Душегуб

Громов Мефодий

Во время рассуждений пару раз отвлекался на уже спящую девушку и пришел к выводу: надо лететь дальше. В одиночку, естественно, я лететь не собирался, да и вообще хотелось бы, для начала, подкрепиться, но… Вокруг пустыня, и мы дольше будем искать, да и не найдем мы здесь и десяток кило. Морская рыба часто ядовита, а какая съедобна мы в ус не дуем.

— Алин, Алин!

— Ну чего… — сонно пробубнила та.

Без лишних слов я водрузил ее на спину и прошептал:

— Куда лететь?

Минутные потуги увенчались успехом: я сумел-таки добиться от нее точного направления и, надежно схватив за плечи, взлетел, проклиная воду под ногами. Представьте, что вы оказались посреди океана, и не знаете что делать. Под вами

тонны воды, в которой кишат как безобидные ребята, так и обидные гады. А дело усложняется тем, что вы ничего не видите, то есть вообще ничего. Страшно? То-то же. Безусловно, я боялся оказаться в таком положении, да еще и с обузой за спиной. Поэтому лететь вслепую над громаднейшим местом, способным похоронить меня на раз-два было как-то опасно… Да и вообще, летел я до этого «по указке»: каждые десять-двадцать минут Алинка корректировала путь. Слышать на такой скорости я не мог, разве что останавливаясь каждые десять минут, хотя это бы мало, что дало. Зато оставался запах! Запах птиц вообще был повсюду, но… кто знает эти птичьи пути между материками?! Поэтому запах тоже откладывался в долгий ящик.

— Хлебанная вода… — сказал я вслух так, что даже не услышал своих слов и на мгновение даже задумался, а сказал ли я вообще что-нибудь?

И, покачав головой, отмел все дурные мысли и сосредоточился на полете и одновременно несильном разогреве. Я прекрасно понимал, что Ки мне не хватает катастрофически и в скором времени энергия закончится и я… Черт!

— Даже думать не смей об этом! — крикнул я на самого себя, и, сжав зубы, заорал так, что услышал свой голос:

— Я смогу!!!

И вот так, рассекая воздух, хватаясь за крохи Ки, я продолжал путь, изредка интересуясь мнением Алинки, которую я же и будил через мыслеречь.

* * *

Комитет образования и науки, комитет социальной защиты, отдел кадров, прием писем и еще куева туча разных отделов работают в стенах Администрации города Новогермецка. Все самые важные вопросы рассматриваются здесь и решения выносят ответственные толстенькие дяденьки, никогда не носившие ремня. Казалось бы, это место охраняется сотнями людей, тысячами камер, и никто не сможет пробраться сюда незамеченным. А даже если и сможет, то выберется на свет божий лишь через пару лет.

Однако, парадоксально, но факт: Гильдия Убийц, называемая ныне Конторой, пряталась… нет, не так… прекрасно существовала в этом месте уже довольно продолжительное время. И в одном из головных офисов этой «конторки» занимал место Глава Гильдии, ныне носящий титул Патрон, Виктор Пронин. Вроде бы, не так давно двадцатилетний парень вовсю выполнял Заказы (единственное, что осталось неизменным), и не заботился о будущем, если бы не шальная пуля, пробившая колено на одном из Заказов из отдела душегубов. Пролежав какое-то время в реанимации, юный парень узнал горькую правду: хрен ему, а не жизнь Убийцы. Прошло десять лет, и не так давно он занял головной пост, честно (хотя, как можно быть честным Убийцей?) трудясь. Ну, как, трудясь? Перебирать каждый день бумажки, иногда отвечать на важные телефонные звонки и ставить подписи? Разве это работа? За столько времени сорокалетний Виктор потолстел так, что брюхо вываливалось из рубашки, а ремень не спасал. А ведь ранее покажи он свой великолепный пресс девушке, та тотчас потечет…

И вот, в прекрасный знойный день в его свежий (по сравнению с улицей) кабинет, обставленный дорогими и известными картинами и красивым интерьером, даже не постучавшись, ввалился тот, из-за которого последние двенадцать лет у Виктора плешь в голове проедена.

