Души
Шрифт:
— Что такое, куколка? — спросил Эхо.
— Ничего, — прошептала я, утыкаясь лицом в его грудь. Было почти два часа ночи, и у меня пропало настроение разговаривать, особенно о тёмных душах, после того, как у него выдалась непростая ночка.
Он усмехнулся.
— Я же вижу, что тебя что-то беспокоит. Неужели я так испугал тебя разговорами о Береге Мертвецов?
— Нет, — соврала я. — Я знала про гончую, охраняющую мир Хель, про реку и стража на лодку. Чем-то напоминает греческую мифологию. Греки называли этого пса Цербером,
— Гармом. Только у него одна голова, а не три. С четырьмя красными глазами. И он воет без остановки. Мы вроде бы говорили о свадьбе?
Доставать из него информацию всё равно что вырывать зуб с корнем. Когда-нибудь...
— Нет. Это так волнующе, — моя макушка оказалась под его подбородком, рука легла поперёк его груди, а глаза закрылись, но мои мысли всё возвращались к Тени. Ну, тёмной душе.
— Но если ты хочешь подождать, я пойму, — сказал Эхо, проведя пальцами по моей шее. Его дыхание ласкало мой висок. — И сделаю всё, чтобы ты передумала. На это могут уйти недели или месяцы, но я могу быть неутомимым и весьма изобретательным.
Я хихикнула.
— Тогда я подожду.
Он ухмыльнулся. Я поняла это по тому, как дрогнули его губы напротив моего лба.
— Хочешь, чтобы я тебя переубедил?
— А почему бы и нет? Изобретательный и неутомимый — думаю, мне это понравится.
Он чуть отстранился и посмотрел на меня. Руны освещали его лицо, и дерзкая ухмылка играла на губах.
— Если бы ты знала все мои грязные мысли о тебе, то не стала бы дразниться, — предупредил он. — Можем начать прямо сейчас.
Откуда, блин, в нём столько энергии?
— Можно я сначала закончу школу? И желательно ещё получу степень в психологии? — добавила я.
Он закатил глаза и вздохнул.
— Ладно, но при одном условии. Я буду помогать тебе заниматься.
Я фыркнула.
— Звучит страшно.
— Твои преподы и однокурсники даже не заметят меня. Я буду невидимым призраком, раздающим подзатыльники всем парням, которые посмеют пялиться на тебя.
Мне понравилась эта идея, но девушке неприлично принимать такие предложения.
— Не надо преследовать меня в колледже, Эхо. И вообще, ты же ненавидишь школу.
Он ухмыльнулся.
— Ах, но ты теперь смысл моего существования, куколка, а значит, я ставлю твои интересы превыше всего.
— И ноешь из-за этого, — отметила я, проводя пальцем по его груди. Так и не знаю, сказать ли ему о ночном визитёре с тёмной душой или нет. Мышцы Эхо откликнулись на прикосновение.
— Я не ною. Просто бурно выражаю негодование, — улыбка сошла с его лица. — Ты начинаешь меня пугать. Что тебя беспокоит?
Я не могу ничего от него скрыть. Тем более когда он говорит так, будто может одной левой разорвать кого угодно, кто причинит мне боль, и сделает это с превеликим удовольствием.
— У меня сегодня был странный гость.
Эхо замер.
— В каком смысле странный?
— Душа. Кажется.
Он сел.
— Что значит "кажется"?
—
Он сощурил глаза, внимательно глядя на меня.
— Что? Он напал на тебя? Пытался вселиться? Ты чувствовала слабость и головокружение?
— Нет, — я замотала головой. — В этом плане он вёл себя как другие души. Застенчиво. Может, чуть более отчуждённо.
— Расскажи мне по порядку, что произошло.
— Сначала я решила, что это ты, когда в комнате появился холодок, но нет. Оставайся здесь. Я покажу тебе кое-что.
Я откинула одеяло и побежала в свою комнату за мобильником, но Эхо был уже тут как тут. Он поднял свои штаны с того места, где бросил их, и быстро натянул.
— Он проник в мой ноут и написал это, — я нажала на ярлычок "Фото" и показала письмена.
Эхо побледнел.
— Что? Что это значит?
— Дэвин. Предатель хитрожопый, — выплюнул Эхо. Он сжал мои руки и посмотрел прямо в глаза. — Никогда больше не общайся ни с ним, ни с какой-либо другой тёмной душой, Кора. Они высасывают энергию из всего на своём пути.
Я нахмурилась.
— Он вёл себя дружелюбно.
— Дружелюбно? — Эхо повысил голос от возмущения.
Я бросила взгляд на дверь спальни.
— Тише ты.
— Ты даже не представляешь, с кем имеешь дело.
— Так расскажи мне.
— Смертные, в которых вселяются тёмные души, сходят с ума, — он тяжело вздохнул, взял меня за руку и повёл обратно в свою комнату. — Милая, я знаю, ты любишь помогать заблудшим душам, но с этими тварями лучше не путаться.
— Не указывай мне, что делать, — я вырвала руку из его хватки. — Я уже говорила тебе раньше и повторяю снова: я буду решать, кому помогать, а не ты.
Его брови опустились, глаза сузились.
— Ты не решаешь. Ты помогаешь всем подряд. Убийцам. Психопатам. Извращенцам. Сколько раз я говорил тебе не обращать внимания на психов, а ты всё равно бежала им помогать, и в итоге мне приходилось вмешиваться и вытаскивать их из тебя? Думаешь, после них тебе становилось плохо? С тёмными душами будет ещё хуже.
Ого, его это взволновало не на шутку, иначе он не стал бы напоминать мне о тех неприятных случаях. Когда одержимость чужой душой затягивается, они начинают высасывать мою энергию, и я теряю сознание.
Я обернула руками талию Эхо и крепко его обняла.
— Ты мой герой. Не знаю, что бы я делала без тебя.
— Хорошая попытка, но подлизываться тебе не идёт, — он мягко отстранил меня, создавая небольшую дистанцию между нами. Его золотые глаза становились всё зеленее. Плохой знак. — Нельзя помогать тёмным душам, Кора. От них только проблемы. Они дадут тебе ложное чувство безопасности, а затем ударять в спину. Слизняки хреновы.
Он сделал шаг назад и перешёл в режим суперскорости. Через пару секунд он уже был в рубашке и натягивал носки.