Душелов. Том 2
Шрифт:
Хмырь прикрыл глаза, приподнял голову и глубоко вдохнул, разведя в этот момент руки в стороны. А когда же выдохнул, открыв глаза, сказал лишь:
— Какая жалость. Впрочем, мне стоит быть чуть менее алчным. Тем более, развлечение уже закончилось, и я убедился в истинности своего предположения, — посмотрел он вновь на меня. — Ты поистине удивительный случай. И поскольку ты заслужил свою свободу, не согласишься ли ты посветить её служению великому мне? — протянул он в мою сторону руку.
Утруждать его долгим ожиданием моего ответа я не стал. К тому же подал
Он медленно перевёл взгляд с меня на харчок у его ног, и в этот момент я впервые за всё время заметил, как он разозлился — его левый глаз дёрнулся, руки сжались в кулаки, а на лице отразился нечеловеческий гнев. И в эту секунду по всему моему и без того едва рабочему телу пробежались мурашки.
Впрочем, благо это длилось всего секунду — а уже после неё он взял себя в руки, вернув своё спокойствие возрастного и мудрого мужчины.
— Невероятно глупый ответ, — процедил он. — Даже я из-за него чуть было только что не перешагнул через свои принципы и не убил тебя. Будь же на моём месте любой другой — ты бы уже был трупом.
— Спасибо… за… к-ха… совет…
— Это не совет. Это факт, мой мальчик. Что ж, в любом случае отныне я буду наблюдать за тобой, где бы ты не находился. А потому, вероятно совсем скоро, мы вновь встретимся, и я вновь задам тебе этот вопрос. И надейся на то, что в следующий раз для тебя будет так же просто дать подобный… — задумался он, подбирая подходящее слово, — варварский ответ. До скорой встречи, — хищно улыбнувшись, слегка поклонился он, а в следующий миг он уже исчез прямо с моих глаз.
Окружающие же нас сотни одержимых, резко начали разбегаться в разные трубы, постепенно оставляя меня одного в этом помещении.
А я же, хоть и ощутил наконец столь желанную безопасность, пускай мне и захотелось из-за этого наконец разрешить себе потерять сознание, но я продолжал сидеть и держать в руках пистолет, ожидая подкрепление, что узнало о том, где я, судя по всему благодаря тем моим бесконечным кликам по наушнику во время сражения с этими двумя одержимыми, что сейчас всего лишь лежащие рядом трупы.
Всё же сражаться сразу с двумя одержимыми оказалось невероятно сложно… каждый из них был быстрее и сильнее меня, а так же их реакция была резче моей, и к тому же они активно использовали свои Дары. Благо, они хотя бы явно никогда ранее не сражались вместе, а потому я всё-таки переодически находил окна меж их атаками, в которые и мог атаковать их в ответ, несмотря то, что почти всегда мне взамен приходилось жертвовать целостностью своего тела…
Наконец я расслышал позади себя быстрые шаги, а вокруг меня начал появляться свет фонариков, что через пару секунду уже сконцентрировался на мне.
Я сразу же, не оборачиваясь и ничего не говоря, потому что уже не было на это сил, поднял левую руку и выпустил из неё пистолет, что с раздавшимся грохотом рухнул рядом со мной.
— Это он! — раздался позади меня знакомый мне голос.
Кит…
Прокричав
— Стой! Это может быть ловушка!
Но он, несмотря на это, всё равно подбежал ко мне, вскоре сев на колени на против меня, осматривая меня и тихо проговаривая:
— Блять! Блять! Блять!..
На его лице отражалось отчаяние и ужас, чему я нисколько не удивился, ведь за столь небольшое, проведённое с ним время я отлично понял одно — он добряк. Взрослый легкомысленный и очень добрый раздолбай…
— Всё… К-хА-а! — закашлялся я кровью, заговорив и попытавшись протянуть к нему левую руку.
Испытав из-за кашля пробивающую до слёз боль в груди, я непроизвольно схватился за грудь и вновь на мгновение потерял связь с реальностью, а когда же пришёл в себя — я уже лежал на спине, пока вокруг меня расходились люди в броне ГБР, смотря на пол, осматриваясь по сторонам и переодически светя мне фонариками прямо в лицо, от чего я едва был в силе разглядеть даже силуэты.
— Сука… Да как так-то нахуй?! — продолжал нервничать, сидя рядом со мной Кит.
— Всё… в порядке… — через силу и боль выговорил я. — У меня Дар — я выживу.
Он мне ничего не ответил.
— Чего вы ждёте?! — прокричал он сидящим рядом людям. — Колите уже свои сранные инъекторы и стимуляторы!
— Мы должны сначала оценить степень…
— Да, блять, и так же видно, что ему пиздец хуёво! Коли, уже нахуй, блять! — вцепился он в руку одного из них.
Глаз к этому моменту уже еле открывался, звук — переодически пропадал, словно кто-то то включал, то выключал его. Но мне всё равно этого хватило, чтобы увидеть как вместо того, чтобы мне что-то вколоть, как их и просил Кит, они лишь молча помахали руками в его сторону, и вскоре уже к Киту подошли другие ГБР-овцы, куда-то оттащив его от меня под его непрекращающиеся крики и жалобы.
Прошло ещё несколько мгновений и открыть глаз я уже не мог, как бы не старался, а вместо боли, расходящейся по всему телу и сознанию, пришёл холод и какое-то умиротворение…
Следом за этим я и не заметил, как потерял сознание. Но всего на миг.
По крайней мере, так показалось мне…
На деле же, слоило мне открыть глаза в следующее мгновение, как окружение резко сменилось — из грязной, вонючей и тёмной канализации, я оказался в чистой, хорошо освящённой и приятно пахнущей больничной палате. Вместо же холодного пола подо мной оказалась приятная, мягкая и тёплая больничная кровать.
А рядом же со мной, флегматично листая телефон, сидит знакомое лицо.
— Какими судьбами, Луис? — с некоторым трудом спросил я.
Он, положив телефон к себе на ноги, поднял взгляд и вопросительно поднял брови, спросив:
— Шутишь? Это хорошо. Значит, всё с тобой в порядке.
Следом, немного улыбнувшись, я осмотрел пустую палату навороченную новейшей техникой палату и спросил:
— Где мы?
— В штабе — на третьем этаже и в пятьдесят восьмой палате.
— Понятно.