Дураков нет
Шрифт:
– А если их тут найдут? – допытывался Руб.
– Ты ведь не написал на них свое имя? – ответил Салли.
Они почти погрузили вторую партию, когда послышался шум мотора и вдали показался “эль камино” Карла Робака с эмблемой “Тип-Топ. Строительная компания К. И. Робака” на двери. Машина летела с бешеной скоростью, и это значило только одно: за рулем Карл Робак. Карл старался не ездить на стройку на “эль камино”, однако считал, что начальству позволено раздолбать минимум одну служебную машину в год, скача по ухабам проселков на скорости пятьдесят миль в час.
–
Салли смерил его взглядом:
– Посмотри на меня.
Руб смотрел, но не на Салли. Он с ужасом таращился на приближающийся “камино”.
Салли высунулся из кузова пикапа, наклонился и дал подзатыльник Рубу, стоявшему в грязи.
– Ни слова, понял? Если ты хотя бы откроешь рот, я расшибу тебе башку этим блоком и закопаю тебя в лесу. А сверху навалю кучу разбитых блоков.
– Мне хотелось бы, чтобы ты не говорил такого, – ответил Руб. – Ты всегда говоришь это как будто всерьез.
– Говоришь что? – спросил Карл Робак, вылезая из “эль камино”.
Руб хотел было ответить, но Салли опять дал ему подзатыльник. Руб закрыл рот, громко клацнув зубами.
Карл обозрел груду оставшихся блоков – казалось, она не уменьшилась.
– Надо будет подать документы на федеральную субсидию, – сказал он. – Тот, кто берет на работу умственно отсталых, имеет на это полное право.
Салли уселся в кузове пикапа, снял рабочие перчатки, закурил сигарету.
– А ты помоги. И процесс пойдет живее. Правда, тогда ты вспотеешь и все твои подружки наморщат носы.
– Давай не будем о женщинах, – попросил Карл, от одного лишь упоминания этой темы помрачневший еще больше. – Знаешь, как расшифровываются буквы “К. И.” в моем имени?
– Как? – с искренним любопытством спросил Руб.
– Coitus interruptus [9] , – печально ответил Карл.
– Что? – нахмурился Руб.
– Это латынь, Руб, – пояснил Карл. – Не парься. Выучи сначала английский.
– Если бы ты тратил обеденный перерыв на обед, этого не случилось бы, – заметил Салли. – А ведь когда-то это был тихий милый город. Теперь всем приходится между двенадцатью и часом дня ехать домой, чтобы проверить, не стоит ли на подъездной дорожке твоя машина.
9
Прерванный половой акт (лат.).
– Если б они проверяли только с полудня до часу, было бы проще, – сказал Карл. – Я-то могу поехать обедать когда захочу.
– Так езжай домой к Тоби, – предложил Салли, гадая, знает ли Карл про новые замки. – Ты женат на самой красивой женщине в городе, идиот.
Карл задумчиво потер подбородок.
– Нам подобает к недоступному стремиться [10] , – парировал он. – Помнишь, кто это сказал?
Салли не помнил.
– А где говорят на латыни? – допытывался Руб.
10
Строчка
С минуту все молчали, но Карл ухмылялся. Общение с Рубом явно его развеселило. Салли знал это чувство. Трудно жалеть себя, когда рядом Руб.
– Я подумываю учредить стипендию для студентов колледжа, – сообщил ему Карл. – Можешь подать заявление, чтобы ее получить.
– Я и школу-то не окончил, – отчасти с сожалением, отчасти припомнив досаду, ответил Руб.
– Тогда с чего ты взял, что имеешь право на стипендию? – спросил его Карл.
Этот вопрос так смутил Руба, что он беспомощно уставился на Салли.
– Да не слушай ты его, и все, – посоветовал Салли.
– Даже не верится, что вы так мало успели. – Карл обозрел высокую пирамиду оставшихся блоков.
– Даже не верится, что кто-то додумался выгрузить их здесь, – парировал Салли. – У готового фундамента.
Карл Робак словно этого и не слышал, сегодняшние глупости заботили его больше вчерашних.
– Такими темпами вы не управитесь и к Рождеству.
– Значит, ты будешь знать, куда отправить рождественские подарки, – ответил Салли. – И не заморачивайся. Просто пришли те деньги, которые ты мне должен.
Карл и этого словно не слышал, он внимательно разглядывал грязь у себя под ногами. Там белели два блока, которые Салли тремя часами ранее подложил под задние колеса пикапа. Казалось, блоки просто лежат, наклонись и подними, но когда Карл Робак попытался это проделать, выяснилось, что они вмерзли в землю, и сдвинуть их с места было не проще, чем те блоки, из которых накануне сложили фундамент, видневшийся поодаль. Карл посмотрел на Салли, тот ухмыльнулся.
– Давай, – сказал Салли. – Подними.
– Хочешь, чтобы я схлопотал очередной сердечный приступ?
Салли фыркнул:
– Не боись. Скончаться в трудах тебе не суждено.
Карл явно был согласен с этим замечанием (или просто не чувствовал особой охоты спорить), хотя и пытался выковырять блоки каблуком полуботинка, для устойчивости прислонившись к своей машине. С площадки, на которой они стояли, был виден край рекламного щита, торчавшего на противоположной стороне шоссе, на четверть мили ближе к городу.
– Мне станет гораздо спокойнее, когда эту срань наконец начнут строить, – признался Карл.
Салли проследил за его взглядом и тоже посмотрел на участок, готовый к застройке, по ту сторону от четырехполосного шоссе, а с него перевел взгляд на голову клоуна.
– Ты мне лучше вот что скажи, – произнес Салли. – Кому придет в голову купить дом через дорогу от луна-парка? Тебе бы молиться, чтобы стройку не начали никогда.
– Салли, Салли, Салли, – покачал головой Карл. – Ты ничего не смыслишь в жизни.
Салли вынужден был признать, что, пожалуй, так и есть.
– Как только начнут строить, им понадобится участок под парковку с этой стороны. И они дорого за него заплатят.