Два брата
Шрифт:
И, сказав это, скульптор вышел. В дверях он встретился со старой служанкой Форнариной.
— Я видел твою хозяйку, — сказал он, — она ожидает тебя. Запри дверь на два поворота ключа и ни за что не отпирай никому. У меня есть свой ключ…
— Слушаю, синьор, — ответила почтительно старая служанка и низко поклонилась.
Но едва только Арман отошел от дома, как она слегка свистнула, и вместо того, чтобы запереть дверь, оставила ее полуоткрытой.
На улице было темно и пусто. Когда Форнарина свистнула, то на
— Форнарина?
— Я, господин. Это вы, ваше сиятельство?
— Да.
— Хозяин ушел, но он должен скоро вернуться.
— Хорошо, мы будем иметь достаточно времени, — пробормотала тень, и затем незнакомец сунул в руку старой итальянки кошелек, полный золота.
— Возьми и ступай, — приказал он.
— Да спасет вас само небо, — пробормотала старуха, вешая на ладони золото.
А между тем незнакомец вошел в дом и, поднявшись по лестнице, остановился перед комнатой Марты и постучал три раза в дверь.
Молодая девушка задрожала. Это не мог быть Арман, который ушел в свою мастерскую; это не была тоже и Форнарина, входившая всегда без шума.
А покуда она обдумывала это, дверь отворилась, и на пороге показался человек.
При виде его Марта вскрикнула и в испуге отступила назад.
— Это я, — проговорил вошедший и, сбросив с себя плащ, подошел к молодой девушке.
— Андреа!.. — прошептала она, задыхаясь.
— Ну да! Андреа. Неужели тебя удивляет эта случайность?
Марта не отвечала и отступила от него.
— Моя милочка, — продолжал холодно Андреа, — вы оставили меня из-за связи… Но вы должны бы были подумать, что я не позволю вам бежать от меня безнаказанно.
— Послушайте!
— Неужели вы предполагали, что виконт Андреа позволит увезти у себя свою содержанку, и притом еще какому-то скульптору без имени и без состояния.
Виконт сопровождал эти слова насмешливой улыбкой.
Марта опустилась в изнеможении на диван.
— Ну-с, пойдемте, дорогой ангел, — проговорил он с предательской нежностью.
И при этом он сделал несколько шагов вперед и взял ее за руку.
Марта вскрикнула.
— Нет! Нет!.. Уйдите, — шептала она.
— Я так и сделаю, — ответил спокойно Андреа, — но я надеюсь, что вы последуете за мной?
И адская улыбка показалась на его губах.
— Так как, — продолжал он, — я приехал, собственно, за вами. Посмотрите, в конце этой улицы нас ожидают носилки, а на другой стороне Тибра приготовлен почтовый экипаж, который и доставит нас прямо в Неаполь. Я нанял отель в Ишиа… и, собственно, для тебя, дорогой друг.
— Никогда… никогда… — шептала, потерявшись, Марта. — Я вас презираю.
— Может быть,
И, говоря это, Андреа схватил молодую женщину на руки.
— Ко мне! Ко мне! Арман! Форнарина! — кричала Марта, тщетно стараясь освободиться из сильных рук
виконта.
Форнарина не отвечала, но на улице раздались чьи-то торопливые шаги. Марта узнала их — это шел скульптор. Арман не дошел до своей мастерской и, мучимый особенным предчувствием, вернулся с дороги. Проходя по улице, он купил у одного гражданина кинжал и спешил к своей Марте.
— Арман! Арман! Помоги! — кричала молодая женщина.
— Арман не получит тебя, — нагло ответил Андреа и, вскинув ее на плечи, начал сходить с лестницы.
Марта продолжала бороться.
Арман услышал ее, и в ту минуту, когда Андреа сошел с последней ступени, на пороге показался скульптор.
— Дорогу! — крикнул Андреа.
— Назад, разбойник! — ответил Арман, хватаясь за свой кинжал.
А! А! — улыбнулся со злостью виконт. — Значит, нужно поиграть ножом.
И, подвинувшись назад, он бросил Марту на пол.
Затем он выхватил свой кинжал, и с минуту соперники оглядывали друг друга.
Комната, в которой они находились, полуосвещалась маленькой лампой, но ее света было вполне достаточно, чтобы молодые люди могли рассмотреть друг друга.
Так это вы, Андреа? — спросил, наконец, скульптор.
— А это вас называют Арман? — задал, в свою очередь, вопрос виконт самым насмешливым тоном.
— Презренный! — крикнул Арман. — Прочь отсюда, негодяй! Пошел вон сейчас же!
— В таком случае отдай мне мою содержанку. Я беру свое… отдай мне ее, и я сейчас же уйду.
— Тварь! — пробормотал Арман, подходя к виконту.
Но Андреа сделал скачок назад и размахнулся своим кинжалом.
— Мне кажется, — заметил он, — что мы собираемся поиграть с этой бедной Мартой.
— Это будет игра смерти для тебя, — ответил ему Арман и бросился на него.
Но Андреа продолжал отступать, как делают это обыкновенно тигры для того, чтобы собраться с силами и вернее напасть.
И действительно, он наконец бросился на скульптора, но его кинжал ударился о кольчугу, которую скульптор имел на себе, и, не сделав ему вреда, соскользнул.
Тогда враги сцепились, нанося друг другу массу ран.
Это была ужасная, ожесточенная драка…
Бились на жизнь и смерть…
Обитатели улицы слышали крики и шум, но считали за лучшее не вмешиваться в чужое дело, говоря, что у прекрасной француженки, вероятно, было два обожателя, которые и встретились теперь».