Шрифт:
Пролог
Она сотню лет одна в башне высокой томится — таков жанр и таков закон.
Но не нужны для охраны зверь, для спасенья рыцарь.
Принцесса
сама
Дракон.
#ГрафЭст
Я всегда знала, что гордость и импульсивность однажды меня и погубят. И вот, что мы имеем в финале?
Богами
Почти развалившийся чемодан — два. Собирая его впопыхах, я не слишком заботилась о молнии, дёргала её со всей дури, а хлипенькая ручка и до этого держалась на одних соплях. Какие там вещи внутри, можно только гадать — бросала внутрь всё впопыхах. Не удивлюсь, если прихватила с собой лампу с прикроватной тумбочки или один из горшков с кактусами. Впрочем, хорошее всё-таки было — пачка сигарет пряталась глубоко внутри сумки, чтоб не запалили, а зажигалка ещё щёлкала… да щёлкай же ты, дура такая!..
Три — это то, что в руках телефон с огромным списком контактов. Звони — не хочу. Но беда в том, что я как раз не хочу. Ведь придётся просить выручить. Спасать. Друзья, конечно же, ринутся на помощь… и как же от этого тошно!
От себя самой тошно.
Я не совсем понимала, куда так рвалась и спешила — четыре. Думала, доеду до бабушки, с улыбкой вывалю ей, как соскучилась, как хотела бы помочь с огородом, попариться в баньке, покупаться в речке. Наврала бы про отпуск, а что глаза такие опухшие… так это аллергия, бабушка. Она, треклятая такая, а не какие-то там слёзы. Ни с кем я не ругалась!
И ведь не соврала бы. Потому что с мамой я и правда не ругалась. Просто — нечаянно услышала телефонный разговор. Уж лучше бы задержалась на работе или согласилась идти в бар с девчонками, чем в очередной раз услышала, как хвалятся всеми детьми, кроме меня. Сейчас, успокоившись, я понимала, насколько глупой была причина для такого резкого побега и тихой истерики, но тогда, наверное, это стало последней каплей.
Пятым не самым приятным фактом можно назвать странного типа, что уже минут пятнадцать пялился на меня с другого конца ряда сидений. Потёртая кожаная куртка, глубокий капюшон толстовки, драные джинсы, нервное дёрганье ногой. И либо ему тоже не повезло, как и мне, либо…
Думать о другом варианте не хотелось.
Что он пялился именно на меня — чувствовала кожей. Чужое внимание всегда впивалось в меня россыпью мелких игл, и как бы ни хотелось списать это на излишнюю мнительность или тревожность, в таком я ещё ни разу не ошибалась.
Телефон в руках внезапно ожил и на экране высветилась мамина фотография. Не звонок — просто сообщение. Отвечать совсем не хотелось, но если не сделать это сейчас, она ж обязательно поднимет на уши всех вокруг, а потом не миновать бесконечных обвинений и упрёков.
Изнутри вырвался истеричный смешок. Мама написала только для того,
Вынув сигарету из пачки, я заозиралась. С одной стороны, курить в помещении — как-то некрасиво, да и вещи не жалко, если этот странный тип стащит, так что тащить разваливающийся чемодан с собой не обязательно. С другой — смотрителя на станции не было, так кто мне мешает?..
Полыхнула молния, от порыва ветра задребезжали окна в деревянных рамах, державшиеся там чудом — не иначе. Я вздохнула, убрала телефон в сумку и всё-таки решила выйти на улицу. Свежий воздух определённо не помешал бы, да и вдруг подозрительный парень окажется ярым противником табачных изделий. Начнёт ещё гундосить, мол, какого хрена в помещении…
Я вздрогнула, увидев прямо перед собой типа, который секунду назад сидел далеко-далеко.
— Огоньку? — белозубо оскалился он.
Ишь, как понтуется, что зубы у него красивые все, ровные. Уж не виниры ли часом?
Волосы — рыжие, чуть влажные, прилипшие ко лбу. Глаза какие-то странные, неестественно синие, яркие такие. Линзы, что ли? И откуда он такой, весь из себя модный? Из какого клуба сбежал, да ещё в глушь? Может, наркоман, а где-то тут — закладки? А я мешаю, небось, искать.
— Вот, зажигалка, — пробормотала я и пихнула ему. — Только она не с первого раза…
— Нет, я тебе предлагаю, — улыбнулся он. — Огоньку.
На кончике его пальца заплясало синее пламя. Хах, даже если он крутой фокусник, подкат всё равно так себе.
Это было последним, о чём я успела подумать, прежде чем в глазах потемнело.
Глава первая, в которой происходит действенное убеждение
Мягко пружинящая кровать даже не скрипела, но сонному мозгу это нисколько не показалось странным. Куда приятнее было не думать о чём-то, а нежиться в тёплом одеяле, обнимая огромную подушку.
Вчера, кажется, день совсем не задался. Раз уж я добралась до бабушки, всё скоро должно пойти на лад, поэтому нечего забивать голову дурными мыслями. Нажалуюсь на маму, поплачусь о том, что вот старший сын, конечно, ходит у неё в любимчиках, потому что о нём можно своим подружайкам рассказывать, мол, всего добился сам, живёт в Германии… да и средний — тоже солнышко и мамина радость, докторскую скоро защитит. А что единственная дочь с ней осталась жить и её кредиты закрывать, это как-то ну, абсолютно обычная ситуация. Не требующая никаких благодарностей и внимания.
Проглотила обиду и постаралась не думать о том, что возвращаться всё-таки придётся. Может, ну её, эту практику в школе, да и учёбу тоже ну. Переехать сюда насовсем, стать продавщицей в зоомагазине, тётя Света как раз приглашала в прошлый раз. Кроликов буду гладить, хомякам не давать плодиться, обсуждать Нинку с пятого района, по выходным — на дачу и к речке, а зимой на лыжах ходить. Ещё и бабушка рядом. Это ли не счастье?
Перекатившись на другой бок, попыталась коснуться ковра на стене. Давний утренний ритуал, если можно так назвать это действо, и ведь давно заметила, что если не делаю так — весь день идёт коту под хвост. Так что нельзя без этого обойтись и сейчас.