Шрифт:
…Наверное, Господь любит безумцев -
иначе, их было бы гораздо меньше…
(афганская народная мудрость)
Часть первая
Кто есть кто
Пролог
…Клиент появился в прицеле ровно за секунду до взрыва. Тарас поймал его голову в перекрестье прицела, и размявшийся палец, уже давил на курок, когда произошел взрыв. Тяжеленный броневик, словно игрушку отбросило в сторону. Взрывная волна дошла до киллера мгновением позже, уже после выстрела но, дернувшись от неожиданного и громкого звука, Тарас по инерции выстрелил. Он
Тарас был выше линии огня, но и тут явственно слышался звук пуль, с противным звуком отскакивающих от старых кирпичных стен. Автомат трещал без умолку, и в эту музыку вплелись громкие звуки пистолетных выстрелов. Внизу становилось жарко, и Тарас скрылся под подоконником. Надо дождаться пока они перестреляют друг друга, а потом, если получится, закончить работу. И ни в коем случае не раньше…
Андрей
Андрей остановился и, уставившись на сейф, обеспокоено подумал о том, что его броневик опаздывает и, как бы этого не хотелось, но деньги придется складывать в железный шкаф, где они наверняка не поместятся. Руку так и тянуло к затылку – чертов человеческий фактор!
«Не сидеть же в кабинете с сумками набитыми портретами президентов и смотреть…», – на что смотреть Андрей не додумал, от волнения мысли скакали, как в известной песне.
Рука все-таки дотянулась, но лишь до лба. Можно, конечно, перенести денежки в кассу, так даже надежнее, но тогда увидит грымза бухгалтерша, а ей ни к чему знать про миллионы. Про его миллионы!
«Придется все-таки сюда, потому что броневик, мать его, опаздывает!»
В памяти вновь всплыло модное выражение «человеческий фактор». В России этот фактор был самым важным и глуп тот, кто считал, что хорошо продуманный план обязательно будет исполнен – в этой стране «обстоятельства неодолимой силы» случались повсеместно. Коренной москвич, Андрей все чаще ловил себя на том, что называет Россию «этой страной», что нисколько его не удивляло, поскольку он уже давно решил покинуть родину, и это была не просто мечта, а четкий план на будущее. Он не любил свою страну, да и никакую не любил, но очень любил себя и был уверен, что рожден для лучшего. Он целенаправленно стремился поселиться где-нибудь в Европе, а лучше на благоустроенных островах, чтобы жить приятной во всех отношениях жизнью богатого и уважаемого человека, и последние несколько лет усиленно готовил плацдарм.
Тревожное предчувствие утомляло, вмешиваясь в приятные мечтания о близком счастье. Он еще раз посмотрел на сейф – такой суммы здесь не было никогда, но мысль о том, что деньги, возможно, придется складывать в сейф, посетила его именно сейчас. Вчера он почему-то не подумал об этом, не покидавшее с самого утра волнение, вновь обрело размах штормовой качки. Ничто не должно помешать выполнить задуманное, ничто и никто. И даже то, что чертов броневик, заказанный на 10:30 до сих пор не подъехал – не должно стать препятствием к исполнению его плана!
Самое странное или скорее тревожное, что никто не звонил, чтобы предупредить о возможном опоздании. Не в каменном веке живем, теперь мобильник у каждого дворника,
Андрей почувствовал, как вспотели ладони. Не мудрено, такая сумма! Не пара копеек – миллионы! Десять миллионов! И если у него все получится, завтра он будет самым счастливым человеком на Земле! Но надо взять себя в руки. Успокоиться и еще раз все проверить, не осталось ли чего, что может указать направление, в котором он собирался исчезнуть. Ах, какая жизнь его ждет и всего-то через какие-то сутки! Уму непостижимо!
Телефонный звонок выдернул из радужных, чуть приправленных тревогой мечтаний.
– Андрей, это Григорий, – произнес знакомый голос.
– Привет, узнал.
– Ну, как там, все готово?
– Да, – Андрей посмотрел на дорогой Роллекс, – броневик скоро подъедет, – подумал, и поправился, – должен подъехать.
– Должен, значит подъедет. Отлично, – Григорий помолчал секунду, и добавил, – надеюсь, все пройдет нормально?
– Конечно! Я ж не маленький, – передать возмущение оказалось не сложно. Не очень сильное, зато натуральное.
– Хорошо, – в трубке было слышно дыхание, – главное не накосячь! Имей в виду, эта сумма проверочная. Следующая будет на порядок больше.
Андрей промолчал. На порядок – это триста миллионов! Верилось с трудом.
– Андрей?
– Да, я здесь, Гриш, слушаю тебя.
– Не облажайся, дружище, наши клиенты не те люди, с кем можно шутить.
– Ладно, не пугай, – как можно уверенней ответил Андрей, – и не с такими работали. Никто вроде не в обиде.
– Нет, Андрюшенька, с такими-то как раз и не работали. Ты уж поверь мне.
– О’кей, друг, приму к сведению.
Андрей ждал этого часа много лет. Ждал, готовился, зная, что рано или поздно этот день наступит, и это произошло. Когда он только задумывал это сделать, максимум мечтаний ограничивался двумя-тремя сотнями тысяч, но со временем аппетиты выросли, а вместе с ними и затраты. Заветные когда-то двести тысяч долларов давно лежали в банковской ячейке, но это были деньги на «черный день» и, положив однажды, он ни разу не брал их, покрывая все расходы из заработка, который при самых плохих показателях составлял порядка десяти тысяч зелененьких в месяц, а этого, худо-бедно хватало на «сносную» жизнь. Рестораны, дорогие проститутки, покер по пятницам…
Точнее, раньше хватало, до Таньки. Но месяц назад в его жизни появилась девушка. Красоты необыкновенной, таких же запросов и Андрей потерял голову. Дарил ей огромные букеты орхидей, покупал дорогущие украшения, кормил исключительно в супермодных ресторанах, словом, вел себя, как щедрый спонсор, рассчитывая на взаимность, о которой пока мог только мечтать. За этот месяц он истратил все наличные сбережения и уже подумывал об «НЗ», когда позвонил давний знакомый Григорий, и предложил дело, которого он ждал несколько лет. Нужно перевести в один из европейских банков тридцать миллионов долларов, которые ему привезут наличными. Наличными, Махмуд!
Это был шанс! Может единственный на всю его жизнь, но шанс, от которого он не отказался бы ни за какие коврижки. Андрей давно ждал этого и надо сказать, зря времени не терял. У него уже был счет на имя Алексея Северского в одном из кипрских банков, где за определенную мзду никто не стал бы детально рассматривать его паспорт. Он также открыл еще несколько счетов в разных оффшорах, чтобы разбить сумму с тем, чтобы обналичив ее однажды, скрыться в неизвестном направлении. Все было готово и сердце новоявленного Остапа никак не хотело биться ритмично, сбиваясь, то на быстрый бег, то на замедленное падение.