Душа грозы
Шрифт:
— Ты очень откровенен. И не врешь. Почему?
— А что мне терять? — ментальный голос беловолосого был полон горечи. — Быть может, если в мире узнают об этих экспериментах — то успеют что-то предпринять.
— Куда его забрали? Где мы находимся?
— За северными княжествами. Вернее, это последнее княжество перед вечными снегами. Дворец Князя князей.
— Вот значит как… — Прошептал Дарий, вспоминая рассказ Айны. — Вот куда меня направляли боги.
Беловолосый ментально расхохотался.
— Боги? Если ты придешь сюда — то станешь темным. И будешь, как я, служить колдунам для их грязной работы. Не понимаешь?
Громовой волк прислушался к себе. Где-то далеко, в самых глубинах сознания раздался нежный шепот весенних трав, и словно крепкая рука сжала его невидимое плечо… Он справится.
— Сколько у Фани времени? Если он будет жить?
— Года полтора, — пожал плечами беловолосый. — Год тело готовится к принятию проклятой крови с помощью заклятий, мазей, кровавых жертвоприношений. А потом где-то полгода ежедневные переливания крови. До тех пор, пока тело не воспримет драконью кровь как свою и не начнет само ее вырабатывать. Тогда и произойдет первое превращение. Но повторяю, он не доживет до этого!
— Переливание чьей крови? — Спросил парень, проигнорировав мрачное предупреждение.
— Ах да, — снова развеселился дракон. — Знаешь историю своего рода? Первые громовые волки — дети богов, отрекшиеся от бессмертия и сошедшие к людям? Знаешь, как они погибли?
— Мне говорили, что в битве с сыном Темного.
— Верно. С родным сыном Проклятого, которого они одолели ценой своих жизней. А был он ледяным драконом! Последователи Радуна сохранили тело этой твари. И именно его кровь вливали в меня каждый день, сливая мою человеческую на пол, как нечто ненужное. Она жгла, словно в вены вливают кислоту, отравляла тело. Каждый день. На протяжении полугода. До тех пор, пока моя собственная кровь не перестала отличаться от его. — Беловолосый полоснул себя когтем по руке. Из раны выступили вязкие синие капли. Потом рана на глазах стала мгновенно затягиваться. — Тело Первого опустошили и погребли по какому-то темному обряду, закопав дракона в земле. Теперь колдуны воспользуются моей кровью, благо я жив и быстро восстанавливаюсь.
— Как ты выжил?
— Опять за свое!
— Скажи! Это важно!
Дракон тяжело вздохнул, на несколько минут задумался, но потом махнул рукой.
— Когда-то я был послушником в древнем монастыре Затрис. Это на южном континенте. Там воспитывались монахи-метаморфы, способные принимать любой облик, соразмерный своему весу. Вообще-то, это орден наемных убийц, но я отвлекся. Нас обучали управлять своим телом, перестраивая его по своему усмотрению. Я не успел научиться многому, проклятые захватили меня в плен гораздо раньше. Но полученных знаний хватило, чтоб исследовать свое тело после каждого ритуала подготовки, найти ошибки и исправить их. К сожалению, вернуть все к изначальному виду у меня не получилось. Только исправлять ошибки, чтоб не умереть. Сейчас понимаю, что зря. Стоило погибнуть вместе с остальными.
— Сможешь научить этому Фаню или помочь ему удаленно?
— Могу помочь удаленно. Ментально войти в его сознание и сделать все необходимое, но не стану этого делать.
— Ты это сделаешь, — оскалился Дарий, совсем забыв, что в этом теле у него нет клыков, и подобная мимика выглядит скорее несуразно, чем угрожающе.
— Ошибаешься. При возможности я скорее лично убью его. Это будет лучшая помощь
— Нет, дракон. Ты сделаешь все, что я попрошу. Сказать почему?
— Ты забываешься, — брезгливо отвернулся от него беловолосый. Дарий не обратил на это никакого внимания, продолжив свою речь.
— Потому, что я могу избавить тебя от скверны. — Дракон вздрогнул и резко обернулся, пронзая громового волка изучающим взглядом узких зрачков. — Ты останешься драконом-оборотнем, но сможешь превращаться, когда сам того пожелаешь, не испытывая никаких неприятных ощущений и полностью себя контролируя. Хочешь этого?
— Ты лжешь… — вслух прошептал тот, забыв о ментальной речи. По залу прокатилось глухое эхо.
— Сам видишь — что нет. Ты же видишь? Оборотням невозможно лгать.
— Я вижу, но… как?
Парень ничего не ответил. Он просто сжал свое воспоминание об очищении Зарта в тугой ментальный комок и зашвырнул в канал, через который они общались. Дракон застыл, прокручивая у себя в голове каждый момент. Вот стоит оборотень. Явно — темный, его кровь проклята, она черного цвета. Каждая клеточка тела поражена скверной. Вот Дарий и Зарт режут себе ладони, соединяют раны и….
А потом светлый оборотень несколько раз меняет облики, обутый в один-единственный сапог. Нет боли, светит солнце, и сапог остается на ноге… Волчий вожак не скрывает своего счастья, он светится, он свободен…
— И ты… сделаешь это для меня? — Вновь вернулся к телепатической речи беловолосый.
— При условии, что ты не дашь умереть Фане. Я приду. Даже, если к тому времени вы оба окажетесь драконами — я все равно вас очищу. Но он должен жить!
— Ты не дойдешь. — Снова стала тухнуть разбуженная надежда в странных драконьих глазах этого человека. — Именно этого от тебя ждут. Это ловушка.
— Говоришь, ледяной волчицы здесь нет? — Деловито поинтересовался в ответ Дарий.
— Как я слышал из разговора жрецов, Радун очень хочет получить тебя и обеспокоился, как бы Ночная Хозяйка при новой встрече не довела начатого до конца. Ее отослали, чтоб не могла помешать.
— В этом случае, я приду. Радун ошибся, отослав мою мать. Ведь только она представляет для меня действительно реальную угрозу.
— Ты слишком самонадеян, Сын грозы. Здесь готовятся к твоему появлению. И поверь — готовятся очень серьезно. Опасность действительно велика.
— Знаешь, совсем недавно меня звали в империю Таш. Это родина моих предков, сейчас оскверненная слугами Радуна. Меня убеждали, что как только я заявлю о себе — все жители возьмутся за мечи и погонят проклятых. Там меня ждет полностью преданный мне орден, ждут люди и армия. Но вот чутье сразу заявило, что там я погибну. А своему чутью я доверяю. Север же… Мое сердце чувствует поддержку богов. Верь мне, дракон. Все получится.
— Ассар, — шепотом произнес беловолосый. — Это мое имя. Не называй меня драконом.
Громовой волк весело хмыкнул, услышав эту реплику.
— Знаешь, Ассар… Мы с тобой, оказывается, очень похожи. Я тоже ненавижу, когда мне дают прозвища или называют волком. Мое имя Дарий. Так мы договорились?
— Я сделаю то, о чем ты просишь. Но позабочусь, чтобы темным не удалось превратить твоего друга в дракона окончательно. Он будет как я. Надеюсь, ты знаешь, что делаешь. Ведь если у тебя ничего не выйдет — в мире появится еще один несчастный оскверненный.