Шрифт:
Светлой памяти бабушки Наташи
День рождения зайцев
Поздним вечером, когда Маша уже спала, в коробке под её кроватью плюшевые зайцы Синеус и Трувор отмечали свой первый день рождения. Зайцы были близнецами, и если бы не пятно от акварельных красок на ухе Синеуса и не пришитый чёрными нитками хвост Трувора, то их нельзя было бы отличить.
В гости к зайцам пришли кошка Дуся, кукла Оля и рыжеволосый пупс Куклаваня.
Оля была не какая-нибудь
Кукла Оля всё на свете делала очень правильно. Она всегда говорила «спасибо» и «пожалуйста» и только изредка их путала. «Спасибо, дайте мне кубик», получалось тогда у Оли или: «Пожалуйста вам за обед».
Другой гость зайцев, рыжеволосый пупс Куклаваня, принадлежал к той породе пупсов, что вечно разгуливают с развязанными шнурками, сбитыми коленями и синяком под глазом. Его рыжие кудри были растрёпаны, а на носу рассыпались веснушки.
Куклаваня был одет в джинсовую курточку со множеством карманов: два кармана внизу, два вверху и один на спине. Эту курточку с карманами сшила ему Маша, семилетняя девочка, в комнате у которой жили игрушки. Карманов было много, а Куклаваня один, и он никогда не мог вспомнить, что где лежит.
Зайцы Синеус и Трувор ерзали на своих крошечных табуреточках:
— Ну когда придет День рождения? Почему он не приходит?
— Он, наверное, задержался в школе, — решил Куклаваня. — Там сегодня сторожихе семьдесят лет.
— А что такое школа? — с любопытством спросили зайцы.
— Школа — такое место, где много девочек, и все они набрасываются на тебя и тискают. Я ходил туда вместе с Машей, — похвастался Куклаваня.
— Брр! — вздрогнула кошка Дуся. — Терпеть не могу, когда тискают. Запачкают шерстку, а потом вылизывайся.
— А мне понравилось! Тискаться приятнее, чем мыться. К тому же мыться просто даром время терять, потому что потом всё равно запачкаешься, — заявил Куклаваня.
— Фу, какой ты грязнуля! — сморщила нос кукла Оля.
— Сама ты грязнуля! — обиделся Куклаваня. — Сейчас как тресну тебя по лбу!
— Бить девочек нехорошо, — напомнила кошка Дуся.
— Конечно, нехорошо! — согласился пупс. — Зато увлекательно!
Оля погрозила Куклаване внушительным кулаком:
— Пусть только попробует меня стукнуть! Я большая кукла, а он всего-навсего карапузистый пупс, почти что неваляшка.
Ссора могла перейти в драку, но вмешались зайцы:
— Как не стыдно! Сегодня же наш день рождения!
Куклаваня и Оля покраснели, посмотрели друг на друга и помирились на некоторое время. Они вообще-то были хорошими друзьями, а что ссорились — так кто ж не ссорится. Просто у Куклавани характер был вредный, да и у Оли, надо сказать, не сахар.
— Вы же обещали, что к нам сегодня придет День рождения… А его все нет! Выходит, вы нас надули!
И зайцы принялись
— День рождения приходит, когда все садятся за стол и начинают пить чай, — успокоила зайцев Дуся. — Так всегда бывает, я сто раз видела.
Синеус и Трувор притихли и вытерли друг о дружку мокрые носы. Кукла Оля поставила на плитку чайник и достала конфеты из маленького пакетика. Зайцы сразу же набросились на шоколад и перепачкались до ушей… Куклаваня не мог смотреть на конфеты без содроганья. Он ещё до обеда успел умять целую банку варенья. Но все же на всякий случай спрятал несколько конфеток в карман про запас.
Пока зайцы ели шоколад, а Куклаваня рассовывал сладости по карманам, у куклы Оли вскипел чайник.
— Чай готов, — сказала Оля. — Кто будет его разливать?
— Мы будем! — радостно встрепенулись зайцы и опрокинули чайник Оле на колени.
— Мы разлили чай! — похвалились Синеус и Трувор. — Как ты и просила.
Оля с ужасом посмотрела на мокрый подол платья:
— Вы его не туда разлили, дурашки!
— Ой! — заплакали зайцы. — У нас нет чая! К нам не придёт теперь День рождения. Прости нас, Оля! Мы такие несчастные!
— Ерунда! — легонько шлепнула их лапкой кошка Дуся. — Можно вскипятить новый чайник. А воду мы с пупсом возьмём из аквариума.
На письменном столе Маши стоял большой аквариум с рыбками. Куклаваня и здесь не мог успокоиться и, вместо того, чтобы набрать воду в чайник, предложил вскипятить весь аквариум.
— А рыбки! — испугалась Оля. — Что с ними будет?
— Ничего с ними не будет. Рыбок съест Дуся. Хорошо прокипяченный чай с рыбой — её любимое блюдо.
— Оно, конечно, ничего бы, — неуверенно сказала Дуся, — но Маша станет плакать. Она очень привязана к своим рыбкам. К тому же, если я их съем сейчас, то у меня исчезнет надежда съесть их как-нибудь потом.
— Ладно, — согласился Куклаваня. — Не будем кипятить аквариум. Просто возьмём немного воды. Рыбки не обеднеют.
— Я пойду с вами, — предложила кукла Оля. — А то вы ещё нашкодите там без меня.
— Обойдёмся как-нибудь! — сказал Куклаваня. — Не женское это дело по ночам разгуливать. К тому же у тебя большие ноги и ты топаешь. И смотри не съешь все конфеты, а то я тебя знаю: нас выпроваживаешь, а сама заришься.
— Ах ты, вредный пупс! Когда-нибудь ты меня доведёшь и я тебе все уши поотрываю. Пускай их потом Маша пришивает нитками.
Куклаваня поудобнее уселся на кошку, и Дуся, крадучись, вышла из-под кровати.
Вы, конечно же, замечали, какой страшной представляется иногда комната ночью. Самые привычные вещи принимают вдруг необычные очертания и так пугают, что хочется дрожать от страха. Рубашка на спинке стула топорщится и напоминает человека, который пришел неизвестно зачем, уселся на стул, сидит и, когда ты спишь, зачем-то на тебя смотрит. А фонарь за окном, отбрасывающий на стены зловещие тени? А шуршание в шкафу?