Дрянь
Шрифт:
– Спасибо. – Встав, я накинул пиджак, что успел повесить на плечики на время работы, и пихнул коробочку во внутренний карман. – До связи, Гвен. Не думаю, что вернусь сегодня в офис, но я позвоню.
– Конечно. – Покорно склоненная голова.
Le Bernardin на Пятьдесят первой западной улице считался одним из самых фешенебельных ресторанов Нью-Йорка. Я ненавидел центр города за его толкотню и суету, но Анна обожала эту живость. Она была королевой бомонда, человеком, которого всегда и везде приглашали. Без неё не обходилось ни одного приличного мероприятия элиты города и её безупречный вкус был категоричным вердиктом, решающим судьбы мира моды. Конечно,
Я прибыл первым, как и полагалось, и к тому моменту, как Анна вошла, я уже сделал заказ аперитива и безразлично смотрел в окно, гадая, сколько времени, я сейчас спущу на эту встречу, вместо того, чтобы закончить с документами на завтра, и как бы мне себя развлечь.
– Себастьян! – Анна приветливо улыбнулась, позволив обслуживающему нас метрдотелю любезно помочь ей со стулом. – Я немного опоздала, прости.
Я окинул взглядом её белые волосы, уложенные лёгкой волной в узел на затылке, её серые глаза, смотрящие на меня выжидающе, что совершенно не гармонировало с её широкой улыбкой.
– Ничего страшного. – Я протянул руку, чтобы пожать ей пальцы. – Я заказал шампанское.
– О! – я видел, как оживился её взгляд. Да, я прав, она ждёт предложение. Наверно, сегодня я расстрою всё семейство Тёрнер.
Усмехнувшись про себя, я выудил из кармана коробку: – Дорогая, я не умею говорить красивых слов, однако, пусть этот подарок скажет за себя. Это был прекрасный год, и я благодарен тебе, что ты всегда была рядом.
Я протянул ей коробку, слегка приоткрыв её.
Наблюдая, как разочарованно вытягивается её лицо, когда Анна поняла, что это браслет, а не кольцо, я чувствовал удивительный прилив веселья. Наверно, улыбка вышла невероятно искренней, потому что девушка, взглянув на меня, умудрилась вновь растянуть губы в ответ.
– Это так неожиданно! – воскликнула она, принимая подарок. – Я … я, право, не это ожидала.
Я сжал губы и выгнул бровь. Н-да, не надолго её хватило, впрочем, как всегда.
– Себастьян, общество ждёт нашего объявления о помолвке. Мой отец уже подготовил статью, осталось нажать кнопку и новость выйдет в тираж, что я скажу ему? – склонив голову на бок, она захлопнула коробку и пихнула в мою сторону.
– Не нажимать.
– Почему? – она хлопнула рукой по столу и почти сразу же сжала пальцы, убирая руку со скатерти, явно пытаясь подавить гнев, бурлящий в ней. – Почему ты не в состоянии сделать решительный шаг и поступить как мужчина?
– С чего этот шаг является критерием мужественности? – я взял бокал. – За тебя!
– Ты издеваешься? – она встала, резко отодвинув стул, и он проскрипел по деревянному полу. – Что скажут люди?
– А что я говорю, тебя волнует? Ведь я тоже человек.
– Ты говоришь не то, что от тебя требуется.
– Кем?
– Всеми! – Она обошла стол и положила руку мне на плечо. Я сжал челюсть. – Что я делаю не так? – Слова повисли
Я отпивал из бокала медленными глотками, наслаждаясь сладковатым вкусом согревающего кровь напитка. Покончив с тремя пуговицами и не увидев с моей стороны никакого знака поощрения, Анна резко рванула рубашку в сторону, пытаясь порвать ткань, но Balenciaga шьёт на совесть. Я закатил глаза, поскольку пару пуговок отлетело.
– Посмотри на меня! – разъярённо лицо девушки было в дюйме от моего. Я не среагировал, держа взгляд на бокале. Анна выдохнула и, выхватив у меня из руки напиток, кинула фужер на пол. Осколки разлетелись по всей комнате, я едва успел прикрыть глаза.
– Статья выйдет сегодня, – прошипела она мне в ухо. – Отец не позволит тебе так поступить со мной.
– Как? – я умудрился хмыкнуть, скидывая её руку с плеча. – Как я поступаю? Мы встречаемся всего год. Что заставляет тебя так спешить?
– Это принятый в наших кругах срок! – воскликнула она.
– Никогда не слышал о таком. Сальвадор встречался с Ниэн три года.
– Возможно, такого как Сальвадор и стоит ждать так долго, в конце концов, он старший и наследник твоего отца. – Я понял, что выдержка полностью отказала ей, раз девушка решила попытаться меня унизить.
– Никто не заставляет тебя ждать. – Я встал и окинул её высокомерным взглядом.
Я видел, как искрят гневом её глаза и раздуваются ноздри, но Анна промолчала. Мы прекрасно знали, что союз со мной особенно выгоден ей, более того, её отец считает это настоящей удачей, надеясь на долю в бизнесе. Я решил поставить её на место: – Думаю, тебе пора, не буду провожать тебя до машины.
– Ты! – я буквально видел, что её разрывает от желания залепить мне пощёчину, но я знал, что она не сделает этого. Ради куша она будет терпеть всё, как бы ни жгла её гордость. Это то, что мне не нравилось в ней больше всего. Состоятельная дочь состоятельных родителей, а ведёт себя как дешевка из клуба брата.
Я отвернулся к окну, дождавшись, когда она дойдёт до двери и потом пихнул коробку с браслетом обратно в карман пиджака.
– Мистер Картер? – в комнату нерешительно заглянул метрдотель. Очевидно, скандал был достаточно громким и привлёк внимание общественности.
– Проводите Мисс Тернер, она уходит. – Распорядился, опускаясь обратно на стул.
Эта выходка, повеселившая всего на пару минут, дорого мне обойдётся. Уверен, Анна выполнит угрозу и статья выйдет. А мы, будучи порядочной семьёй, не станем опровергать, ведь всё равно к тому идёт. Как же мне это надоело. Моя жизнь лишена свобод. Я, как марионетка, дёргаюсь, когда тянут ниточки, улыбаюсь в ответ на оскорбления и принимаю со снисходительным величием потуги других, стоящих ниже, но стремящихся ущипнуть, отщипнуть и присосаться, вместо того, чтобы пытаться что-то сделать самим.
Остаток рабочего дня я провёл в комнате ресторана с ноутбуком. Метрдотель любезно подносил перекусы, а Гвен прислала новую рубашку.
В клуб к Бену я приехал порядком взбешённый. Злило всё, начиная от тисков брака, сдвигающихся со скрипом надо мной, и заканчивая ассистенткой в детском магазине, которая не могла найти на складе плюшевого крокодила, что я хотел приобрести для племянника.
Знакомый запах женского парфюма, дорогого алкоголя, сочных фруктов и сигар ударил мне в нос, едва я распахнул дверь чёрного входа. Полумрак, музыка, блики софитов.