Дрянь
Шрифт:
Одел бы на меня ошейник.
Не только в плане финансовой зависимости.
Самый настоящий.
Пусть и в виде какого-нибудь ювелирного украшения.
Так уж принято тут… И избавиться от этих мыслей, равно, как и от сопутствующих эмоций, никак не удаётся.
– У каждого свой предел. И не каждый может так сразу верно определить его границы, – проговаривает с понимающей усмешкой мужчина, заметив мою реакцию, а затем вновь приближается. – Закери, – представляется, протянув мне ладонь в жесте рукопожатия. – Райт.
На его губах расцветает новая, лучезарная,
Но своё имя не называю.
– Здесь холодно… Без верхней одежды, – замечает он, проигнорировав ответное молчание, продолжая сжимать мою ладонь в своей. – Идём? – предлагает повторно.
Насколько бы сильно ни хотелось отказаться снова, на деле я покорно киваю и разворачиваюсь к дверям, ведущим внутрь строения. Плетусь вниз по ступенькам, словно на казнь. И вспоминаю про маску только после того, как мы оба оказываемся перед дверями с кодовым замком.
– Пожалуй, я просто заберу своё пальто, – оправдываю собственные противоречия, скрывая лицо маскарадным атрибутом.
Заодно и обозначаю вслух тот факт, что оставаться внутри клуба надолго не намерена.
– Твоё право, – пожимает плечами Закери, набирая комбинацию.
Странно, но, код, набранный Ханной – иной. По крайней мере, он точно начинается с двойки, насколько я помню, и, как минимум – шестизначный, а тут… Четыре ноля? И даже никакой карты не требуется…
Глава 2
Дверь открывается с глухим щелчком, но я не спешу двигаться дальше. Останавливаюсь в нерешительности, с подозрением косясь на своего сопровождающего. Однако не нахожу в нём ровным счётом ничего, что могло бы подтвердить возникшие опасения. Вместе с тем всё внутри меня буквально так и вопит: “Беги отсюда!”.
– Дамы вперёд, – вежливо произносит мужчина, взмахнув рукой.
Поколебавшись ещё секунду, я всё же переступаю границу порога. И снова замираю посреди балюстрады, недалеко от двух охранников. Те в свою очередь приветственно кивают… не мне, конечно же. Тот, кто находится со мной рядом, сухо здоровается с ними в ответ, а после спускается вниз по лестнице, больше не обращая на меня никакого внимания.
Честно говоря, почему-то навязчиво казалось, что он поступит иначе… Каким образом? А чёрт его знает. Даже и не знаю, то ли вздохнуть с облегчением, то ли… признать насколько я разочарована.
Успеваю преодолеть несколько ступеней вслед за блондином, прежде чем освещение гаснет. Наступает кромешная темнота, а я вынужденно цепляюсь за перила, так и не завершив спуск. И теряю его из виду. Музыка стихает. Воцаряется тишина. Напряжение внутри моей головы усиливается тысячекратно. Всего лишь на пару кратких мгновений. Все былые мысли и сомнения улетучиваются в неизвестном направлении, как только лиловая вспышка прожектора вынуждает концентрировать внимание на круглом подиуме посреди зала. Наряду с плавной мелодией, пространство наполняет пронзительное сопрано в исполнении Ханны.
Мне уже не раз доводилось слышать её пение, но сегодня… Девушка обнимает микрофон
Я, также, как и большинство собравшихся, не могу отвести взора от обладательницы завораживающего голоса. Воспринимаю, будто под гипнозом, лишь её одну. Скорее всего, именно поэтому и не замечаю того факта, что оказываюсь на лестнице уже не одна. И вздрагиваю от неожиданности, когда на плечи ложатся тяжелые шероховатые ладони, а над ухом звучит пусть и тихое, но с нотками явной угрозы:
– Твоя минута давно истекла, София.
А ведь собиралась только забрать пальто…
– Знаю, – выдавливаю из себя едва слышно.
Еле сдерживаюсь, чтобы оставаться на месте, хотя на самом деле очень хочется избавиться от чужого прикосновения и бежать без оглядки.
И вот как я теперь буду из этого выпутываться?
Не привлекая лишнего внимания…
– Непослушная, значит, – протягивает в ответ Айзек, сжимая пальцы на моих плечах сильней. – Непослушных наказывают.
В голосе слышится столько коварного предвкушения, что у меня все внутренности выворачивает. От страха. И отвращения.
Какое-то время я просто-напросто стою, не шевелясь, справляясь с нахлынувшими эмоциями. И только когда разуму возвращается толика хладнокровия и адекватности, произношу спокойно:
– Я… Кхм… – отрицательно качаю головой. – Вы меня неправильно поняли… Я… – делаю паузу, стараясь подобрать формулировку помягче, – не могу стать вашей… кхм… спутницей.
Наверное, стоило бы быть гораздо твёрже и уверенней в интонации, потому что жалкая попытка избавиться от навязчивой компании “по-хорошему” терпит полнейшее фиаско. Мужчина прижимается ко мне со спины плотнее, вжимая собою в лестничное ограждение, а его хватка начинает причинять ощутимую боль. Скорее всего, ещё и синяки останутся.
– Спутницей? – звучит от Айзека в презрительной насмешке. – Мне не нужна спутница… – его ладони плавно перемещаются от моих плеч к ключицам, а затем смыкаются на шее. – И я не принимаю отказов. Хорошенько запомни это на будущее, – заканчивает ледяным тоном.
Твою ж…
Сознание захлёстывает паника. И кислорода в лёгких начинает не хватать. Но я по-прежнему стою, не шевелясь. Ведь звать на помощь абсолютно бесполезно. Ещё больше проблем только обрету, привлекая к себе постороннее внимание.
– Пожалуйста… Отпустите… – произношу тихонько, слегка дёрнувшись.
Нет, пока не сопротивляюсь. Лишь демонстрирую мужчине то, что готова к подобному. Хотя это и неуместно совершенно.
Зал всё ещё ещё наполнен мягким лиловым светом, направленным на сцену, и лиричным голосом Ханны. Как бы мне ни хотелось покинуть клуб прямо сейчас, всё равно не удастся, пока она не закончит выступление.
С другой стороны, мне уже и верхняя одежда не столь важна.
Главное, выбраться отсюда побыстрее!