Дракула
Шрифт:
В биографии Мехмеда II, написанной Францем Бабинжером, поднимается вопрос о причинах, подтолкнувших Махмуд-пашу пренебречь осадой Смедерево и остановить кампанию на Сербию. От уважаемого исследователя ускользнул один факт: анонимная хроника, написанная венецианцем, бывшим в Константинополе в 1458 году, объясняет отступление великого визиря поражением, которое нанёс ему некий Влад:
В это время (1458 год), прежде чем уехать из Адрианополя в Моравию, Великий Господин отправил Махмуда-пашу, своего первого сановника, с 30 000 турков, чтобы он охранял проход через Дунай и помешал венграм пересечь его и разграбить страну. Махмуд-паша, оказавшись там и получив необходимые данные, решил пройти через Венгрию и зайти на земли Валахии, которая всё ещё платила дань Турции. Ещё до восхода солнца он оказался у крепости (castello), захватил её и разграбил, угнал 5000 христиан. По
Я в то время был в Константинополе: этот город и Пера были тогда опустошены турками, отправившимися потом в Анатолию. В том случае, если 10 из наших галер были бы на месте, мы могли бы вновь завоевать Перу и Константинополь. Но грехи наши не позволили достичь такой славы для христиан…
Возможно, всё это произошло в последние дни августа 1458 года. Тогда турки должны были напасть на город Турну Северин, расположенный на территории Румынии; он был захвачен венграми в 1419—1420 годы, что объясняет неточность венецианского источника.
Можно предположить, что после яркой победы над турками молодой король решит продолжить военные действия в Венгрии, но всё случилось наоборот. 8 октября Матиаш Корвин захватил в Белграде своего дядю Михая Силаги, и венгерская армия повернула назад. Поскольку Михай был ярым сторонником антиоттоманского крестового похода, он всерьёз опасался, как бы решение короля не стало началом конца.
Имсннно и такой ситуации 10 сентября Матиаш Корвин отправил Бенуа де Бойтора в Валахию. Именно об этом повествует русский рассказ о Дракуле, который содержит детали, услышанные непосредственно в окружении короля, в Буде:
Некогда от Югорского края прииде к нему посол Матияша, влах родом, великих человек. Дракула же повелел ему сести с собою на обеде среди трупия мертвых, и пред ним лежащее кол велик, позлащен. Дракула же вопроси посла:
— Что ради сей кол аз учиних так?
Посол же убоявся и рече:
— Тако, государь, мнит ми ся: некий великий человек согрешит пред тобою, хощеши ему честную смерть воздати паче инех.
Дракула же рече ему:
— Право рек еси; ты еси великого государя кралевский посол, тебе учинен кол сей.
Посол же отвеща ему:
— Я ж, государь, достойная смерти аз содеях буду, твори еже хощеши. Праведны ибо судия от бога поставлен: не ты ми смерть учиниш, но аз сам есм себе.
Дракула же рассмеявся рече ему:
— Аще б еси не тако отвещал, воистину бы еси был на коле сем.
И почтив его вельми, и одарив, и отпустив, глаголя ему:
— Ты по правде ходи на посольство, а прочий да не дерзнут, а иные неумные будут, како им с великими государи говорит?
Та прохлада, с которой вначале Влад встретил посланца короля, легко объясняется двояким положением валашского князя: с одной стороны, он был брошен Матиашем, принявшим сторону саксонцев, с другой — Дракула знал, что он должен считаться с реакцией Мехмеда, часть чьей армии он только что уничтожил. Бенуа де Бойтор использовал всю свою дипломатию, чтобы объяснить Владу политику его господина и необходимость в поддержке саксонцев, которых он собирается щедро одарить милостями во время собрания королевства, приглашённого в Сегедин 6 декабря.
Сейм принял послов Фредерика III, надеясь найти решение в деле о короне, тем не менее была новость и поважнее: благодаря браку с дочерью сербского деспота наследником сербского деспотата стал князь Боснии Лазарь. Собрание завершилось 5 января 1459 года, но решение о короне так и не было принято. Снова воцарилась анархия. Более двадцати магнатов настаивали на избрании Фредерика III королём Венгрии, а 17 февраля предоставили публике манифест, где призывали всех признать эти выборы. Магнат отправил войска, чтобы помешать коронации, которая проходила в Секесфейерваре (Штульвайссенбург, Алба Регалис), но союз Фредерика III с Георгом Подебрадом, королём Богемии, поставил его в трудное положение. В конце концов церемония состоялась в Винер Нойштадте 1 марта. Отныне Фредерик становился королём Венгрии, а его наследники будут пытаться захватить венгерский трон в 1527 году.
