Дуэль Пономаря

Воробьев Кирилл Борисович

Пролетев над ней в тонком теле, майор-экстрасенс не обнаружил никого и ничего, на чём бы стоило заострять своё внимание. Ни людей, ни следящей аппаратуры. Это было и странно, и подозрительно. Неужели похитители Вити настолько уверены в своих силах?

Просмотрев всё здание, Сергей Владимирович отметил расположение охранников, вычислил камеры слежения, нашёл и Витю. Мальчик находился на первом этаже и был без сознания. Следовало поторопиться.

Но, едва свернув на заледенелый асфальт, полоса которого вела к дому, майор почувствовал лёгкую неуверенность. Словно кто-то, на мгновение, прикоснулся

к его мозгу холодными липкими пальцами. Ощущение было не из приятных, но Изотов лишь сильнее утопил педаль газа. Без его помощи Витя был бы обречён.

Остановившись перед последним поворотом, вне пределов видимости из особняка, Сергей Владимирович несколько минут не покидал автомобиля. Он настраивался, входил в комплекс необходимых, для освобождения мальчика, биоэнергетических состояний.

Наконец, всё было готово. Для стороннего наблюдателя, у стоящей на обочине пустой машины вдруг отворилась дверца. На снегу под ней внезапно появились два отпечатка ботинок. Но и они, в следующее мгновение, исчезли. Хлопок, дверца встала на прежнее место, и от автомобиля словно бы поплыло облачко прозрачного пара.

Майор, войдя в состояние невидимости, быстро и уверенно направился к воротам особняка. Уже на подходе к ним он вдруг понял, что настроение его обитателей резко изменилось. Если до странного прикосновения к мозгу общий спектр излучений охранников напоминал сонную муху, то теперь аура над территорией дома походила на растревоженный улей. Но отступать было поздно.

Сергей Владимирович вдруг понял, что боевиков, которые охраняли Витю, кто-то предупредил. Но как?

На воротах дежурили четверо. Изотов видел одного из них постоянно маячившего в небольшом окошке, чувствовал поля других за кирпичной кладкой, за металлом самих створок. Мыслей их майор прочитать не мог, но, по возбуждению манипур, было видно, что охранники находятся в тревожном ожидании.

Это было даже на руку невидимому лазутчику.

Решив, что церемониться с этими парнями – дело излишнее, Сергей Владимирович начал действовать жёсткими методами.

Потянув за излучение желудочных чакров боевиков, фээсбэшник, через несколько секунд, резко направил собранную энергию обратно. Это вызвало у охранников мгновенное расстройство желудка и приступ непонятного страха. Их энергосистемы стали открыты для внешних воздействий, чем Изотов немедленно воспользовался.

“Спать!..” – Послал Сергей Владимирович мысленный раппорт. Боевики за стенкой повалились как кули.

Наугад выбрав одного из них, майор внушил ему, чтобы тот поднялся и открыл дверь, ведущую в караульное помещение. Вскоре послышался лязг запоров, и в освещённом дверном проёме возникла массивная фигура. Майор одним энергетическим импульсом уложил боевика и, прикрыв за собой дверь, вошёл в сторожку.

Один из спящих охранников сидел, трое лежали на полу. Все они были вооружены автоматами. Фээсбэшник потратил несколько десятков секунд на то, чтобы обыскать спящих и изъять у них рожки с патронами. У одного обнаружилась рация, которую Изотов захватил с собой.

Но, едва майор сделал шаг к двери, ведущей на территорию особняка, рация запищала и послышался чей-то голос:

– Стопарь! Как там?

– Тихо. – Прохрипел Сергей Владимирович.

– Смотри там! Как услышишь

машину – мочить всех, кто в ней! Понял?

– Понял, понял… – Пробурчал Изотов.

– И без косяков! А то… – Пригрозил голос и отключился.

Майор про себя усмехнулся и порадовался своей прозорливости. Выйдя во двор, Сергей Владимирович осмотрелся во всех доступных ему диапазонах. Света было не так много, но ясновидение подсказывало, что наряду с шестью боевиками, в парке, окружавшем здание, находятся несколько голодных животных. Фээсбэшник не смог увидеть их воочию, но предположил, что это крупные собаки. И две из них уже направлялись в сторону Изотова.

Майор-экстрасенс не мог понять, что же его выдало. Ведь блок невидимости должен был прикрывать и запахи своего носителя. Но размышлять и исправлять ошибку было поздно, из-за стволов деревьев вынырнули две тени и, гигантскими скачками, понеслись к лазутчику.

На раздумья времени не оставалось. Сергей Владимирович никогда не имел дела с животными и теперь лихорадочно пытался сообразить, что же делать.

Вдруг он заметил, что обе собаки, бегущие к нему – кобели. Решение пришло само. Изотов надел на себя излучения суки. Псы резко остановились, принюхались. И, вдруг, бросились вперёд снова, но уже во всю виляя хвостами.

Майору не хотелось стать жертвой сексуальных домогательств кобелей и он, обратив внимание собак друг на друга, внушил им, что перед ними конкурент, враг, который хочет завладеть чужой самкой. Это подействовало.

Собаки вновь остановились, посмотрели одна на другую. Поднялась шерсть на загривках, послышалось грозное предупреждающее рычание. В следующий момент псы ринулись в драку.

Сергей Владимирович, виляя мысленным хвостом, спокойно прошёл мимо грызущихся и рычащих кобелей и, по очищенной от снега дорожке, устремился к дому.

Заходить внутрь, чтобы столкнуться с полутора десятками вооружённых головорезов, смысла не имело. Поэтому Изотов решил обойти вокруг здания и похитить мальчика через окно. Расположение комнаты Вити майор уже засёк, как и то, что рядом с пацаном находится вооружённая до зубов сиделка мужского пола.

Наличие охранника даже облегчало задачу Сергея Владимировича. Ему можно было внушить открыть окошко и спустить в него мальчика. То, что боевик был снабжён программой Игоря Сергеевича, которая не давала Вите воспользоваться своими способностями, суть дела не меняла. Изотов не собирался прибегать к такому непродуктивному по времени способу, как навешивание биоинформационной структуры. В данном случае легче было воспользоваться прямым внушением. А ему дарофеевская программа не мешала.

Подобравшись к нужному окну, оно находилось с левого торца особняка, майор начал работу по нейтрализации сиделки. В тот же момент произошли разом две неприятности. Запищала рация, и Изотов опять ощутил чьё-то осторожное прикосновение к своему мозгу.

А через мгновение Сергей Владимирович понял, что его обнаружили. К тому месту, где он стоял, разом побежали находившиеся на улице боевики. Майор чувствовал их движение, ярость, готовность убить во что бы то ни стало.

Рация не прекращала пронзительно пищать и фээсбэшник, уже на бегу, кинул её в ближайший сугроб. Однако было уже поздно. Лазутчика окружили.