Два дня до солнца
Шрифт:
Но нет никакого июля. Вот она весна, вот пакет с покупками и… улица с парой прохожих.
Хочется пожать плечами, но я сдерживаюсь. Сегодня определенно очень дурацкий день: сначала этот псих, теперь… теперь психом становлюсь я.
Нехорошо. Мне сегодня ещё текст писать, в психа поиграю как-нибудь в другой раз, когда устрою себе выходной.
***
Дома меня встречает Фроня. Вытягивает струной спину и пушистый хвост. Многозначительно смотрит, намекая, что пора есть. Это ты, хозяин, шатался не пойми где, а кот твой честно нёс службу
Поэтому, едва скинув обувь, кормлю кота. И только потом уже могу уделить внимание себе.
Включаю ноутбук. Пока он загружается, щелкаю кнопкой электрического чайника, достаю из шкафа фильтр для кофе по-вьетнамски. Прекрасное изобретение, позволяющее заварить кофе даже такому ленивцу как я. Все просто: на обычную чашку ставится металлический заварник в виде чашки поменьше с дном-ситом; ещё один фильтр - внутри. Всего-то и нужно сыпануть одуряюще пахнущие кенийские зёрна, залить кипятком, накрыть плоской крышкой. Ждать.
Ждать, пожалуй, самое сложное.
Я сажусь за стол, снова открываю сайт, параллельно - вордовский файл с текстом. Фон обязательно серый - не так режет глаза. Терпеть не могу белый лист. Есть в нём что-то угнетающее.
Так, что тут на сайте?
Опять комментарии.
«Автор, зачем так? Я теперь не смогу до следующей проды!»
«Знаете, а вот сглупил Кирюха, конечно… Зачем было так неосмотрительно лезть в логово камнелюдей? Одноглазый сожрёт его на ужин не подавится».
«Да, ла-а-адно, Кир сам его скрутит и вернется к Альке. Кстати, а секс когда?»
Хмыкаю. Война войной, а секс по расписанию.
Кирилл - главный герой романа. Потомок Горгон, расследует всякие аномалии. Алька - его девушка и напарница. Одноглазый… тот, с кем лучше не связываться.
Встаю, забираю чашку с кофе и снова сажусь на рабочее место.
Некоторое время уходит, чтобы ответить на комментарии. Да, бывает, что их слишком много, на всё не ответишь, но я стараюсь. Мне нравится живое общение, тот самый фидбек, который дает автору почувствовать поддержку читателей, а читателям - возможность создавать историю вместе с автором.
Взгляд цепляется за награду.
Ярасланов.
Фамилия такая… словно блики солнца прыгают между зеркалами, врезанными в черный металл. Черт знает, почему эта ассоциация. Металл, зеркала, ключевая вода - такая, что аж зубы сводит.
Сам не осознаю, что снова открываю поисковик и пытаюсь понять, кто такой Дан Ярасланов и что ему может быть от меня нужно.
Фотографии. Выставки. Улыбка, которой можно разрезать напополам. Опять этот прищур. В голубой глаз словно опрокинули июньское небо, в зелёный - майское разнотравье с осколками изумруда. Изумруд явно был с трещиной, с глубоким изъяном, но от этого только интереснее. И ходить по этой траве нельзя - сразу ступни в кровь.
Вот Ярасланов подписывает книги в библиотеке. Вот выступает на презентации. Вот курит на улице.
Тиражи… хорошие тиражи.
И
Хмурюсь. В груди появляется раздражение, скребет когтями, тычет в экран с улыбающимся Яраслановым.
Смотри-смотри, Антон. Вон чего человек добился, пока ты тут пишешь своё фэнтези для мальчиков и девочек. Плевать, что последние давным-давно вышли из подросткового возраста.
Встряхиваю волосами, отбрасываю их назад. Откидываюсь на спинку стула - она тут же чуть поскрипывает.
Это проклятая линейка успешности, под которую так или иначе мы пытаемся подстроиться. Не продал тираж - неудачник. Не приняли рукопись в издательство - неудачник. Пишешь для сетевой аудитории - да у тебя же нет бумажных книг, не писатель! Отдаешь все в бумагу - не имеешь солидного заработка за электронку?
– неудачник! Работаешь в несерьёзном жанре?.. Ну вы поняли.
Мудрость приходит позже. Когда перерастаешь свои юношеские мечты и страхи. Не стыдно делать то, что тебе нравится. Не стыдно писать развлекательную литературу. И то, что ты её не пишешь - тоже не стыдно. Не бывает плохих жанров. Плохие писатели… Плохой писатель тот, у кого нет читателей. Всё остальное - просто ярлыки.
И сейчас, глядя на Дана Ярасланова, я прекрасно понимаю, дело совсем не в том, что он пишет. А в нём самом.
Я быстро сворачиваю вкладку и возвращаюсь к файлу.
Надо работать.
Пальцы резче и громче, чем обычно отстукивают «Глава 12, где Кирилл попадает в ловушку без выхода».
Между светом и тьмой
8 лет назад
Человек — скотина недовольная.
Всё ему не так.
Вечно тысячи причин.
— Уж сердцу хочется весны, но осень только наступила, — задумчиво произнёс Железный, глядя в окно.
Мелкий дождь, ещё недавно накрапывавший, оставил на стекле прозрачные капельки. Горожане, шедшие по улице, поднимали воротники и ускоряли шаг. Ветер разгулялся холодный и злой, совсем не сентябрьский.
Огромный серый кот, сидевший рядом на мягком диванчике, выразительно посмотрел своими желтющими глазами на Железного. С немым вопросом: что за сомнительные выражения, господин провидец?
Тот чуть пожал плечами и отхлебнул чай: калиновый, горячий, с пятью ложками сахару. Дивно приятно, что последнего в «Милом доме» подают сразу и белый, и коричневый. Есть выбор. А Босенька — он кот, он не понимает прелести сахара.
И вообще заведение прелестное. Особенно на втором этаже. Столики, декоративные полки, старые книги. Печатная машинка в нише, к которой так и хочется прикоснуться. Но Железный сдерживался. А вот книги, грешен-грешен, брал и листал. Великолепные иллюстрированные издания с гладкими страницами и профессиональными фотографиями. Австрийские и английские. Роскошь. Просто роскошь… и часть интерьера.