Драконы
Шрифт:
– Карина, я не буду тебя трогать, пока ты не выздоровеешь, - спокойно сказал он.
– Но каждую ночь ты будешь лежать рядом со мной. И не потому, что я маг и господин. Так надо. Я буду ухаживать за тобой (он еле заметно улыбнулся: впервые использовал это слово в нужном значении). Надеюсь, ты быстро станешь здоровой.
– Он посмотрел на её руку поверх одеяла, вспомнил потрясающее ощущение, испытанное только что, пока он нёс тело этой женщины, от которого веяло… жизнью. И не выдержал - взял её ладонь. Просто пожал её. И замер, наслаждаясь.
Промелькнула здравая мысль, не тянет ли он из неё силы. Хакон перешёл на магическое зрение, чтобы убедиться, что не убивает Карину
Рождение ребёнка - для магов сильное событие. Рождение мага-Дракона - тем более. Две обыкновенные женщины, принимавшие участие в этом таинственном процессе, изменились, сами того не подозревая. Рядом со Сплетающим судьбы появились Открывающие. Поэтому Андре так уверенно подвёл Стеина к девушке. Поэтому так уверенно сказал, что Хакон найдёт свою женщину на следующий день. Вполне возможно, именно их положение Открывающих и помогло им обеим выжить во вчерашней бойне.
Хакон открыл глаза.
Женщина устала бояться. Она смотрела на него утомлённо, еле держа глаза открытыми. Он положил её ладонь, укрыл краем одеяла. И встал.
– Я знаю, что ты потеряла мужа и ребёнка. Помни, что я сказал: я не трону тебя. Спи. Отдыхай и набирайся сил.
И вышел из своих покоев, подвесив покрывало, закрывающее дверной проём, на балке, чтобы тепло от разожжённого неподалёку каминного очага шло к его кровати, к женщине на ней.
Два дня пролетели в заботах и благоустройстве дома. Пришлось ещё чистить подвалы замка, куда женщины отказались входить наотрез - и были правы: иллюзорные драконы не смогли добраться до закрытых помещений в подвале, и там осталась отрава, наложенная заклятием лесного демона-колдуна. Хакон и Стеин чистили эти помещения долго - без использования драконов, с помощью огня.
На охоте удалось добыть двух оленей, а на обратном пути мужчины деревни упросили магов устроить острожную ловлю форелей в горной реке, чуть выше замка. Стоя на берегу, непривычные к такому виду охоты воины-маги только наблюдали за процессом ловли. Неизвестно, как Стеин, но Хакон невольно передёргивал плечами, глядя, как полуголые крестьяне по пояс в ледяной воде бьют острогами или обычными копьями крупную рыбу. Правда, оторопь быстро сменилась сожалением, что они сами не могут принять участие в этой захватывающей охоте: такими были задорными крики мужчин-рыболовов, указывающих друг другу на желанную добычу, так опасно и притягательно краснела прозрачная вода от меткого удара по стремительной и резко ускользающей мишени. Но воины-маги не чувствовали себя лишними на этой охоте: оглядка с берега помогала быть настороже и не забывать, что опасность может таиться везде. А когда выпотрошенные прямо на берегу рыбины были связаны в две тяжёлые связки и уложены на свободную лошадь, Рагнар, довольный, сказал:
– Редко когда приходится рыбачить в полную силу!
И маги поняли его.
Самым трудным делом, как ни странно, оказался сбор лошадиного корма. Ближайший лес просто кишел нечистью. Так что для начала магам пришлось пройти некоторое расстояние, обезвреживая довольно большую площадь опушки. “Посчастливилось”
Вернувшись домой, в замок, Стеин признался:
– Мутная работа. Выматывает.
– Пока не привезём достаточно народу для крепости, придётся этим заниматься часто, - отозвался Хакон.
– Часто, - со вздохом повторил Стеин и ушёл к себе. Он-то уже сдружился со своей Антией и норовил постоянно проводить время с нею. И отнюдь не только для того, чтобы наполняться силой. Хакон понимал его: слишком резким стал переход от мыслей о смерти к наполненной событиями жизни - и молодой маг просто горел эйфорией.
С Кариной было иначе. Хакон понимал, что смерть мужа и ребёнка ещё долго будет тлеть шрамом на её сердце. Две ночи он ложился в постель с этой женщиной, сжимал её ладонь и чувствовал, как она напряжённо лежала рядом. Пока не засыпала, убедившись, что он и в самом деле не будет трогать её. Ему было тоже нелегко - знать, что рядом женщина, которую нельзя. Крепче всего держало его знание, как она изранена. Поэтому чаще всего он брал с собой в постель амулет с заклинанием сна.
После второй ночи он вышел из покоев, одетый в дорогу. Когда все его спутники: Стеин, Фарран (черноглазый парень-молчун себе на уме, как определил его Хакон) и Андре - были готовы и ждали только его, он сел на лошадь, и какое-то неясное чувство заставило его обернуться: на крыльце стояла Карина, которую под руку поддерживала Антия. Она стояла, стараясь держаться в тени каменной стены крыльца, в то время как подруга, не скрываясь, махала свободной рукой довольному Стеину.
7
Подвесной замковый мост поднялся, скрывая за собой старика Олдина и Рагнара, проводивших путешественников до ворот. Было холодно поутру, особенно в тени. Путники хоть и оделись довольно тепло, но всё равно ёжились, пока не согрелись в пути. Маги были одеты в неизменные холщовые рубахи; короткие штаны вправлены в сапоги с длинным голенищем. Короткий, достаточно тонкий плащ прятался под длинным, меховым, с опушкой. Андре кутался в меховую куртку, внутри которой комфортно чувствовал себя в вязаной рубахе и в штанах из толстой ткани - все вещи наскоро нашили ему женщины, едва узнали, куда собираются господа. Фарран был одет так же, как мальчишка, единственное - его куртка была длинней, до бедра, и удобно скрывала мелкое оружие, прихваченное с собой.
… Хакон ехал, вспоминая, что хотел на всякий случай оставить Стеина в замке, но за эти два дня старик Олдин без слов - одним делом убедил, что на него можно положиться. Ни один человек из спасённых не остался без дела: пусть пока бывший десятник был управляющим замком неофициально, но он сумел организовать всех, и ему подчинялись. Его приказы были понятны, и люди понимали, что работают на себя, ради защиты собственной жизни. Стеин, останься он в крепости, был бы в стороне и лишним: он не умел что-то делать своими руками по хозяйству, всё ещё был дичком и сторонился людей, а оттого был бы плохим организатором, если вспомнить его былое одиночество. Да и вряд ли старик Олдин захотел бы тревожить “господина” каким-нибудь вопросом. Зато в походе Стеин, отличный боец, явно не лишний. И сейчас Хакон подспудно был рад, что младший товарищ рядом.