Душа, плененная туманом

Малинина Маргарита

– Вы не знаете никого по фамилии Расторгуев?

– Вы имеете в виду певца? – удивилась учительница.

– Нет.

Может, от сына что-то слышали? Или от семьи Катаевых?

– Да нет, я с Катаевыми особенно не общалась. А Мишка особенно не общался со мной. Сами понимаете, неблагополучная семья, отца нет, ребенок больше тянется ко всяким маргиналам, нежели к родной матери. О близких отношениях не может идти речи. Это пока у него возраст юный, я еще имела какой-никакой вес. Не скажу, что являлась для сына авторитетом, но все-таки слушался через раз. А станет постарше, уж и не знаю, что будет… Если

станет, – с болью добавила она и уронила лицо в ладони.

Я слышала горестные всхлипывания, но думала только о том, как подостовернее обрисовать мою связь с названным именем. Она же обязательно спросит, откуда взялся на моем языке этот самый Расторгуев.

Хорошо, что Горохова плакала достаточно долго (да простят мне читатели мою жестокость), и я успела придумать ответ.

– А почему вы спросили, Лиза? Кто это такой?

– Мне пришла анонимная эсэмэска. Помните, мы оставляли свои номера телефонов в кафе? Кто-то сообщил, что некий Расторгуев связан с исчезновением Миши и остальных.

Конец ознакомительного фрагмента.