Ронтар, чье странное имя было таким же странным в прошлой Гильдии Убийц Адланда, беззвучно ступил в кабинет, закрывая за собой красивую деревянную дверь, покрытую лаком. Этот день двенадцать лет назад он помнит слишком хорошо: когда Виктор еще только-только приближался к посту

Патрона, Ронтар и четыре Убийцы появились из ниоткуда, одетые во все темное, в капюшоне, и при них было столько оружия, что не совсем было понятно, где они его прячут. От них прямо-таки струилась сила, да и пахли они как-то по-другому. Сначала агенты Конторы не поверили, что эти парни из прошлого, посмеявшись над дураками, а когда те хоть и с неохотой продемонстрировали свои возможности, у Конторы сначала отвисла челюсть, а после все пытались выяснить по порядку: откуда, где, и как пришли сюда. Виктор до сих пор не верит, что некогда существовала величайшая цивилизация киров в Адланде, которую сейчас неучи величают Атлантидой. К слову сказать, умения и знания этих людей поражали! Кстати, они сильно бесились, когда их называли людьми, странные какие-то…

Основная цель группы Ронтара — устранение предателя, который так же, как и они очутился в этом мире. На вопрос, кто же это, они дали не порадовавший всех ответ:

— Это наше дело.

Однако бывший Патрон достал документ, который из поколения в поколение передавался Патронам в Гильдии на протяжении всего существования Гильдии Убийц и показал его Ронтару. Книга, а, скорее, свиток, был потерт, истрепан, с немного сожженными краями, и ведь Патрон нес этот священный артефакт так, словно он был драгоценным Граалем, или тем же самым Ковчегом Завета, едва-едва касаясь его. И ведь Виктор готов был поклясться, что никогда даже не слышал о чем-либо подобном. Ронтар был ошарашен, увидев «Фолиант Дарсов», что некогда появилось в Гильдии Адланда задолго до рождения Ронтара и показал на портреты Убийц. Виктор как сейчас помнил разговор:

— Вот они.

— Они? — переспросил бывший Патрон Василий Зайцев.

Тот кивнул.

— Сначала был один, после к нему присоединилась она.

— Хм… А этот? — Василий ткнул пальцем в третьего предателя за всю историю Гильдий, и, вопросительно подняв бровь, посмотрел на Ронтара.

На нем был изображен мужчина непонятного возраста, не то сорок и больше, не то тридцать и меньше, в капюшоне, с седыми не очень длинными волосами и темной бородкой.

— Он давно умер, — чересчур уверенно ответил Ронтар, и именно с этих слов началась Охота.

Десять лет никто не мог найти и следа предателей, все уже отчаялись и выполняли приказы как прихоть начальства, а не должное Убийц, но вдруг прогуливавшийся молодой ответственный сотрудник Конторы натолкнулся на него недалеко от парка Сахарова. Он как-то неуклюже ходил с отсутствующим взглядом, а его руку придерживала та самая девушка, второй предатель Гильдии. С тех пор, полтора года назад началась вся заварушка. Сначала долгое время агенты Конторы следили за ними, запоминали маршруты, друзей, знакомых, их связи и так далее. Потом подослали агента в его институт, и лишь один человек не вписывался в общую картину. Об этой девушке ничего неизвестно, словно и она тоже из другого времени: Мария. Она появлялась несколько раз близ Альтаира, пара разговоров и исчезала. Однако ее не воспринимали всерьез: она ничего не умела, слабая, и все время Тени находили ее в компании с богатенькими, которые оплачивали ей все. Короче, просто дура, и разведка махнула рукой, впрочем, как и Патрон.

— А, Ронтар, — меж тем встал из-за стола Виктор, и, подойдя к древнему Убийце немного хромающей походкой, сплюнул: — снова пришел моих людей за смертью посылать?

Убийца, в отличии от Тиэсая, был одет в балахон с натянутым капюшоном и темные брюки, а на лице была повязка, оставлявшая открытыми лишь глаза, характерная среди молодежи.

— Твои люди слабы и бездарны, — с наглым спокойствием и равнодушием заявил Ронтар.

— Да как ты смеешь! — задохнулся от такой наглости Виктор и тотчас схватил правой рукой шею Ронтара, сдавив с полной силой, — За этот год я потерял людей больше, чем за десять лет, и все по твоей указке!!!