Дуэт
Шрифт:
— Однако я решил, что круиз будет хорошим местом, чтобы завоевать ее. И завоевал… до удивления просто, — заметил он.
— О, в самом деле?! Ты уверен в этом?! — с деланным удивлением воскликнула Марианна.
Майкл загасил сигарету и заключил свою любимую в объятия.
— Женщины всегда считали меня неотразимым, — самоуверенно изрек этот покоритель сердец.
— Они будут в большей безопасности, если перестанут так считать. Я могу ведь попортить им личики, — проворковала Марианна и обвила руками шею Майкла.
—
— Вижу, что вы собираетесь быть предельно счастливой парой. Вы позволите мне предсказать вам скорую свадьбу? — Кэтрин запнулась… — Итак, вы женитесь?
— Конечно, — ответил Майкл. — Или ты уже не доверяешь каждому второму мужчине и во всем сомневаешься? — Он опять поцеловал свою избранницу, не заметив, что у Кэтрин выступили слезы.
Она крепко обняла своих друзей.
— Именно сейчас мне было необходимо услышать что-нибудь вроде этого. Я собираюсь оставить вас здесь одних. Вы можете пожить в свое удовольствие, пока я уеду. Могу я сказать Клиффорду или это секрет?
— Можешь сказать, — разрешила Марианна, — мы собираемся сделать этот решительный шаг на следующей неделе.
— Это прекрасно, Марианна! Кажется, в холодильнике есть шампанское, верно? Мы отпразднуем это событие и выпьем, когда я вернусь с ланча. Меня не будет несколько часов.
Около часа Кэтрин сидела на застекленной террасе ресторана, ковыряя вилкой заказанное блюдо. В зале было с десяток завсегдатаев, хорошо ей знакомых, и ей пришлось обменяться приветствиями до того, как она села за столик в углу. Зал был искусно украшен тропическими растениями и цветами. Солнце, светящее сквозь стекла, и зелень создавали ощущение тепла и даже летнего зноя. Пол был выложен изразцами, в дальнем конце постоянно били фонтаны. Кэтрин нравилась элегантность ресторана, плетенная из прутьев мебель, пряные ароматы подающихся блюд и цветов.
Наконец появился ее агент, Клиффорд Тол-ливер. Это был крупный дородный мужчина, похожий на толстый обрубок дерева, только отполированный. Он считался очень способным человеком. У него была ярко-рыжая копна волос, которые слегка вились на макушке, и светло-голубые веселые глаза, очень цепкие и проницательные, широкое плоское лицо, усеянное веснушками. Все это создавало облик добродушного человека. Но впечатление было обманчивым.
Он мог улыбаться, выглядеть доброжелательным и несколько медлительным. Это было лучшее средство самозащиты. С первых дней их знакомства Кэтрин поняла, что на самом деле он человек резкий, а при необходимости даже жестокий. Правда, он любил Кэтрин, не только потому, что с ее помощью он разбогател, но и потому, что она никогда не противилась тому, что он делал. А Толливер никогда ничего не рассказывал о своих клиентах. И это вполне устраивало певицу.
Сейчас агент предоставил
Он отметил про себя, что она не упоминает о партитуре для мюзикла, о времени, проведенном в Сандерленде. Из своих источников он знал о том, как продвигается работа и что партитура уже почти готова. Разговор Толливера со Стэнли Гудином изобиловал похвалами. Линда Хармен одобрила каждый из присланных номеров, начали работать и хореографы. Казалось, вся партитура будет передана для дальнейшей работы без задержек.
Поэтому Толливер был удивлен, когда Кэтрин так внезапно вернулась из Сандерленда. Он ждал ее телефонного звонка, заверения, что партитура готова, но она известила, что они с Фредериком хотят отдохнуть неделю или две и ничего не делать. Однако она появилась в Лондоне раньше и одна.
Кэт явно нервничала, болтала, стремительно перескакивая с одного предмета на другой. Толливер не прерывал ее, делая вид, что его интересует только еда. Она говорила без остановки пятнадцать минут, затем стала выдыхаться. Толливер ждал.
— Ну хорошо, — сказал он, вытирая губы салфеткой, — не думаю, что возникнут проблемы с гастролями во Франции.
— Прекрасно. — Подцепив креветку, она жевала ее с отсутствующим видом.
— Пока организуются гастроли, вам надо сделать небольшой перерыв и где-нибудь провести отпуск.
Певица удивленно подняла брови.
— Нет, я думала, вы сразу же купите мне билеты туда и обратно и быстро организуете рекламу моих выступлений.
— Я могу это сделать, — сказал он добродушно, — после того как вы проведете несколько недель где-нибудь.
— Но я хочу ехать сейчас, а не отдыхать несколько недель. Я еду немедленно, Клиффорд!
— Вы неважно выглядите сейчас, похудели, знаете об этом? — Он подцепил на вилку еще кусок телятины. — Это видно по вашему лицу. Побольше ешьте и отдыхайте.
Кэтрин раздраженно махнула рукой.
— Почему каждый обращается со мной, как с маленьким ребенком? — пробормотала она. — Я не должна много есть. Пока я все же звезда и слежу за своей фигурой.
— А что с мюзиклом «Мелодии любви»?
— Партитура закончена, — сказала она.
— И?
— И? — переспросила она. Веселые глаза Толливера прищурились. — Она закончена, — повторила Кэтрин. — Да, в сущности, закончена. Я не могу предвидеть всех вопросов, которые могут возникнуть. Но уверена, что Фредерик или его агент свяжется с вами, если будут какие-либо затруднения.
— Стэнли Гудину, вероятно, захочется, чтобы вы оба были тут во время съемок фильма, — мягко сказал Толливер. Кэтрин хмуро рассматривала золотую каемку бокала.