Драйв Астарты
Шрифт:
– Да, – согласился Желев. – Именно так в прессе объясняют поддержку исламского терроризма властями Северной Африки, Ближнего востока и Центральной Азии.
– А как, по-вашему, – спросил турок, – поддержка христианского терроризма властями некоторых стран Европы, начавшаяся в этом году, чем объясняется?
Желев сделал несколько глотков кофе. Потом пожал плечами.
– Я не знаю. Христианский терроризм вообще может оказаться уткой исламистов, раздосадованных потерей влияния в Европе и в значительной части Азии, военными поражениями в Африке и потерей значительной
– Ладно, – турецкий майор тоже глотнул кофе. – Я скажу прямо: а что, если идеология «space-blooming» это новый продукт евро-христианской пропагандистской машины, созданный специально для прогрессивных ученых, включая вас, доктор Желев? Это типично для террористов: взять красивую идею о будущем и переделать на свой лад.
– О чём вы? – удивился Желев. – При чём тут опять космические цветы? Да, многие европейские ученые обратились к христианству в ответ на амбиции ислама. Мне не нравится обилие христианской пропаганды в политике, но уж лучше это, чем ислам.
– Интересно, – сказал Арбакир, – а что думает по этому поводу мистер Батчер.
– Типа, сговор на рынке религий, – ответил Рон. – Очередной цикл работы христианско-исламского насоса, выкачивающего деньги из легковерно-правоверного населения. Но времена меняются. На этот раз в механизм попало нечто, и насос заклинило.
– Нечто, это спецсредство «Тибет»? – Уточнил турецкий майор.
– Вы зациклились на «Тибете», – иронично сообщил экс-коммандос. – Поскольку ваше задание связано, прежде всего, с этим частным вопросом. Грозит ли городам Турции бомбардировка «Тибетом»? Является ли доктор Желев эмиссаром папской спецслужбы «Opus Dei», которая управляет группой атомных ученых через космическую цветочную футурологию? Намерен ли доктор Желев на Агалега передать эфиопским христианам – экстремистам технологии «Тибета»? Три вопроса, как полагается по жанру сказки.
– Ваши шпионы спутали, – ответил турок. – Не эфиопским, а кипрским экстремистам.
Рон Батчер улыбнулся и медленно покачал головой.
– У меня нет шпионов в турецком полицейском департаменте «R». Это очень дорого и совершенно не нужно моей фирме. Я просто догадался. Это было наиболее логичное объяснение, почему вы приехали сюда и обозначили космические цветочки в качестве главной темы. Вы пошли ва-банк, полагая, что в этом случае с вами точно поговорят.
– И я не ошибся, – заметил Арбакир.
– Конечно, вы не ошиблись. Тот, кто слепил эту дезу, неплохо поработал и даже учел эстетический интерес доктора Тсветана к работам Нарозника. По ходу, кто-то в вашей конторе решил подняться на раскрытии выдуманного заговора. Классный бизнес!
– Деза? – Переспросил турецкий майор. – Как бы не так. Подписи крупных европейских ученых на меморандуме «Критского проекта» настоящие, это мы проверили.
– Подписи, вероятно, настоящие, а вот атомный филиал «Opus Dei» – вымышленный.
– Тогда откуда появляется спецсредство «Тибет»?
– А что, по-вашему, оно собой представляет? – Поинтересовался экс-коммандос.
– Есть экспертное заключение, – ответил Арбакир, – спецсредство «Тибет», это боевой радиотоксин
– Незачёт, – констатировал Рон, – хотите знать правильный ответ с доказательствами?
Девлет Арбакир насторожился, как торговец, нюхом почуявший очень выгодную, но рискованную сделку. Как и любой уважающий себя турок он умел торговаться.
– Если да, то что?
– Если да, – ответил Рон (который, как любой уважающий себя меганезиец, тоже умел торговаться), – то один майор блестяще раскроет гигантскую политическую аферу, что позволит его начальству кое-кого потеснить у кассы. Я думаю, что майор после этого мгновенно станет полковником, причем довольно богатым полковником.
– Или ещё до этого станет трупом, – сказал турок.
– Нет! Всё разоблачение произойдет здесь, на Агалега, в течение ста часов на глазах у прессы! Конкурирующая контора не сможет ничего сделать. А убирать майора потом никому не выгодно. Так что всё получится, как надо. Конечно при условии, что одна профессиональная команда из Океании получит подряд на подъем кораблика, который затонул у вас в Стамбуле прямо под мостом через Босфор.
– Подряд на подъем германского мега-сухогруза «Stettin»? Но это огромные деньги!
– Два процента вашему начальству и полпроцента лично вам, – отреагировал Рон.
– Так мало?! Вы издеваетесь!
– Эй, алло! А раскрытие афёры? И я не спрашиваю, сколько вы на этом наживете!
– Ещё бы вы спрашивали!
– Так я же говорю, что не спрашиваю!
– Послушайте, – вмешался Желев, – это ничего, что я здесь?
– Конечно, вы здесь, – ответил Арбакир, – вы же в теме!
– Что? Я в теме?
– Да. За счёт доли мистера Батчера.
– Нет! – Возразил Рон, – доктору Тсветану, как эксперту, мы платим в равных долях.
– С вас две трети, с нас треть, – сказал турок. – И я договорюсь с генералом Бадрани.
– ОК, по рукам. Когда будете договариваться, не забудьте учесть свои полпроцента в расчете доли нашей фирмы. Я думаю, генералу про эти полпроцента знать незачем.
– Это понятно, – согласился турок.
– И, – добавил меганезиец, – я думаю, надо напомнить генералу, что международная банковская сеть лопнула. Это, как бы, надо учесть в технологии платежей.
– Это тоже понятно.
– Минутку, – снова вмешался Желев, – как это лопнула?
– Просто все деньги куда-то пропали, – пояснил Арбакир. – Так иногда бывает.
…
30. Загадки генезиса рождественской елки.
=======================================
Каторжник Харалд Ходжес, он же – Devil Harry (короче – Ди-Эйч), бывший капитан субмарины «Норфолк» флота США, ныне – условный капитан океанской контрольно-спасательной службы региона Самоа – Фиджи – Кермадек, не отводя глаз от бинокля, затянулся сигаретой, вздохнул и произнес.