Дракон
Шрифт:
– Тяжелая пехота, - сказал кто-то.
Вирт постучала меня по плечу. Я подскочил, но она вежливо сделала вид, что ничего не заметила.
– Их щиты недостаточно длинны, чтобы закрыть ноги, и они поднимут их, когда мы начнем метать дротики, поэтому...
– Я понял, - кивнул я.
Мне показалось, что врагов не меньше четырех или пяти тысяч, то есть в десять раз больше, чем нас. Конечно, оборонительные позиции занимала не только наша рота. Интересно, подумал я, сколько здесь наших солдат? Меньше,
– Новобранцы, - заметил кто-то.
– Они побегут, если мы их тепло встретим.
Нэппер скалил зубы, казалось, он с трудом сдерживается, чтобы не броситься на врага. Рядом с ним стоял Элбурр, постукивая дротиком по земле и насвистывая.
– Босс, чего ты ждешь?
– Я не могу убежать, пока они на меня смотрят.
– Но почему?
– Потому что... я не знаю, не могу, и все.
– Босс...
– Метнуть дротики!
– послышалась громкая команда, и все, кроме меня, повиновались.
Враги успели подойти ближе, ярдов на сто, и как только в них полетели дротики, они побежали. Полет дротиков был похож на кусок огромного металла, который мы бросили навстречу бегущему неприятелю...
– Метнуть дротики!
... который их даже не заметил, и я швырнул свой дротик и почти сразу же потерял его из виду. Тут только я вспомнил, что нужно было целить вниз, но эта мысль показалась мне слишком сложной, я схватил второй дротик и...
– Метнуть дротики!
... бросил его, уж не знаю, куда он попал, потому что неприятель оказался ужасно близко, я схватил третий дротик...
– Приготовиться к схватке!
... и переложил его в левую руку, перехватив шпагу в правую, а вражеские солдаты уже добрались до рва, все кричали, в том числе и я, а потом перед самым моим лицом возник деревянный щит, я воткнул в него дротик и использовал в качестве рычага, чтобы отбросить щит в сторону, после чего рассек чье-то лицо. Я попытался пойти вперед, но дорогу мне преграждала проклятая куча земли, и я нанес еще один удар, попал в чей-то щит, опустился на колени и сделал выпад кому-то в ноги, но тут Вирт потянула меня назад, и я услышал, как она кричит:
– Влад! Влад! Все закончилось! Разве ты не слышишь барабан?
Несколько мгновений я стоял, тяжело дыша, а потом, охваченный изнеможением или отвращением, я и сам не понимал, что со мной происходит, повалился лицом вниз. Потом перекатился на спину и так и остался лежать, глядя в небо и прерывисто дыша. Странно, но только после этого я стал слышать крики и обращения к различным богам. Рядом кто-то тихонько стонал, но я не стал поворачиваться. Я хорошо представлял себе, что увижу, если посмотрю: повсюду тела, многие еще живы, но тяжело ранены. Мне хватило звуков.
– Ты ранен?
– Нет, - услышал я собственный голос, и
Неожиданно надо мной появилось лицо Нэппера. Я не мог понять, что оно выражает, поскольку лицо оставалось перевернутым. Он был весь забрызган кровью - и лицо, и одежда. И это выглядело вполне естественно.
– Из тебя будет толк, восточник.
Если бы я мог, то убил бы его на месте.
Я пролежал пять или десять минут, пока рядом со мной не опустился на колени незнакомый человек.
– Нужно снять куртку, - заявил он.
– Прошу прощения?
– Куртку необходимо снять.
– А разве прежде нам не следует познакомиться?
На его лице промелькнула быстрая улыбка, словно он уже не раз все это слышал, и кто-то схватил меня за плечи и приподнял. После чего попытался снять с меня куртку.
– Подождите минутку, - попросил я.
– Ты предпочитаешь истечь кровью?
– Я...
– Я опустил взгляд и увидел разрез на куртке, сквозь который сочилась кровь.
Будь я проклят. Я ранен. Во всяком случае, у меня теперь появились основания лежать на спине и смотреть в небо.
Самое смешное, что я до сих пор ничего не почувствовал. Да, я умудрился получить ранение. Точно я сказать не мог, но, похоже, примерно в том же месте, что и несколько дней назад. Нойш-па сказал бы, что моя защита в четвертой позиции оставляет желать лучшего. Мне нужно...
– Куртка?
– сказал лекарь.
– Можно снимать, - разрешил я.
Он стащил с меня куртку, и на землю выпали четыре ножа, пара сюрикенов и три маленьких дротика. Лекарь с сомнением посмотрел на меня.
– Что?
– спросил я. Он покачал головой:
– Ложись.
– Это я могу.
Он вылил какую-то жидкость мне на бок; она оказалась холодной, но боли я все еще не чувствовал. Однако ощутил, как на лицо мне упало несколько капель дождя, а потом еще и еще. Первые показались приятными, но потом я их возненавидел, теперь мне хотелось только одного - побыстрее выбраться из грязи.
Грязь.
Боги, как я ненавижу грязь! Раньше я этого не замечал, но теперь понял, что буду ненавидеть ее до тех пор, пока меня в ней не похоронят. Я всегда считал, что у меня удобные сапоги, пока не начал маршировать по грязи, которая при каждом шаге пыталась их с меня содрать. Иногда ей сопутствовал успех, и мне приходилось выходить из строя, чтобы подтянуть голенища, а потом бегом догонять свой взвод, но даже и без дополнительных усилий я постоянно задыхался. Да и вода, проникавшая в сапоги, не доставляла мне никакого удовольствия. А теперь я лежал в грязи.