Драйв Астарты
Шрифт:
– Она неплохо держит баланс, – похвалил Уфти. – А когда чуть-чуть подрастёт, будет бешено красивая девчонка, провалиться мне сквозь небо.
– Гибрид-эффект чистых линий, – сообщил Гоген. – У нее мама чистокровная маори из Роторуа, а папа чистокровный утафоа с Тубуаи. И вот результат. А её faakane, кстати, чистокровный австралийский абориген с острова Кеалалаега, что около Кэйп-Йорк.
– О! – Полковник поднял сжатый кулак. – Толковый выбор по генетике!
– Пфф, – фыркнула Нехе. – Крупные биологи собрались. Претенденты на нобелевскую премию, никак не меньше. Вы
– В дрейф, – ответил Гоген. – Так спокойнее.
Негромко гудевший движок «Крейсера Аврора» умолк, и наступила мягкая тишина, нарушаемая только слабым шелестом волн о поплавки тримарана.
– Кто эта девушка? – Спросила Лианелла.
– Это, – ответил полковник, – Бимини Хаамеа, мэр-королева Еиао, крайние северные Маркизские острова, дочка Лимолуа, мэра-короля Рапатара, и кузина Кайемао, мэра-короля Северного Тимора – Атауро. А у Гогена бизнес на Еиао совместно с Бимини и Динго. Динго это её парень… Короче, Гогену сейчас придется это разгребать. А я тут чтобы приглядеть за Симоной Сид, которая из Политбюро Восточного Тимора, и ariki Кайемао попросил меня параллельно приглядеть за обеими его кузинами…
– За обеими? – Переспросила француженка.
– Да. Есть вторая кузина, Тиатиа, сестра Бимини по отцу. Она на полгода старше, но совершенно без башни, судя по объективным данным.
– Точно, – Гоген кивнул. – Би говорит: сестричка Тиа вся в свою маму, Уираити. Типа, генетическая линия самых сексуальных женщин во всей Французской Полинезии.
– Это вопрос вкуса, – заметил Уфти. – Я считаю, что самые сексуальные женщины это папуаски. Утафоа и маори тоже очень сексуальные, однако…
– Что – однако? – Поинтересовалась Нехе.
– …Однако в среднем у папуасок более экспрессивная фигура и стиль. Вот у тебя, например, наверняка в роду были папуасы.
– С чего бы, если я родом с Хаоранги, центральный Туамоту?
– Ну, мало ли… – молодой атаурский полковник улыбнулся во все 32 зуба.
Нехе начала было произносить длинную язвительную реплику по поводу источника оригинальных гипотез о происхождении тех или иных женщин, а также мужчин, и по поводу умственных способностей некоторых доморощенных антропологов, но в этот момент к «Крейсеру Аврора» подкатила Бимини на серфе. Мотор в рюкзачке уже был заглушен, скорость снижена до пешеходной и девушка, аккуратно проскочив в зазор между основным корпусом и правым аутригером, ухватилась за выступ рубки.
– Aloha foa! Примите лоцмана на борт!
– Легко, – отозвался Уфти, взял её за подмышки, без видимого усилия поднял вместе с рюкзачком и серфом и усадил на правое крыло скринера между поплавком и рубкой. Сейчас, когда «Крейсер Аврора» не летел, а шел в режиме лодки, крылья играли роль настила открытой палубы.
– Mauru, – поблагодарила она, снимая свое снаряжение. – Если кто-то на борту со мной почему-либо не знаком, то привет, я Бимини. Я как бы со всеми знакома. Короче, тут единственный нормальный проход, если не хотите снова взлетать. Нехе, надо рулить
– Ясно, – откликнулась социнспектор и, включив движок на малые обороты, немного повернула штурвал, прицеливаясь носом скринера в рекомендованном направлении.
– Со мной ты тоже знакома? – Спросила юная француженка.
– Ага, – Бимини ослепительно улыбнулась. – Ты Лианелла Лескамп, дочка Доминики Лескамп из французской группы на Муруроа. Космодром проекта «Каравелла».
– Точно. А я не поняла, ты назвалась лоцманом, а полковник Варрабер говорил, что ты королева острова на Маркизах с названием из сплошных гласных.
– Я королева трех островов: Еиао, Хатутаа и Моту-оне. А про лоцмана я договорилась с карабинером подменить его на этот прогон. Он классный парень, Иржи Влков, с атолла Сонфао, Феникс, Ист-Кирибати, чуть старше меня, ему ровно 16. Если ты хочешь снять kane for make-love, то приглядись. Он колоритный: рыжие волосы, зеленые глаза…
– Прикинь, Би, – вмешался Гоген, – во Франции полно рыжих зеленоглазых парней.
– Joder… – Сконфуженно произнесла королева, – это я затупила… Короче, я хотела потрещать про Тиа. Процесс идет нормально, но доктор Гракх жаловался, что она выделывается, а ей надо вести себя осмотрительно с учётом факторов. Но тут есть девчонка, туземка Чеди 14 лет, и они с Тиа нашли друг друга. Экстремалки, блин.
– Туземка тоже в процессе? – Спросил Уфти.
Бимини утвердительно кивнула и добавила.
– И тоже два. Но у Тиа это как бы спонтанно, а у Чеди – намеренно.
– Внушает… – Задумчиво произнес Гоген.
– Ага, – она кивнула. – Оставлять их без контроля стремно, но мы с Динго не можем больше тут торчать. Мы отсюда по интернет задвинули чилийским форсам 80 тонн паучьего шелка за четверть миллиона баксов, но у них там бюрократия: визировать бумаги надо лично. С гавайскими янки проще: мы подписали бы им все по факсу.
– Но, – заметил Гоген, – через неделю выход нашей новой серии фитэпов на hi-tech экспозицию в Лантоне. И кто этим займется, если не я?
– По ходу так, – согласилась Бимини. – Но за неделю мы кого-нибудь найдем. Это абсолютно точно. А тут у тебя по-любому работа с франко-японским контрактом.
– Четыре дня, – уточнил он.
– Ну побудешь тут на два дня больше. Отдохнешь перед экспозицией. Тут, кстати, классно… Хэй! Нехе, сейчас два румба влево и за изгибом один вправо.
– Ясно, – отозвалась социнспектор, поворачивая штурвал.
«Крейсер Аврора» медленно вошел в узкий канал между двумя моту, покрытыми сплошными ярко-зелеными зарослями бангров, усеянных сростками желтых в алую крапинку цветов, проскочил через линию пены на гребнях волн, рассыпающихся при переходе от глубокой воды к метровому слою над погруженным рифовым барьером, сделал чуть заметный поворот и выскочил в лагуну.
– Полста метров прямо к центру лагуны, – сказала Бимини, – потом поворот на шесть румбов вправо. Там через триста метров пирс. Парковка на втором маркере.