Дурные

Спынь Ксения Михайловна

– Нет, ну, как точно работает, мы не знаем. Даже то, что мы вроде вывели – так, больше прикидки. Но насчёт другой машины…

Она посчитала немного отблески огней, мелькавшие слева.

– Смотрите, если просто собрать вместе, что у нас получается. В последний раз темнело далеко, у нас было время разогнаться. В первый, у автобуса, эта хрень отвлеклась от нас

на японский миник и на того парня у поезда. Может, и ещё кто-то был, мы не видели. Там, у заправки… Оно накрыло минивэн, потому что он не мог ехать. Но – смотрите… Тойота нас обогнала, пикап тоже. Если бы там не было минивэна, мы оказались бы последними на дороге, ближе всего. Думаете, ей правда было бы сложно накрыть нас?

Молчание на некоторое время застыло между кресел.

– Я такое аниме недавно видела, – выпалила вдруг Алиса. – Там девочки-волшебницы набирали баллы и кто оказывался последним, тот умирал.

– Типа игра на выживание? – откликнулась Агнешка. – И в конце должна остаться только одна?

– Ага.

– А сколько реально осталось?

– Две.

Агнешка усмехнулась:

– Ну, это звучит чуть лучше, чем один, – тихо прибавила. – Или даже вообще ни одного.

– Люди, я же серьёзно! – прервала раздражённо Лана. – Давайте вы ещё видеоигры вспомните.

– А вспомним, – откликнулась Агнешка. – Чем они тебя не устраивают?

– Тем, что я вообще-то о нашей жизни сейчас с вами говорю. О настоящей нашей жизни, которую мы живём вот здесь вот теперь, в этой реальности, а не о всяких разгрузочных развлекалках.

– Ну… – Агнешка скептично поджала губы. – Наша жизнь тоже, прямо скажем, не особо высокохудожественное произведение.

Лана, глянув на неё, отвернулась. Какое-то время просто смотрела вперёд.

– Вы ж тоже не думаете, что я предлагаю подставлять кого-то или приносить в жертву, – она с заметным усилием заставила рот не дёргаться. – Я только про то, что… Ну… надо учитывать и этот момент тоже. Просто… думала…

Она метнулась к экрану смартфона.

– Мне позвонить ещё надо.

Она попробовала несколько раз, скорее для проформы.

Тут явно не должно было быть связи, на этой проклятой трассе, здесь даже радио ничего не ловило и только тихонько шептало помехами.

Агнешка покосилась на неё:

– Не думаешь, что они справятся без тебя некоторое время?

– Нет. Они даже с Бакстером наверняка не гуляли, – Лана опустила смартфон и снова зарылась в атлас, раскрыв его на заложенной карте. – Так. Что у нас…

Она сосредоточенно повела пальцем по развороту, подумав, сделала угол. Довела до конца и, придержав, перелистнула на следующую страницу. Некоторое время хранила молчание.

– Что-то есть? – осторожно спросила Алиса.

Лана помолчала ещё немного, сказала затем:

– Похоже.

Она подняла карту, перевернула её, поднося к глазам.

– Вот. Этот город. О котором я говорила.

Она развернулась и показала Алисе, зажав примерное место пальцем. Алиса прищурилась, озадаченно нахмурила брови.

– Думаешь? Там как-то не очень видно…

– Там просто знак стёрся, – Лана снова села ровно и склонилась над атласом. – Что-то пролили, наверно, и отчищали потом. Но мы не здесь пока, это потом трасса туда выходит, а мы…

Она перелистнула назад.

– Мы где-то на этом протяжении. Вот тут, например, очень длинный и ровный кусок. Надо смотреть, если будет поворот вправо, а перед ним поле… или это болото? Вот такими штуковинами – что они тут обозначили?..

Трасса скользила в бледном белом свете, везде одинаковая, везде неизменная, монотонная ровная лента без знаков отличий, чуть мелькала перед глазами, чуть сливалась в одно и была одним и тем же, и где-то там, дальше или раньше за пеленой дождя, каштановая девочка за рулём переключила магнитолу и с негодующим удивлением глянула на вторую: что за чушь она несёт. Та, светленькая, хоть и несла, но на дорогу смотрела не отрываясь, а потому вынырнувшую из ниоткуда фуру заметила первой и с криком «Осторожно!» бросилась вывернуть руль.

Конец ознакомительного фрагмента.