Душегуб
Шрифт:
– Сканируй.
– прошептала я команду своему датчику.
Кругляш устремился впереди меня. Подойдя ближе, я толкнула дверь перед собой, та податливо открылась. Обычно темные помещения меня не пугают, но темнота этого коридора заставила поежиться. Я шагнула внутрь.
– Освещение.
– так же тихо произнесла я и тут же еще одно устройство со-рвалось с моего плеча и зависло в воздухе рядом. Вполне достаточное, чтобы осветить пространство, но не слишком сильное, чтобы привлечь кого-нибудь, кто случайно будет смотреть в сторону здания.
Тщательно обыскав первый этаж, я поднялась на второй.
На резном туалетном столике стояли небольшие баночки с кремами. Под-няв знакомый флакон, вдохнула запах, бинго- теперь сомнений не оставалось, тот же цветочный шлейф, такой же как и от пострадавшего. Теперь я могла с точно-стью сказать, что убитое тело принадлежало женскому полу. Открыв пару шкаф-чиков, не обнаружила ни фотографий, ни визиток, которые могли мне подсказать имя погибшей. Единственное, что я могла в данном случае сделать, так это скани-ровать номер с упаковки духов. Высокая стоимость была гарантом, что покупате-ля можно вычислить.
Хлопок снаружи привлек мое внимание и я поспешила выглянуть на ули-цу. Из барьера постепенно начали вылетать дроны с информацией, неспешно от-туда выходили полицейские и лаборанты, направляясь к специализированной парковке, где располагался и мой автомобиль. Тело грузили в приемник и, неза-метно для окружающих, вывозили за пределы острова. Надо было поторопиться, пока меня не обнаружили за незаконным проникновением в чужое жилище.
Странно, что этот дом не попал в границы места преступления и что его не исследовали. Спустившись ниже, я могла слышать уставшие голоса сотрудников, которые кляли дорогу и противную осточертевшую работу. Они были слишком близко к зданию, поэтому световой прибор мне пришлось тоже убрать, спускаться по лестнице теперь пришлось практически в слепую.
И тут, когда дошла до самого низа лестницы, моя рука нащупала странную неровность в стене, которую я ранее не видела, либо же не заметила: четыре чет-ких, глубоких порезов. Детально рассмотреть мне их не удалось. Странное чув-ство, что меня могут в любой момент застукать гнало прочь от этого места, решив, что завтра обязательно наведаюсь сюда еще раз, вышла на крыльцо.
– Что ты тут искала, красотка?
От неожиданности я чуть не подпрыгнула. Очень редко, когда человеку удается подойти ко мне совершенно незамеченным, тем более двоим. Мои "колле-ги", ухмыляясь, с интересом поглядывали то на здание, из которого я только что вышла, то собственно говоря, на меня.
– Присматриваешь себе дом?
– обращающийся ко мне Николай, казалось, уже пришел в себя после небольшого недоразумения. Не высокий, широкоплечий мужчина поглядывал на меня с недоверием. Его можно было назвать симпатич-ным, если бы не ухмылка, которая выдавала в нем человека жесткого и агрессив-ного.
Фредерик держался немного поодаль. Он, наоборот, скрывал свои эмоции немного лучше, чем его напарник, постоянно оглядывался, чтобы проверить, наблюдает ли за нами кто-то. Он был значительно ниже своего партнера, отсут-ствие физической силы он компенсировал своей природной изворотливостью.
Они были
Бизнес в наше время был очень жестоким, необходимо было быть не толь-ко самым пронырливым, но и живучим. Последнее гарантировало то, что высо-кими гонорарами, которыми нам платили, ты сможешь насладиться при жизни. Умирали сыщики слишком часто, зачастую именно из-за владения важной для структур или клиентов, информацией.
До поры до времени мне удавалось выбираться из сложных переплетов. Сейчас же ситуация ужесточалась с каждой минутой: Комитет не оставляет в жи-вых ненужных свидетелей, это я понимала, как и эти двое, поэтому надо было быть внимательным с информацией и не выдавать ее заинтересованной стороне, не разобравшись заранее: что тебе "можно" знать на том или ином этапе расследо-вания, а что нет. Поэтому сыщики не только не будут спускать с меня глаз, стара-ясь урвать или украсть данные, но, подозреваю, не погнушаются вообще убрать ненужного конкурента.
– Ну так как, красотка, что ты там делала?
– надавил Николай, приближа-ясь. Решив, что вступать в открытую конфронтацию я не буду, помахала рукой и крикнула в сторону полога:
– Том, подождите меня.
Частные сыщики застыли сначала, а потом нацепив маски добродушия раз-вернулись, ожидая увидеть начальника управления полицией. К их разочарова-нию, там абсолютно никого не было. Но к тому времени, как они это обнаружили, я успела быстро проскочить мимо, в сторону, где одиноко брел последний ста-ренький лаборант. Именно он свернул голограмму, закрывавшую место преступ-ления и, не спеша, направлялся к стоянке. Ловко выхватив у него чемоданчик за-дорно спросила:
– Позвольте помочь?
Сначала он удивленно покосился на меня, а потом кивнул, соглашаясь. Де-душка помогал мне значительно больше, чем я ему. Нет, для "конкурентов" сла-бый старик не представлял угрозы, а вот дрон, находящийся рядом, был призван не только наблюдать за работником, но и имел в своих функциях защиту подопеч-ного.
Пока мы шли к месту, где стояли наши машины, дедушка рассказал, что ему уже сто восемьдесят пять лет. Он проработал лаборантом всю свою жизнь и ничего подобного не видел, хотя, ему неоднократно доводилось работать при раз-боре последствий разломов, автомобильных катастроф и прочих ужасных собы-тий.
Живем мы теперь так долго как, собственно, и хотим. Люди не стали бес-смертными, ученые трудились над этим вопросом. Можно было заменять те или иные органы и даже ткани, единственным обязательным условием долголетия был активный, здоровый мозг. Если мозг умирал, то тело восстановлению не подлежа-ло. Пока твое серое вещество было в порядке и ты был платежеспособен настоль-ко, чтобы проводить все манипуляции, то прожить можно было достаточно долго. Правда, после ста пятидесяти люди обычно сами пытались уходить.