Дубликат
Шрифт:
– Вот давай у них и спросим, - я решительно подошла к двери и нажала кнопку селектора.
– Добрый день, по какому вопросу идёте? – раздался мужской голос из динамика.
– Добрый день, - отозвалась я, - мы хотели бы узнать насчёт дублирования личности…
– Заходите! – не дал мне договорить незримый собеседник. Дверь щёлкнула.
Войдя внутрь, мы со Стасом оказались в небольшой, но довольно уютной комнатке с бледно-рыжими стенами. Сидящий за маленьким
– Распишитесь здесь, и присядьте на ту скамью, - велел он, нажав на что-то под столом, - профессор скоро примет вас.
Спустя примерно шесть минут, из-за железной двери в противоположном конце комнаты вышел мужчина в белом халате. На вид ему можно было дать тридцать девять лет и внешне он напоминал моего любимого актёра Джеймса Вудса: такие же тёмные, зачёсанные назад волосы с прямым пробором посередине, такие же чёрные грустноватые глаза. Он широко улыбнулся.
– Здравствуйте молодые люди, прошу прощения, что заставил себя ждать. Я – Кирилл Михайлович Леваков, основатель и руководитель компании «Dublication +». Кто из вас хочет продублироваться? Или может оба?
– Я хочу, - первая поднялась со скамьи я, - меня зовут Юлианна.
– Рад знакомству, - кивнул профессор, - я попрошу вас сейчас пройти со мной в лабораторию, - расскажу о процедуре подробно, а молодому человеку, - глянул он на поднявшегося было следом Стаса, - придётся посидеть тут ещё несколько минут.
– Но простите… - попытался возразить он, но Леваков его перебил:
– То, чем мы тут занимаемся, не положено знать всем подряд, - решительно заявил он. – информация предоставляется лишь искренне заинтересованным клиентам. Не волнуйтесь, ничего страшного внутри с вашей спутницей не произойдёт. На крайний случай, Юрий – указал он на охранника, покажет вам на мониторе запись наших манёвров.
– Интересные, однако, у вас тут правила! – съехидничала я, когда мы с профессором оказались в длинном мрачном коридоре, по ту сторону двери. –Тех, кто изъявил желание поучавствовать в процедуре, но ещё не дал согласия, пускать внутрь можно, а тех, кто всего-навсего приходится сопровождающим – нельзя. А если другой человек тоже захочет продублироваться, когда узнает детали?
– Не всё так просто, Юлианна, - ответил Леваков, - по человеку обычно всегда видно, когда он действительно заинтересован в чём-либо, а когда ему глубоко наплевать. Уж я, за сорок с лишним лет, научился это определять по малозаметным поверхностному взгляду, признакам.
– Сорок с лишним лет? – удивлённо ахнула я, - Но вы выглядете намного моложе!
– Спасибо за комплимент, - хихикнул он, затем продолжил: - Допустим, я поверю случайному прохожему, что ему и впрямь интересен это процесс, раззкажу-покажу ему тут всё, а потом? А потом я просто получу килограммы насмешек в свой адрес, а наша с коллегами репутация может серьёзно пошатнуться, ибо скептичный индивид не постесняется растрезвонить о нашем деле кому ни попадя, да ещё приправив это чёрт знает какими деталями. Нам это надо?
–
– На монитор транслируется не полноценная видеозапись, а цветовая анимация, изображающая наши передвижения. Два зайца одним махом: посторонний наблюдатель ничего не узнает и в то же время, как например ваш друг сейчас, убеждается, что внутри полный порядок, никто вас не убивает.
– Здорово! – выдохнула я.
– Нам сюда, - профессор указал на одну из дверей по правой стороне.
За дверью царила поистине футуристическая атмосфера: лаборатория с кислотно-голубыми стенами, по всему периметру была уставлена компьютерами и всякими разными механизмами непонятного для меня назначения. Множество мужчин и женщин в белых халатах то и дело сновали туда-сюда между этими приборами, жестикулируя и переговариваясь шёпотом между собой. В дальнем левом углу лаборатории, находился огромный прозрачный стеклянный куб, внутри которого стояли скамья и большой белый стенд с изображённой на нём шкалой делений человеческого роста, - это напомнило мне полицейскую комнату для допросов из детективного кино. А в самом центре этой «комнаты будущего» стояли два высоченных (в три человеческих роста высотой) резервуара, до середины наполненные крайне необычного вида субстанциями:в правом было нечто тягучее серебристо-серого цвета, напоминающее небывалых размеров жевательну резинку, в левом же булькала переливающаяся всеми цветами радуги, жидкая кислота. К этим резервуарам и подвёл меня профессор.
– Вот собственно из этого материала, - указал он на «жвачку», - мы и будем изготавливать новую «вас». А это, - подвёл он меня к радужной жидкости, - растворитель. Вещество, показанное вам секунду назад, нестабильно, а посему, во избежание весьма нежелательных последствий дубликат, по истечению срока в пятнадцать дней, подлежит обязательному расщеплению.
– Вступление звучит весьма отталкивающе, - усмехнулась я, - что, интересно знать, дубликат может натворить? Откусит кому-нибудь полруки?
– Ну, до преступлений дело не дойдёт, - заверил меня Леваков, - но ваша копия может внезапно утратить память, или начнёт лопотать смешными фразами на непонятном языке, - с дублем нашего сотрудника, на котором мы провели первый опыт, именно так и произошло. В самом противном случае, двойник просто остановится, - замрёт на месте, не в силах пошевелить ни одной конечностью, не способный вымолвить ни слова. Представляете реакцию ваших собеседников, если вы на их глазах внезапно в «манекен» превратитесь?
Да уж, зрелище было бы весьма жутковатым!
– И много уже было желающих?
– Не считая подопытных сотрудников - два клиента. У обоих всё прошло без сучка и задоринки, - первый уладил свои проблемы за четырнадцать дней, вторая – за одиннадцать. Оба говорили, что их подмен никто не заметил, за исключением того, что они, по отзывам родных, вдруг резко стали «обязательными» во всём. Ещё вопросы?
– Больше нет, - сдалась я, - я согласна. Только нельзя ли мне в виде исключения, провести эту процедуру как можно быстрей? Желательно прямо сегодня.