Древолюция
Шрифт:
И однажды она дозвонилась.
— Это ты? — прозвучал в трубке давно желанный голос. — Привет!
— Саша! — волнуясь, она назвала его по имени, а ведь он просил… — Слушай внимательно!
— Подожди! — властно прервал ее Алекс. — Ничего не говори! Все узнаю при встрече. Жди.
Он отключился, и Светлана едва не заплакала. Она ждала этот разговор, волновалась, а он так холодно прервал ее! Потом она успокоилась и поняла, что Алекс поступил правильно, не дав ей ничего сказать — она бы выдала себя с головой. Главное: она предупредила его, позвонив
Как ни ждала она Алекса, появился он совершенно неожиданно, на следующий же день после звон-ка. Возвращаясь с работы, Светлана подходила к дому. Вдруг рядом притормозила машина Картавина. Павел вышел и направился к ней. В руке он держал шикарный букет.
В последнее время они нечасто виделись, и Света была рада этому. Любовь осталась в прошлом, их партнерские отношения по работе тоже. Теперь Павел стал начальником лаборатории и появлялся в ее отделе нечасто, а если и заходил, то обращался с Ольхиной подчеркнуто вежливо, как и со всеми. Впрочем, и особой холодности она не заметила. Как бы то ни было, такой тайм–аут Светлану вполне устраивал, она могла спокойно разобраться в своих чувствах и эмоциях. И вдруг Павел — у ее дома! Что ему нужно? Зачем он приехал? Вряд ли рабочая необходимость — такие вопросы он мог бы решить с ней в лаборатории.
— Извини, задержался, — сказал Павел с виноватой улыбкой, и протянул ей цветы, — хотел подвезти тебя. Это тебе.
— Спасибо, это лишнее, — Ольхина остановилась, и цветы не взяла. Картавин стоял рядом, засунув одну руку в карман длинного дорогого плаща, и смотрел на нее. Дорогая одежда, подумала Света, дорогая машина… Он сильно изменился. Раньше ему хватало того, что мы имели в Екатеринбурге: небольшая однокомнатная квартирка, мизерная зарплата и никакой машины… Впрочем, положение обязывает.
— Что ты хотел?
— Проводить тебя, я же говорил.
— Я почти дома.
— Тогда до парадной, — сказал Павел. — Света, давай забудем, что было.
— Я же ученый. У меня профессиональная память.
— Ну, брось… Что ты, как ребенок? Мы же взрослые люди. Ну, поругались — с кем не бывает? Давай забудем! Я тебя люблю, Света. Я хочу быть только с тобой. Вернись.
Он говорил и смотрел на нее, почти не отводя глаз, и в них она увидела слезы. В какой-то момент она поверила, что Павел говорит искренне, и ей стало жаль его. Иуда тоже искренне раскаялся, но это не могло ничего изменить. Все уже случилось.
— Я не могу, Павел. Слишком многое изменилось. Извини, я должна идти.
Она повернулась и пошла к дверям. И вдруг увидела Алекса. Светлана узнала его тотчас, хотя Поборцев был одет не так, как обычно: в спортивном костюме и бейсбольной кепке с длинным козырьком. Он вышел из-за угла дома и быстро приближался к парадной. Света замерла: вдруг Картавин узнает его? Она оглянулась, и увидела, что Павел смотрит только на нее. Воодушевившись тем, что она оглянулась, Павел быстрым шагом догнал ее, взял под руку и пошел
Поборцев первым вошел в дом, опередив их на десяток шагов. Алекс здесь, он рядом! Ей хотелось бежать к нему, но Света взяла себя в руки, помня о том, что за ней следят. К тому же рядом находился Павел. Что будет, если они увидят друг друга? Нельзя пускать Павла в дом!
Она остановилась у дверей и улыбнулась Картавину:
— Спасибо, что проводил, Паша. До свидания, — сердце гулко стучало, и она боялась, что он заметит волнение в ее голосе.
— Я не хочу прощаться, Света, — Павел взял ее за обе руки и наклонил голову, пытаясь прикоснуться губами к щеке. — Ну, прости меня.
— Если скажу, что прощаю, ты уйдешь? Я хочу побыть одна.
— Хорошо, — пообещал Павел, — но ты возьмешь цветы.
— Хорошо, — она приняла букет. — До свидания, Паша.
— До свидания, — улыбнулся Картавин, — увидимся!
Он повернулся и пошел к машине. Светлана облегченно вздохнула и бросилась в парадную. Алекс ждал ее у окна на площадке второго этажа.
— Привет! — они обнялись, и Света положила цветы Картавина на подоконник, чтобы не мешали.
— Я еле узнала тебя! — она говорила быстро, словно боясь, что он вот–вот исчезнет вновь. — Саша, они следят за мной, понимаешь? Я очень боялась, что они заметят тебя!
— Кто они?
— Служба безопасности, наверно, я не знаю. После того, что произошло с Галеевым…
— А что случилось? — заинтересовался Поборцев. — Знаешь, пойдем-ка к тебе, там и поговорим.
— Помнишь, как мы сидели в сауне? — нервно улыбнулась Светлана. — Я не верила тебе, а теперь сама чувствую, что меня могут прослушивать в моей же квартире! Лучше уж здесь поговорить.
— Тогда поговорим по дороге. Ты готова ехать, или тебе надо что-то собрать?
— Все уже собрано, надо только забрать из квартиры.
— Отлично, тогда иди и забери вещи. Раз ты думаешь, что за тобой следят, я в твоей квартире появляться не буду. Жду тебя здесь.
— Я быстро!
Светлана убежала. Поборцев услышал, как щелкнул дверной замок, и тут же услышал шаги. Кто-то поднимался снизу по лестнице. Ну и пусть поднимается, наверно, местный житель, подумал Алекс, на всякий случай заглядывая в лестничный пролет. И узнал Картавина. Бывший участник экспедиции, а теперь начальник лаборатории, спокойно поднимался в квартиру Ольхиной.
Соображать пришлось быстро. Света не знала, что Павел вернулся, так что пускать начальника в квартиру было никак нельзя. Если там подслушивающая аппаратура… Но и самому светиться не следовало. Поборцев рассчитывал этим же вечером увезти Светлану из Москвы, исчезнуть отсюда навсегда. По звонку Светы он понял, что она в опасности. И если за ней наблюдает служба внутренней безопасности — это еще пустяки. Алекс опасался столкнуться с более могущественным противником и разработал план, чтобы ускользнуть в случае погони. Но из-за малейшей ошибки план мог рухнуть, и эта ошибка поднималась сейчас по лестнице.