Дух из машины

Картер Крис

Стараешься, мальчик? Даже ерзать перестал. Хорошо поставленным голосом, обводя для убедительности аудиторию взглядом, спокойно, уверенно — приятно посмотреть. И звучит все вполне осмысленно. Надо же! Утром ты на меня особого впечатления не произвел. И когда я только научусь разбираться в людях?

Интересно, а как это все нравится Молдеру? Ну и рожа! Он что, привидение увидел?

— …Все это привело меня к мысли, что мы имеем дело с игроком-социопатом. Можно уверенно утверждать, что он не любитель особых ощущений и обладает весьма развитым интеллектом, поскольку

спланировал преступление так, чтобы избежать не только разоблачения, но и какого-либо контакта с жертвой…

Смотрите, пожалуйста, какой полет мысли — от «кто-то поковырялся в замке» до психологического портрета преступника!

А выражение лица Молдера превращается в устало-понимающее. Видимо, привидение оказалось знакомым. Знакомое такое привидение…

О черт! Как же я сразу не сообразила?

— Это и есть твой отчет, Молдер? В ответ:

— Забудь!

И физиономия становится каменно — непроницаемой. Значит — «да».

Уф-ф-ф-ф… И где ты только такого напарника выискал, а, Уильям Фокс Молдер?

А Джерри заливается:

— …последний телефонный звонок подтверждает эту теорию…

Вставляет кассету с записью в предусмотрительно припасенный магнитофон, включает воспроизведение. Неизвестный безликий голос произносит: «Точное время — семь часов тридцать пять минут».

— Время смерти Бенджамина Дрейка. Он сам помог нам установить точное время собственной смерти.

Кажется, мальчик вообразил себя Эркюлем Пуаро.

В монологе наступает тщательно рассчитанная пауза. На которую немедленно реагирует руководитель расследования Нэнси Спиллер. Железная Дева — она и есть Железная Дева. Сидит во главе стола, неестественно выпрямившись, поджав губы, и строго наблюдает за подчиненными сквозь массивные очки.

Ламана — надо отдать должное этому паршивцу — просчитал ее реакцию безошибочно. Если просто сделать доклад, она и внимания не обратит. Поставит «галочку»: сделано. А легкая несуразица в стройном и логичном изложении заставляет Железную Деву заинтересоваться.

— Зачем Дрейку понадобилось точное время? Он ведь находился в туалетной комнате? — и голос у нее железный, без малейших примесей человеческих эмоций.

И Джерри выкладывает на стол свой главный козырь:

— Звонил не он. Звонили ему. Из здания «EURISKO». Тот, кто подстроил ловушку, обеспечил себе абсолютное алиби, но хотел быть уверенным, что все сработает.

Фокс, сохраняя непроницаемое выражение лица, втягивает носом воздух. Тоскливо ему. Ведь за такое надо морду бить.

Железная Дева почти улыбается докладчику.

— Отличная работа, агент Ламана.

Джерри скромно опускает глазки.

Вот так делаются карьеры.

Далее следует обычная раздача поручений, распределение направлений деятельности, напоминание о необходимости координации, назначение времени и даты Следующего совещания, указания на необходимость тщательнее относиться к уликам и фактам… Понятно, почему Молдеру так уютно в «подвале без окон и дверей» и без блестящих перспектив. Никакие перспективы не заставят его ежедневно выдерживать подобную процедуру.

Потом

совещание закрывается. Множественное движение доброй дюжины сотрудников, грохот стульев, возгласы…

Во всей этой суете агент Ламана как-то сразу исчез.

Молдер нашел его у ближайшей в здании кофеварки.

— Джерри! Какого черта ты вытворяешь?!

— Да ладно тебе, не кипятись… — и, как ни в чем не бывало, взялся за чашку. Разве что глотать стал чуть поспешней.

«Странное, давно забытое ощущение. Как в школе у тебя списывали уроки. И ладно бы попросив об этом, — сам бы отдал. Так нет же, тайком, вытащив на переменке тетрадь у тебя из портфеля. А тут еще — „не кипятись“! Он что, совсем ничего не соображает?»

— Джерри! Это мой личный отчет! Широченная дружелюбная улыбка:

— Я думал, ты будешь не против… «Нет, он действительно ничего не соображает. Он, кажется, даже не подозревает, как называется то, что он сделал… Куда ты собрался? Стой!»

Молдер перехватил Джерри за лацкан пиджака и рванул к себе. Видимо, это движение было то ли выразительнее, то ли понятнее, чем слова, ибо Джерри сообразил, что от него требуются какие-то объяснения.

— Да какая разница! Подумаешь, обычные наметки… Я сам заполнил все пробелы… — и гордо одернул пиджак.

Призрак, борясь с искушением заехать по цветущей физиономии, произнес сквозь сцепленные зубы:

— Джерри, ты вломился ко мне в кабинет и украл мою работу!..

Под стальным взглядом бывшего напарника агент Ламана несколько подрастерял жизнерадостность и дружелюбие. С его точки зрения, ситуация была вполне тривиальной.

— В конце концов — ты занимаешься этим делом, чтобы помочь мне. Ты мне и помогаешь, разве нет? — и помчался прочь. На всякий случай.

По дороге он едва не налетел на Скалли, но на этот раз почему-то не выразил желания угостить ее за свой счет. Дэйна проводила талантливого мальчика хмурым взглядом и направилась к Фоксу.

— И что он сказал?

Молдер стоял как оплеванный. Дышал он шумно и тяжело, но формулировку умудрился подобрать исключительно корректную:

— Он извинился. Правда, очень по-своему… Скалли вздохнула и протянула напарнику сложенную вдвое страничку записной книжки.

— Я только что говорила по телефону с Питерсоном, тем инженером… Вот список, который ты просил.

Призрак встряхнул, расправляя, бумажный листок и с удивлением прочитал вслух:

— Одно имя? Брэд Вилчек?

«А я что могу сделать, Молдер?»

— Он ведь предупреждал, что имен будет немного… И еще он подчеркнул, что этот парень ненавидел и презирал Дрейка.

— Но это же слишком очевидно. Если он убил Дрейка — это же мания величия!

— И полностью совпадает с психологическим портретом, который ты составил…

— Полностью… — неуверенно ответил Фокс. «Правильно, Молдер. Как только ответ становится очевидным, он тут же перестает тебе нравиться. Но зато теперь ты займешься работой, а не переживаниями по поводу некоего самоуверенного балбеса. В расследовании мы участвуем официально. Надо ехать к этому Вилчеку. И побыстрее».