Дракон на страже
Шрифт:
— Но… ведь они подчиняются Черной Руке.
Томас снова покачал головой:
— Нет, Джейсон, я так не думаю. Хотя им на руку зло и хаос, которые разжигает Черная Рука, все, что происходит, позволяет предположить, что Бреннард может командовать ими не более, чем мы с тобой. Тогда — кто? Мы должны это выяснить.
Джейсон невольно содрогнулся. Все это звучало зловеще.
— Гэйвен знает, чем ты занят?
Томас сжал плечо мальчика:
— Он — единственный, кто знает. Теперь еще и ты. Я не собираюсь широко оповещать об этом всех. Со мной можно будет связаться
— Я понял, — тихо ответил Джейсон.
Он действительно понял, но ему все это не нравилось.
— Мы что-нибудь можем сделать для Элеоноры?
— Пока что мы этого не знаем. Возможно, у нее истощение сил из-за работы с Дженнифер, или… что-то еще.
Дженнифер была юным Магом, как и Джейсон, но она столкнулась с темной стороной Магии, которая потрясла и испугала ее, и полностью замкнулась в себе. Элеонора хотела ее вылечить, даже в том случае, если девочка вообще не вернется к занятиям Магией. Дженнифер — 16 лет, и в прошлом году в летнем лагере она была инструктором у Тинг и Бейли. Каким далеким казалось теперь то время.
Томас пощекотал у своего ворона перья на груди, чтобы тот проснулся, потом вытянул руку и подбросил его. Птица бесшумно взмыла в воздух и отправилась искать дерево для ночевки.
— Сегодня ночью соберется Совет. Я хочу, чтобы ты пошел туда и рассказал все, что сообщил мне, — сказал Томас.
— Ох. Опять начнутся бесконечные споры.
— Ты прав, — рассмеялся Томас. — Но каждый имеет право высказать свое мнение.
— Слишком много мнений и пустой болтовни, — пожал плечами Джейсон. — Я, конечно, сделаю, что смогу.
— Сделай. И главное, сделай то, для чего ты предназначен. Найди последние Врата, которые откроют Убежище и закрепят его. Нам это необходимо. Всем нам.
Джейсон наклонил голову, разглядывая свои ботинки.
— Я стараюсь, — пробормотал он.
Он чувствовал себя неуверенно в качестве Стража Врат, потому что не знал точно, как они открываются, и действительно ли это его призвание. У каждого Мага своя специальность, но кто сказал, что эта — его? Магия такая обширная…
— Я знаю, — продолжал Томас. — Я понимаю, что если попрошу тебя еще больше стараться, это все равно не поможет, потому что ты и так делаешь все, на что способен. Не позволяй Черной Руке отвлекать тебя. Вполне возможно, сейчас это его главная цель. Твое сознание должно быть ясным.
Дом внизу, под ними, казалось, ожил.
— Тебе лучше вернуться, — заметил Томас. — Время ужина. Я думаю, не стоит допускать, чтобы тебя застали здесь, на крыше.
Джейсон обнял индейца:
— Береги себя.
Томас сначала удивился, но потом довольно улыбнулся:
— Постараюсь, юный Маг.
Джейсон прокрался по карнизу и опять с трудом протиснулся в окно. Интересно, сколько еще он сможет пользоваться этой лазейкой? Все меняется, подумал он, очутившись в своей комнате.
— Ужин! — раздался голос Джоанны.
Неужели прошло столько времени? Урчание в желудке подтвердило это. Джейсон открыл дверь, чтобы спуститься. Собрание Совета Магов
Тайные планы
Антуан Бреннард сидел и смотрел на вечернее небо. Оно было еще не черным, но уже темнеющим; созвездия свидетельствовали о том, что весна скоро сменится летом. Время. Время было вечным и тем не менее существенным. Несмотря на все его способности, Время ускользало от него. Он был пленником Времени, и понесет наказание так же, как и все другие пленники. Ну, не совсем так же… Он уже пережил многих своих современников.
Конечно, это не была целиком его заслуга. Выступив против тирании Серого Грегори и ложного направления Магии, он высвободил разрушительную энергию, которая повлияла на всех живущих, кто хоть немного обладал магическими способностями. Он никак не мог этого предвидеть. Многие погибли еще столетия назад, став уязвимыми для суровых жизненных обстоятельств. Другие были заброшены далеко вперед во Времени, а некоторые оказались как бы застывшими в вакууме, чтобы потом вернуться к жизни здесь, в это время.
Он оказался почти таким же глупцом, как Грегори. Бреннард готов был признать это, но лишь наедине с собой. Тем не менее, у него были честолюбивые замыслы и планы, которые надо было осуществить. В задумчивости он сцепил пальцы рук и тут услышал слабый, едва различимый вздох и вспомнил, что в комнате не один.
Соратники Черной Руки расположились вокруг него — семеро его самых избранных сторонников сидели в разных позах на подушках и в креслах, погруженные в размышления. Три женщины и четверо мужчин. Один из них явно зевал в рукав, устав ждать сообщения, ради которого Бреннард собрал их, но про которое почти забыл. Оглядев собравшихся, Бреннард сосредоточился и произнес:
— Сейчас нам очень важно знать наших врагов так же хорошо, как мы знаем самих себя. Я созвал вас для отчета. — Он опять обвел взглядом присутствующих: лица у всех стали напряженными. — Во-первых… доктор Анита Патель, из Совета Грегори. — Он положил руку на жезл, лежащий у него на коленях, и поднял его. Жезл напоминал кобру с раздутым капюшоном, держащую кристалл в раскрытой пасти. Кристалл был сильно поврежден — тусклый, весь покрыт черными трещинами. — Она предала их ради нас, но я не доверяю предателям. В любом случае больше она не должна нас волновать.
Он уронил жезл на пол, и по кристаллу поползли новые трещины. Сидевшая ближе всех к Бреннарду женщина невольно содрогнулась и отвела взгляд от жезла. Кристаллы владели их магической жизнью. Глядя, как разрушается один из них, они словно наблюдали за тем, как разбиваются их сердца. По лицу Бреннарда пробежала тонкая усмешка.
Он молчал, когда в зал тихо вошел Джоннард и сел, скрестив ноги, на шелковую подушку в углу. Его темные волосы были зачесаны назад и влажно блестели, словно он только что принял душ. Джоннард откинул голову, любуясь закатом, но Бреннард знал, что сын внимательно следит за происходящим, и продолжил, добавив металла голосу: