Дурнушка из преисподней
Шрифт:
1. Когда день не задался с самого начала
Прим. от автора:
"Соблазн — нечто прельщающее, влекущее, вызывающее искушение. Деяние, вызывающее моральное падение."
Мою кожу буквально обжигало пламенем. Огонь охватывал меня снаружи, изнутри, губы раскрывались в немом крике, но словно бы со стороны я слышала лишь свой собственный стон…
Стон удовольствия.
Обжигающе-сладкая боль, пронзающая все мое тело до самых кончиков пальцев, усиливалась, обрушиваясь на
Я не видела того, кто прикасался ко мне. Я могла лишь ощущать то, КАК он ко мне прикасался. Как проник своей энергией и естеством в каждую клеточку моего тела, разрывая, сминая все преграды, плавя всесметающей на своем пути лавой страсти. Я не управляла собой — мое тело мне более не принадлежало. Мыслями я тоже была далеко. Кем бы ни был этот — незнакомец? — он заполучил меня всю до капли. А я отдавалась ему бесстыдно, откровенно, словно в последний раз.
— Ари… — шепчет мой соблазнитель мне на самое ухо, опаляя своим жарким дыханием мою и без того до предела разгоряченную кожу. — Теперь ты принадлежишь… Мне.
Когда я просыпаюсь, все мое тело ощутимо дрожит, словно от холода, хотя мгновение назад я буквально горела в каком-то отвратительном демоническом пламени. Теперь же я сгораю со стыда. Что за… Что за черт?! С каких пор мне снятся по ночам эротические сны, когда мне вообще сейчас не до того? Нет, я понимаю, если б я не изучением химии занималась до полтретьего ночи, а глупыми фильмами про любовь баловалась… Что он там мне сказал? “Теперь ты принадлежишь мне”? Тьфу, что за безвкусица… Подсознание, ты точно можешь лучше!
Смотрю на будильник, тоскливо мерцающий электронными цифрами в полумраке комнаты. 6:58. Отлично. Подъем у меня планировался только через час — но теперь я вряд ли усну. Да и хотелось стереть отвратительные пошлые картинки из головы, а падать снова на подушку и закрывать глаза означает вновь погружаться в мысли об этом сне. Да уж, Ариана. Подумай над тем, чтобы на досуге заглянуть к психологу, когда сессия закончится. Недосып, хроническая усталость, стресс, теперь еще и это… И все — накануне важного дня. Очень важного дня. Если бабуля заметит во время встречи хоть какой-то намек на то, что ее любимая внучка загоняет себя в гроб сумасшедшим графиком, нагрузками и полным отсутствием личной жизни — пиши пропало.
Озноб не желал отступать, поэтому мне пришлось встать и прошлепать босыми ногами к окну, чтобы закрыть форточку. При этом собственная кожа на предплечьях казалась мне удивительно горячей… Не хватало еще и простудиться. Хотя, я уже ничему не удивлюсь. Организм кричит мне “sos” всеми доступными и недоступными методами — в том числе и о сниженном иммунитете. Впрочем, кто говорил, что я собираюсь отступать? Посмотрим, кто кого!
Лишний час бодрствования с утра — лишний повод повторить несколько экзаменационных вопросов, перепроверить и без того идеально выглаженный наряд для визита к бабуле, позволить себе постоять под горячим душем на четверть часа дольше положенного… Я из
Экзамен проходит безупречно — впрочем, кто бы сомневался. Я не для того неделю не спала, зазубривая все мыслимые и немыслимые лекции, конспекты и дополнительные материалы, чтобы сегодня облажаться. Ариана Фортуна никогда не лажает в том, что касается учебы. А уж на то, что мне, как главной отличнице и выскочке, выходящей отвечать на вопросы экзаменатора самой первой, смотрят в спину не самые добрые взгляды одногруппников — это так, мелочи. Обыкновенная человеческая дружба и отношения не то, на что стоит тратить время тогда, когда получаешь самое важное в этой жизни — образование.
Впрочем, мое “безупречно” все же несколько портит общее состояние моего организма. Жаропонижающих таблеток, что я приняла утром, явно оказалось недостаточно, потому я решаю остановиться, прежде чем покинуть здание университета, и зайти в уборную. Уже там, нервно копаясь у сумочке, я выуживаю из нее таблетки, дрожащими пальцами закидываю в рот до кучи и обезболивающее, борюсь с желанием в очередной раз почесать шею ровно в том месте, куда мне во сне дышал этот… Ари, черт бы тебя побрал! Ну хватит уже мыслями постоянно возвращаться к одному и тому же!
Из зеркала на меня смотрит нервно-осунувшаяся серая мышь, которой нужно каким-то образом успеть за час привести себя в порядок, а после отправиться за город. Я и так рискую застрять в пробках, так что… Взгляд цепляется за расчесанное место на шее — этого еще не хватало — но когда я хочу рассмотреть поближе, подаваясь вперед и всматриваясь в свое отражение за стеклом…
— Засос?! — вырывается у меня возмущенный полушепот, из-за чего я тут же нервно оглядываюсь, дабы осмотреться на предмет того, есть ли кто-то в кабинках позади меня.
Глупо. Словно бы я вот так сквозь запертые двери и увидела, ага.
Стоит мне схватить свою сумочку и резким движением поправить волосы, скрывая следы на шее и обещая себе подумать обо всем этом позже, как то, что я охарактеризовала, как “засос”, внезапно взрывается новым приступом зуда и ноющей боли. Вздрогнув, роняю половину содержимого открытой сумки, рассыпая по полу, и снова оголяю шею, приближаясь к зеркалу.
— Да чтоб тебя, — тихо рычу я, когда понимаю, что паника в груди начинает разрастаться все сильнее.
След, очевидно, не был засосом — господи, бред, это только в фильмах про всякую там мистику может оказаться, что сны так легко и быстро воплощаются в реальность. Да и слишком уж ярко-красным и выраженным было пятно на моей коже. Почти идеально ровные края, словно это был ожог или синяк… Черт его знает. Облегчения мне эти выводы не приносили. Будучи по натуре человеком невротичным, я знала, что теперь буду накручивать себя на предмет укусов неизвестных науке насекомых или раковых кожных опухолей. Ариана, и как ты впихнешь в свой график незапланированный поход к врачу?!