Дредноут
Шрифт:
– Что-нибудь удалось расшифровать, Терри?
– Отметка… шесть… курс… 20… I… б…
– Отметка шесть. Введите, данные, Ли.
– Введено.
– Не волнуйтесь. Держите пока так же. Я коснулась пульта управления командирской рубки. Это игра. Не настоящая. Ошибки, которые ничего не стоят.
Корабль начал движение, медленно поворачиваясь на месте, довольно грациозно, несмотря на все полученные этим динозавром раны. Это было блестящим маневром, в результате которого мы оказались с «Энтерпрайзом» спинами, обращенными
– Капитан, вы здорово придумали. – Я снова нажала кнопку коммуникатора. – Сарда, где вы? После шума и треска раздался его голос:
– Я у пульта вспомогательного контроля.
– Вы нужны нам на мостике.
– Ясно. Иду.
Ну что ж, неплохо.
«Линкольн» снова сделал по нам фазерный залп, который частично повредил левый защитный экран; голубые лучи летели через космос, пытаясь выбить нам зубы. «Энтерпрайз» отвечал фазерными атаками половинной мощности. Кирк, очевидно, еще не был готов наносить удары в полную силу.
Удивительно, но «Линкольну» хватило и этих укусов, он отошел в сторону.
– Спокойствие, – пробормотала я, – и совместные действия.
Все на мостике вздрогнули, когда внезапно открылись двери турболифта и появился Сарда.
Я поднялась из своего кресла, и мы встретились взглядами. Воспитание и тренировка вулканцев помогали ему побеждать страх, но все равно не до конца.
– Вам нужно взять управление капитанской рубкой на себя.
Он напрягся. Его янтарные глаза затуманились мыслью.
– Я… – начал он, – не имею соответствующей подготовки.
– Но вы же вулканец. Уже одно это – лучший сертификат капитана.
Посмотрите на этих стажеров – младших лейтенантов. Ведь они не справятся.
Нужны ваши способности – наш корабль представляет собой гигантскую военную машину. А это ваша специальность.
– Тогда возьму на себя контроль за вооружением.
– Некому быть капитаном, Сарда! Никто не отдает приказов «огонь», а также, куда, когда и сколько залпов надо сделать и какой мощности. Кто возьмет это на себя кроме вас?
Он плотно сжал губы, нахмурился. Взгляд его отяжелел, но в нем появилось нечто новое. Сарда сделал шаг в мою сторону. Мы были одиноки в этой Вселенной.
Сарда говорил быстро и жестко:
– Командовать будете вы. – Однако, в его словах чувствовалось и нечто мягкое, мистическое, предназначенное только для меня. – Это ваш Колинар.
Приручи время, а воспоминания придут потом. Зыбкие, отрывистые, особенно если близок конец, но главное – это хорошо умереть.
Память…
Она не поддается условностям.
Глаза Сарды, его молчание рождали во мне новое, зрелое ощущение доверие к нему, которое сразу же кристаллизовалось в четкие выводы.
– Лейтенант Броксон, – произнесла я, – берите на себя
Сарда отправился к панели контроля за вооружением. Капитанское кресло скрипнуло под весом моего тела.
– Установите защитные экраны второго уровня, – приказала я.
Терри повернулась ко мне, это же сделала Ли Ванг.
– Второго уровня? А что это такое?
– У этого корабля три уровня защитных экранов. Найдите и подключите соответствующий режим. Мы вынуждены терпеть фазерные дробилки наших противников ни за что ни про что. Нам надо защищать «Энтерпрайз», это наша обязанность.
– Наша? Но мы всего лишь кучка техников, только что выбравшаяся из пеленок! – в ее голосе звучало недоверие.
Я рассеянно махнула рукой.
– Интересно, что такое есть у них, чего нет у нас? Всего лишь несколько дополнительных лет службы и пара лавровых венков под задницу.
Сарда, вы можете произвести наводку оружия на подходящие гуманитарные цели на этих кораблях?
– Попытаюсь. Но сенсоры работают с перебоями.
– Скеннер, что это за жужжание? – Может быть, у нас на корабле завелись пчелы?
– Мне нужны данные переднего сканирования.
– Могу подключить вас к порталу переднего обзора.
– Отлично. Терри, уклон по правому борту 0,33. Хоптон?
– Слушаю.
– Могу ли я подключиться к библиотечному компьютеру?
– У этого глупого быка нет такого специального компьютера, огрызнулся он.
– Но на корабле должен быть общий сервер, не так ли?
– Да, но…
– Тогда подключите меня к нему, мистер!
Он на мгновение замешкался, но потом произнес:
– Слушаюсь.
Защитные экраны не предохраняли нас от ударов корабля Риттенхауза.
Без сомнения, он ставил цель убить нас. Теперь вице-адмирал знал, что на его карьере в любом случае придется ставить крест. Терять ему было уже нечего. А такой враг – самый опасный.
– Где же наши защитные экраны второго уровня? – спросила я.
– Я пытаюсь найти их, – отвечала Броксон, стараясь разобраться в работе компьютерной программы.
– Уже хорошо, – пробормотала я. Она не слышала меня, и хорошо, потому что на самом деле пока радоваться было нечему. Я опустилась в командирское кресло. Наверное, я выглядела не слишком внушительно и поэтому простила своим подчиненным не очень подобострастное выражение на их лицах. В конце концов они знали меня совсем мало; я была всего лишь лейтенантом, и к тому же без формы.
Мой мозг начал лихорадочно работать. Что говорил Спок об этом корабле? Массивность, строгость форм, дополнительные возможности, хотя пока не все они видимы для нас, сверхускоритель в качестве экспериментального двигателя… если он зарекомендует себя, в ближайшем будущем его можно будет устанавливать на тяжелые крейсера.