник пожар. Как утверждают уполномоченные лица, поджог был организован графом Берестьевым в попытке уничтожить улики. По меньшей мере тридцать пять человек погибло, в том числе двенадцать бойцов спецподразделения и руководивший операцией граф Грачевский Остап Вячеславович.
Обслуга замка была своевременно эвакуирована, сам глава рода погиб при попытке бегства, а его сын Владимир арестован и помещён в специзолятор для высокородных одарённых дворян. Приносим свои соболезнования семьям погибших и пострадавших оперативников и роду Грачевских'.