Дураков нет
Шрифт:
– Доннелли, – сказала мисс Берил, фамилия этой женщины вдруг выскочила в ее памяти. – Я пыталась учить еще вашего отца Закари. Теперь я вижу сходство.
Джейни Доннелли прищурилась:
– Вы уверены?
Мисс Берил была более-менее уверена. Выучив несколько поколений отпрысков многих семейств Норт-Бата, она считала себя вынужденным специалистом по местному генофонду и его предсказуемому круговороту.
– В основном губы и подбородок, – сказала мисс Берил и подумала, что, быть может, обидела женщину, опознав в ее чертах
– Тогда вы как раз об этом пожалели, – припомнила Джейни Доннелли. – Я сказала, что мне нехорошо и мне надо пойти в сортир проблеваться. Слово “сортир” вы тоже не одобрили. Сказали, что я буду стоять, пока не найду “синонимы, допустимые в приличном обществе”. – Женщина довольно похоже, но без ехидства передразнила мисс Берил.
Теперь мисс Берил смутно припомнила тот случай. Джейни Доннелли действительно выглядела как мальчишка – очень короткая стрижка, лицо, фигура, выражения удручающе мальчишечьи. Другие восьмиклассницы уже вовсю штукатурились, а бледное личико Джейни, увы, казалось бесцветным.
– “Туалет” я вспомнила сразу, – продолжала Джейни, – а слово “тошниться” не успела: проблевалась.
Молодая женщина явно веселилась, и злость мисс Берил отчего-то утихла.
– “Тошнить”, – поправила она.
– Один хрен, – ответила Джейни и обратилась к дочери: – Ну так что, Куриные Мозги? Хочешь печеньку или как?
Нет ответа.
– Только ухо, да? Может, все-таки возьмем пару печенек на потом?
Джейни Доннелли взяла два печенья, завернула в салфетку и убрала в сумку.
– Можно?
– Конечно, – ответила мисс Берил.
– В школе вас, наверное, не хватает, – продолжала Джейни. – Не знаю, кто у них считается строгим учителем после того, как вы ушли.
Мисс Берил не сдержала улыбки.
– Насколько я понимаю, в школе решили, что строгий учитель им ни к чему.
Джейни Доннелли пожала плечами.
– Очень жаль, – сказала она. – Если хотите знать, я до сих пор люблю читать. Правда, у меня никак не получается сесть почитать, но хотелось бы. И Куриные Мозги наверняка полюбит читать, если, конечно, научится. Она обожает все, что может делать сама, правда, Два Ботинка?
– Тина, сколько тебе лет? – спросила мисс Берил девочку, та по-прежнему смотрела на нее одним глазом.
– Недавно исполнилось пять, – ответила за нее мама. – На будущий год пойдет в детский сад, хоть я в этом и сомневаюсь. Осенью в садик, да, Куриные Мозги? Никакой тебе маминой мочки. Надо будет посадить тебя с кем-то, у кого большие уши. Сдвинуть парты. – И добавила, обращаясь к мисс Берил: – Если жизнь не приключение, то что тогда, черт по-бери?
Молодая женщина посмотрела на часы.
– Можно я от вас позвоню? Это местный звонок.
Мисс Берил указала на телефон, тот самый, который Джейни высмеяла в прошлый раз.
– Только сесть, извините, не
– Ничего страшного, – отмахнулась Джейни, повернулась к дочери и отцепила ее пальцы от своего уха. – Посиди здесь, посмотри журнальчики, хорошо? Ты меня слушаешь, Два Ботинка? Видишь, сколько красивых журналов у старой леди? Посмотри картинки. Ты посмотришь все-все картинки, а когда я вернусь, скажешь мне, какая тебе понравилась больше всего. Идет? Может, мы даже найдем тебе ножницы и ты будешь вырезать картинки, как дома. Идет?
Джейни раскрыла один из журналов мисс Берил на развороте с изображением праздничной выпечки и положила девочке на колени.
– Ого, выглядит вкусно, правда? Мы с тобой все это съели бы, вдвоем, а? Ты посмотри картинки, а мама пока позвонит, окей? Я буду вон там, у двери, окей? Там, где тебе видно, окей? Ты не против?
В продолжение этого представления лицо девочки оставалось равнодушным, но в конце концов она согласилась взглянуть на картинку, лежащую у нее на коленях.
– Ты отпустишь мамочку позвонить, а потом мы вернемся к бабушке.
Джейни Доннелли упрашивала дочь, стоя перед ней на коленях, в чем, по мнению мисс Берил, не было нужды, поскольку ребенок с интересом рассматривал картинку. Почему бы Джейни просто не пойти позвонить?
– Мамочка отлучится всего на минутку. Ты еще будешь смотреть на эту картинку, а я уже вернусь, ладно, Тина? Я буду вон там. Видишь, где телефон? Я позвоню дедушке и тут же вернусь, окей? А ты посиди здесь, посмотри картинки, может, мы даже найдем тебе ножницы. – Джейни умоляюще посмотрела на мисс Берил, но той совсем не улыбалась мысль, что ребенок искромсает ее журналы.
Джейни Доннелли выпрямилась, помедлила, глядя на дочь, повернулась и пошла через всю длинную комнату к телефону. Стоило ей скрыться из поля периферийного зрения дочери, как журнал соскользнул с девочкиных коленок, она встала, явно намереваясь последовать за матерью, но та резко обернулась.
– Тина, немедленно сядь на место! – крикнула она.
Девочка замерла, но обратно не села. Ее мать была на середине комнаты, и казалось, что девочка мысленно измеряет расстояние между ними и оценивает, можно ли сесть, не рискуя потерять мать из виду. Мисс Берил оставалось только с ужасом и удивлением наблюдать за происходящим.
– Вот эта херня доводит меня до белого каления, – сообщила молодая женщина мисс Берил, словно обрадовавшись свидетельнице. – Вы когда-нибудь видели такое? Смотрите.
Она повернулась, шагнула к телефону, остановилась и повернулась к дочери. Девочка, не глядя на мать, тоже сделала шаг и замерла, едва мать повернулась к ней.
– Как бы вы себя чувствовали, если бы прожили вот так неделю? – разъяренно спросила Джейни. – Или хотя бы день? Да вы уже наутро не знали бы, что делать и куда бежать.