Дримлэнд
Шрифт:
– Как выглядела эта карта? – Еще более ласково спросил Дед.
– Странно как-то. Линии были прерывистыми, словно их стерли некоторых местах, не разобрать совсем ничего.
– Но ты все равно понял, что это карта?
– Бродяга же сказал, что это карта, чего мне сомневаться? – пожал плечами мальчик.
Дед с минуту смотрел, не отрываясь, прямо в глаза Арчи, а затем, широко улыбнувшись, хлопнул его по плечу.
– Где, ты говорил, сидел этот бродяга?
– Я не говорил… – Сказал мальчик, но наткнувшись на суровый взгляд, осекся. – Напротив лавки старьевщика Харриса.
– Вот и хорошо, вот и славненько. Это тебе, подарок, – Дед протянул не большой сверток, а Арчи автоматически взял его. – Тони проводит тебя обратно.
– Возьмите меня с собой, – тихо попросил Арчи.
Дед обернулся, вопросительно глядя на мальчика.– Вы же найдете нищего, купите у него карту и отправитесь на тот остров. Я хочу с вами. Мне не нужны деньги, правда! Я буду выполнять мелкую работу, если нужно.
На минуту Арчи показалось, что мужчина колебался, но это было лишь мгновенье.
– Какие сокровища? О чем ты, мальчик?
Дед сел на свое прежнее место, надвинул на глаз
Обида щипала в носу, Арчи хотелось провалиться сквозь пол. Только не в стоки, а еще глубже. Туда, где его никто не найдет и не сможет так глумиться. Мальчика легко тронули за руку. Это был долговязый. Он взглядом указал на дверь, и сам пошел впереди.
" Ну, и ладно. Ну, и уйду", – подумал Арчи. – Ну, их, ваши сокровища, и приключения, и фантоскоп".
Арчи шагал по коридорам, сражаясь с эмоциями, обида сменялась гневом, злоба разочарованием. Кумир оказался совсем не таким, как ожидалось.
"Ничего, мы еще посмотрим, чья возьмет!" У Арчи было кое-что ценное – информация. Он знал, откуда начать. Нищий у лавки старьевщика! Если только он опередит Деда… То что? Что тогда? Нищий отдаст ему карту? Просто так? Да и корабля у него нет, что бы отправиться на поиски. Да и какие поиски могут быть, он ведь еще ребенок, кто с ним станет считаться? Снова накатила тоска, и он продолжал шагать за долговязым, стараясь ни о чем больше не думать. Оказавшись недалеко от обитаемых туннелей, проводник , не прощаясь, развернулся и пошел прочь, а Арчи по привычке побрел к своему старому полосатому матрасу. Там его ждал гость в лице Томми. Ждал, видимо, уже давно, даже успел задремать за это время.– Бежим! – Гаркнул Арчи. – Полиция!
Томии вскочил, испуганно озираясь и смешно округлив глаза. "Словно котенок, учуявший приближение дворняги", – подумал Арчи.– Отбой! Это всего лишь я, – сказал он вслух.
– Арчи! – Обрадовался приятель, и чуть было не бросился обнимать. – С тобой все в порядке? Ты прости меня, я не хотел, честно, просто так вышло.
– Прощен, – махнул рукой Арчи и повалился на матрас. Ноги гудели. Сколько же они пошли во время "прогулки". Что-то последнее время он совсем обленился. Выбирал жертву посолиднее, а потом валялся без дела несколько дней. А были времена, когда ради медной монетки приходилось весь день носиться по Сити. Сейчас, можно сказать у него белая полоса. И чего ему еще нужно. Приключений захотелось. Что-то кому-то доказать…
– Ну? – Просительно протянул Томии.
– Что ну?
– Как что? Рассказывай, зачем тебя Дед вызывал?
– Это тебе-то? – Прищурил один глаз Арчи.
Томми насупился и повернулся, что бы уйти. Прошаркал нехотя до поворота и остановился, ожидая оклика, но Арчи не стал его останавливать. Слишком свежа была обида. На ябеду Томми, на разочаровавшего кумира.
