Драйв Астарты
Шрифт:
– Нан Цюй интересовался первобытным оружием, – напомнила ему Ээт, пихнув для большей доходчивости локтем в бок.
– Не дерись, я и так слышу. – Лрл шлепнул её по попе. – На счёт оружия я думаю, что боевой топор «kelui» годится для любой книги. Хорошая вещь.
– Огромное спасибо, мистер Лрл, – тайванец улыбнулся. – Если это возможно…
– Вот, – произнес Лрл и извлек из большой картонной коробки топорик с бронзовым лезвием размером с ладонь на полуторафутовой бамбуковой рукоятке, – это не самый лучший образец из мастерской дяди Ктку, но… В общем,
– Какая удивительная вещь… – произнес Нан Цюй, осторожно поворачивая в руке первобытное папуасское оружие. – А кто такой дядя Ктку?
– Это самый толковый мужчина нашей мамы, – вмешалась Ээт. – Он у нас главный по строительству, а раритетные топорики это его хобби. Он их делает для туристов или просто под настроение. Этот kelui не с самым лучшим балансом, но… Дайте.
Девушка взяла из рук тайваньца топорик, взвесила в руке и почти не глядя метнула. Раздался короткий свист и тупой удар. Бронзовое лезвие на дюйм вошло в тяжелую пальмовую колоду, лежащую в дюжине шагов.
– С такой дистанции все ОК, – невозмутимо сообщил Лрл, подошел к колоде, вытащил топор и вернул писателю, – а если хороший баланс, то можно с сорока шагов раскроить противнику череп. В Балием таких штук нет. Только тут, на восточном побережье.
– Замечательно! – Нан Цюй снова повернул топорик в руке, – я вам должен…
Лрл широко улыбнулся и покачал головой.
– Никакой цены. Просто дайте мне любую металлическую вещь в обмен. Это такой обычай, для магии, чтобы ваше новое оружие хотело убить вашего врага.
– Очень, очень интересно! – Нан Цюй порылся в карманах и передал Лрлу круглые механические часы с крышкой, украшенной золотым изображением спящей кошки, – я обязательно опишу этот обычай в своей новой книге. Это важно для понимания.
– Мне представляется, – заметила миссис Натан, – что первобытная эра была слишком жестокой, чтобы мы могли её понять. И, наверное, это к лучшему, что люди с тех пор изменились и стали мыслить совсем иначе в отношении себя и ближних.
– Позвольте мне с вами не согласиться, – улыбаясь, ответил тайванец, – разумеется, при беглом взгляде на первобытность нас шокирует некоторая обыденность жестокости в конфликтах между людьми. Но давайте обернемся и посмотрим на нас сегодняшних.
Нан Цюй многозначительно показал глазами на Диану, которая под руководством Оо приготовилась к выстрелу из «Luftfaust». На её голове уже красовался шлем-сфера, от которого тянулся тонкий кабель к тубусу, лежащему у нее на плече.
Прошло несколько десятков секунд, а потом над катером в километре от берега взмыл клетчатый красно-желтый воздушный шар и под влиянием подъемной силы и ветра медленно полетел по диагонали на фоне лазурного неба с легкими белыми облаками.
Диана повела тубусом вслед за мишенью. Оо оглянулась, в третий раз проверяя, что за спиной стрелка никто не маячит, и не рискует получить
Секунда… Две… Три… Четыре…
«Wow! Fine!», – хором завопили молодые зрители, когда красно-желтый шар лопнул и клочья его оболочки начали медленно планировать в море.
Мистер Натан покачал головой и негромко вздохнул.
– Ну просто как дети, честное слово…
– Это всё-таки игра, – добавила миссис Натан.
– Увы, – Нан Цюй немного грустно улыбнулся, – когда современный человек, якобы воспитанный в духе гуманности делает то же самое, но всерьёз, он подсознательно убеждает себя в том, что это игра. В человеческой деятельности, и сегодняшней, и первобытной, очень тонка грань между безобидной игрой и жестокой реальностью.
– Возможно, вы правы, – согласилась миссис Натан. – То же самое показал Уильям Голдинг в новелле «Повелитель мух». В каждом из нас сидит пещерный человек с каменным топором, и когда он прорывается сквозь оболочку цивилизованности…
Продолжение этой фразы утонуло в свистящем шипении следующего выстрела из «Luftfaust». На этот раз экспериментировала Карин. Первая микро-ракета прошла в нескольких метрах от цели… Оо Нопи быстро протянула руку, четким движением повернула переключатель на тубусе, и сказала: «вторая попытка!». Казалось, что воздушный шар – мишень уже слишком далеко, но следующий выстрел поразил его практически точно в центр, разорвав надвое… «Wow! Fine!».
Нан Цюй с сомнением покачал головой.
– Знаете, миссис Натан, мне кажется, Голдинг слишком упрощает схему движения человеческой психики от безобидной игры к жестокой игре и далее к убийству. Он попытался выразить то, что казалось ему главным в этой схеме, и упустил смысл.
– А про что там у него написано? – Поинтересовалась Ээт. – Ну, типа, какой сюжет?
– Сюжет вкратце таков, – ответил тайванец. – Группа подростков оказывается на необитаемом острове, где необходимо охотиться на диких свиней, чтобы выжить. В процессе отработки приемов загонной охоты возникает некий ритуал, похожий на примитивную магию или на коллективную медитацию. Очень быстро этот ритуал превращается в культ вымышленного сверхъестественного существа, духа, которому приносят в жертву сначала часть добычи, а потом – человека.
– Зачем? – Удивился Лрл.
– В представлении Голдинга, – пояснил Нан Цюй, – подростки, не имеющие твердых библейских устоев, обязательно создадут идола – покровителя, а далее, добиваясь его благосклонности, будут делать ему все более и более дорогие приношения.
– Исторически идолопоклонство так и возникло, – добавил мистер Натан.
– Ага, – Ээт кивнула, – у европейцев по-любому что-то возникает, это Фрейд доказал.
– Фрейд? – Недоуменно переспросила миссис Натан.