И снова в Венгрии разгорелась гражданская война, к великому
Влад не мог простить туркам Турну Северин. Посчитав себя оскорблённым, он прекратил платить дань туркам и лично приезжать ко двору султана, как делал это в 1456—1458 годах, что повлекло за собой тяжкие последствия. Кроме того, чтобы повысить доходы от налогов, Влад затеял настоящую коммерческую войну против саксонцев Брашова и Сибиу. Для начала он выпустил новую монету, серебряный дукат весом 0,60 грамма, образец которого был найден в Тыргушоре, где в 1461 году Влад построил церковь. Нумизматы полагают, что эту монету чеканили уже в новой мастерской Бухареста, куда Влад перенёс столицу страны в 1450 году (первая выпущенная там хартия датируется 20 сентября). Речь идёт о «дукате крестового похода», отчеканенного для оплаты наёмным солдатам за защиту Валахии от нападений. Доказательством этому служит изображение государя на лицевой стороне монеты: он стоит, на голове у него корона, в правой руке он держит длинный крест, а в левой — глобус. Эта византийская модель введена императором Юстинианом I (527—566), позже его примеру последовали Гераклиус и Исаак Комнен, жившие в XII веке [67] . Эксперт-нумизмат считает, что эта монета — «типичное изображение византийского императора в его двух ипостасях — защитника христианства и носителя вселенского блага». На обратной стороне медали выгравирован бюст Иисуса Христа — обычное изображение basileus basileon, короля королей, его уже использовал Мирча Старый между 1400 и 1418 годами.
67
Византийские императоры.
Следующим решением Влада был запрет на свободное перемещение в Валахии торговцев из Брашова и Сибиу, а также ограничение их деятельности по покупке и продаже товаров в трёх городах: Кымпулунге, Тыргушоре и Тырговиште, то есть эти города получали лишь право на хранение и размещение.
Такие меры вызвали недовольство на границах, поскольку саксонцы из Трансильвании не соблюдали ограничения, а продолжали вести свои дела в Валахии, как и раньше. Как складывалась ситуация дальше, нам известно благодаря сохранившемуся посланию претендента на валашский трон Дана (2 апреля 1459 года), который именовал себя «князем всей Валахии» и говорил, что послан Матиашем Корвином в Брашов и Барсу, чтобы записать все жалобы саксонцев на Дракулу. В письме Дан обвиняет Влада в том, что он союзничает с турками, а в советниках у него — дьявол, «внутри него самого» (непереводимая игра слов):
Он арестовал и конфисковал всё имущество торговцев из Брашова и страны Барса, которые мирно направлялись в Валахию; не удовлетворившись и этим, он схватил их и посадил на кол, всего 41 человек. Но и этого ему показалось мало: всё более одержимый дьяволом, он собрал 300 мальчиков из Брашова и страны Барса, находившихся в Тырговиште и других городах Валахии, и решил, кого посадить на кол, а кого сжечь.
А своих людей, которые находились в Брашове, он (тайком) позвал к себе.
Что касается торговых разногласий между Владом и саксонцами, Матиаш Корвин реагировал так же, как и его предшественники: позволял претенденту на трон носить титул князя Валахии и селиться в Трансильвании рядом с границей [68] .
Царствование Влада принимало опасный оборот: пытаясь защитить свою страну от турецких набегов, он вступил и конфликт с Мехмедом II. Защита валашских торговцев и экономики страны обернулась для него враждебностью саксонцев и, косвенно, короля Матиаша Корвина, который позволял двум претендентам на трон Валахии — Дану и Басарабу — жить в Трансильвании. Со временем стало еще хуже, и в письме того же претендента Дана от 2 апреля 1459 года он сообщает боярам Брашова:
68
Второй претендент, Басараб, обнаружился в 1459 году в Сигишоаре, откуда и предложил свою помощь боярам Брашова.
Знайте, я послан королём и знатью, мой господин король дал мне Трансильванию, страны Барсов и Секлеров, чтобы они пошли со мной возвращать мою страну.
Он ждал от них помощи, в первую очередь одежду и оружие. «Моя армия — голая»,— говорил он. В феврале — марте того же года Дан уже заявил о своём намерении перейти в подданство к королю (Фредерику III) и просил оказать ему денежную помощь.
О напряжённом отношении между двумя князьями говорит и то, что 3 апреля Матиаш Корвин запретил Брашову поставлять оружие в Валахию.