"Пусть идет, – решил Арчи, – сейчас нужно выспаться". Только сейчас он вспомнил о подарке Деда. Он автоматически сжимал сверток в руке все это время. "Не буду смотреть. Сунул какую-то мелочь. Пусть пацан порадуется, подарок от самого Деда". Арчи хотел было запустить свертком в кирпичную стену, но в последний момент передумал и затолкал в кучу хлама, громоздившуюся рядом. *** Сегодня в одном из роскошнейших домов Сити давали бал. Льюис Браун очень любил балы, карнавалы, званые обеды. Только здесь он отдыхал душой и телом. И хотя всевозможные фраки, жилеты, сюртуки, рединготы, шелковые рубашки и шейные платки съедали основную часть его финансов, оно того стоило. Здесь можно было завести полезные знакомства, узнать последние новости и сплетни высшего общества и тут же насладиться великолепными винами и обществом милых сердцу дам. О, милые дамы! На что они только не шли, что бы привлечь внимание кавалеров и перещеголять соперниц! Вот мимо проплыло огромное облако из рюшей, бантов и кружев. Если присмотреться, можно было даже заметить где-то в его глубине милое женское личико. Следом прошла дама в пышном бархатном платье, украшенном вышитыми золотом дивными цветами. У выхода на балкон обмахивалась веером совсем юная девушка. Корсет (4) ее так туго охватывал фигуру, что пышные прелести того и гляди выпрыгнут наружу. Она дышала не глубоко, но весьма часто и все быстрее махал перьями на веере. Льюис подумал, что она вот-вот упадет в обморок, став очередной жертвой моды, и отошел в сторонку. Разнаряженные барышни сновали по залу, словно яркие заморские птички. Сходство довершали покачивающиеся от каждого шага перья на их шляпках. Последнее время дамы проявляли чудеса изобретательности, придумывая свои наряды, сочетая не сочетаемые цвета, материалы и рисунки. Льюис улыбнулся грациозно проплывшей мимо девушке в лиловом платье с непомерно широкими рукавами, украшенными желтыми оборками. Довершал величественность образа раскидистый головной убор со страусиными перьями и блестками. Девушка надменно вздернула подбородок и плотнее закрыла лицо вуалью. Льюис отвернулся, тут же забыв о ней, и окинул заинтересованным взглядом особу в зеленом одеянии с пышным турнюром. (5) К концу такого вечер начинало рябить в глазах от обилия оттенков и блеска украшений. Развлечения женщин высшего общества очень ограничены: светские вечера, искусство. Женщина – это, зачастую, богато украшенная вывеска мужчины, показатель успеха и положения фабриканта или дельца, мужа или отца. Серьги, броши, браслеты, цепочки и кольца, все это стоило не одно состояние. Да и сами наряды достигали баснословных размеров в цене. Одежда женщины далека от необходимой в низших сословиях практичности, а зачастую это просо нагромождение дорогих тканей, отделки и украшений, за которыми и лица-то не разглядеть. Но и мужчины не отставали, среди них иногда встречались модники еще большие, чем их жены, а их костюмы иногда граничили с нелепостью. Несколько лет назад Льюис познакомился с племянником Королевы. Молодые люди сразу– С вами все в порядке, сэр? – Спросил он. – Как вы себя чувствуете?
– В-с-се, х-ршо! – уверенно доложил тот. – Р-зршите предстаться, Джон Смит.
Льюис улыбнулся, имя ему абсолютно ничего не говорило. Да и в Сити Джонов Смитов было такое количество, что…
– Я совсем недавно вернулся в Сити и решил немного отметить это дело, – заговорщицки подмигнул Джон.
– Где же вы были, позвольте полюбопытствовать?
Если судить по костюму, отсутствовал он около года, значит, побывал где-то далеко.
– О-о-о! – Протянул Смит, подняв указательный палец к звездам, спрятанным за смогом. – Я был в удивительных местах! Видел массу занятного. Животное с носом, как садовый шланг, а ушами – с мою простынь. Да и сам он размерчиком был с небольшую гостиную. Предст-ляете?!
Льюис усмехнулся: "Хорошо же ему ударило в голову".– А еще, – продолжил Смит громким свистящим шепотом, – мне удалось отыскать самую настоящую карту сокровищ!
– Может вас проводить? Как зовут вашего водителя?
Льюису не хотелось бросать его просто так, на темной террасе. Вроде достойный джентльмен, зачем посторонним видеть его … попавшим в неприятности.
– Вы что, не верите мне?!– Возмущенно вскричал Джон, порываясь встать на ноги. У него это плохо выходило, получилось лишь упасть на четвереньки. Затем он замер, соображая, что же делать дальше.
Льюис попытался снова усадить гуляку, но тот принялся изо всех сил сопротивляться, все же пытаясь принять вертикальное положение и сильно качаясь.
Одежда Джона от такой возни совсем растрепалась, и из внутреннего кармана спенсера (8) выпорхнул сложенный в несколько раз листок. Тот совершенно этого не заметил, а сражение с земным притяжением отняли у него последние силы. Он сполз по стене еще ниже, уронил голову на грудь и захрапел.
Льюис вздохнул: "Что тут поделаешь? Нужно найти его слугу и приказать доставить домой".
Тут он заметил лист бумаги, белеющий на полу, и решил подобрать, вдруг что-то важное. Он развернул, хрустящий от времени пергамент, и сначала ничего не понял. Какой-то рисунок, странные прерывистые линии, ни одной знакомой буквы. И тут он вспомнил, что Джон говорил что-то о карте, привезенной из путешествия, карте сокровищ. Рисунок на бумаге мало походил на карту в привычном представлении, но если она из далекой полудикой страны, может и читать ее следует как-то по-особенному.