Шрифт:
Этим утром у Кьерга было совершенно нерабочее настроение. Как всегда по вошькрысеньям. К тому же последний заказ он сдал совсем недавно – в этот чемдверьг. После окончания любой продолжительной работы Кьерг всегда брал как минимум недельную паузу. Чтение книг, крепкий сортовой чай с добавками, темный шоколад, Эрлисса… Скорее даже она в первую очередь.
С чашкой дымящегося терпкого чая молодой алхимик стоял на балконе и вдыхал горячий воздух своего двадцать второго хмелета. После окончания университета его жизнь складывалась как нельзя лучше: от заказов не было
На той неделе Кьерг сдал заказчику новый препарат, стимулирующий работу мозга. Алхимик представить не мог, когда именно продукт выбросят на рынок, но в том, что это будет настоящий хит, ни капли не сомневался. О том, чтобы попробовать вещество самому, он и мысли не допускал – даже в малых дозах препарат вызывал в организме необратимые процессы, приводящие к безумию. Заказчик о побочном эффекте был прекрасно осведомлен, однако в том, что стимулятор найдет своего потребителя, Кьерг был более чем уверен. Мало ли на свете дурачков, стремящихся к саморазрушению?
Из раздумий его вывел настойчивый стук в дверь…
Клиент был странным. И жутким. До такой степени, что по спине начинали бегать мурашки, пальцы впивались в гладкий фарфор чашки, а глаза сами собой параноидально прищуривались.
Восхитительно скроенный бархатный костюм черного цвета, антрацитовая сорочка, запонки с черным жемчугом, узенький галстук цвета ночи… Лицо клиента словно слеплено из масок трагедии и комедии, которые попеременно поворачиваются к тебе то одной, то другой стороной… Запястье захлестывал поводок с домашним любимцем – человеческой головой на мохнатых паучьих лапках. Голова беспрестанно скалилась и корчила рожи.
– Не правда ли, он забавен? – вкрадчиво поинтересовалась «комедия» и мерзко захихикала.
Вопрос был чисто риторическим, и Кьерг благоразумно решил воздержаться от ответа. Больше его интересовало, как обращаться к этому жутковатому посетителю.
– Можете называть меня Насмешником, – словно прочитав мысли юноши, ответил на его невысказанный вопрос чародей. Сомнений в том, что перед ним волшебник, у Кьерга не было – только представители этой касты могли менять облик, как перчатки, выбирая при этом наиболее экстравагантный.
Молодой человек пригласил потенциального клиента присесть. Клиент уговаривать себя не заставил. Юноша сделал чародею чаю и сел напротив.
Алхимик ждал. Маг вглядывался в лицо юноши и забавлялся с домашним любимцем. Чай стыл…
– Так вот, – гаркнул Насмешник, резко подаваясь вперед, заставив Кьерга вздрогнуть от неожиданности и откинуться в кресле. – Думаю, стоит сразу перейти к делу.
Молодой человек лишь кивнул в ответ.
– Моя племянница, моя бедная девочка, моя любимая малышка… – басом запричитала «трагедия». Насмешник достал из кармана пиджака черный шелковый носовой платок и шумно высморкался.
– Что с ней? – поморщился Кьерг. Страх ушел, и фарс начинал его раздражать.
– Она больна. Все без исключения доктора утверждают, что
Голос у «комедии» был скрипуче-высоким, царапающим барабанные перепонки молодого ученого. Кроме того, Насмешник постоянно и беспричинно хихикал, от чего мысли алхимика все время путались. Однако когда юноша осознал услышанное, его охватил озноб. О том, после каких процедур и по какой причине умер неизвестный доктор, Кьерг пытался не думать. Получалось плохо.
– Среди алхимиков у вас, несмотря на юный возраст, уже сложилась определенная репутация, – пояснил волшебник. – Кроме того, мне на руку, что вы не очень щепетильны относительно заказов. Терпеть не могу ханжей. Именно поэтому выбор пал на вас.
Высказавшись, Насмешник водрузил локти на стол и вперился в Кьерга черными провалами масочных глазниц. Время от времени маски подменяли одна другую.
– Я так понимаю, выбора у меня как такового нет? – поинтересовался алхимик.
– Отчего же? – хихикнула «комедия». – Выбор есть всегда и у всех. Просто вы, как в высшей степени разумный молодой человек, должны понимать последствия своего отказа.
Обдумывая тупиковую ситуацию, Кьерг забарабанил пальцами по столу. Выход, по сути, был только один – принять заказ…
– И каковы будут сроки выполнения заказа и вознаграждение? – Юноша чувствовал себя так, словно собирался прыгать в воду с десятиметровой вышки.
– Какие могут быть сроки, когда речь идет о здоровье ребенка? – почти искренне возмутился Насмешник. – К концу хмелета работа должна быть закончена. Максимальный срок – первая неделя хрюсени. Я буду каждодневно информировать вас о состоянии моей малютки, моей маленькой девочки… Простите, – чародей вновь шумно высморкался.
Маска повернулась.
– НагРада моя будет пРактически безмеРной. БезгРаничной! – прокаркала «комедия». Поворот масок. – Я изготовлю любой артефакт, какой вы только потребуете, молодой человек, – промокнув уголок левой глазницы, пробасила «трагедия».
– Воистину королевское вознаграждение… – прошептал Кьерг, задумчиво глядя в потолок. Сделал глоток остывшего чая. Поморщился. – Помнится, вы упоминали о формуле, которую вывел для вас некий доктор, ныне, к сожалению, покойный?
– Вы совершенно правы, – проворковала «комедия». Бархатно-наждачный голос, казалось, проскреб по черепной коробке алхимика изнутри. – Вы получите ее… – Насмешник посмотрел на часы. Кьерг совершенно отчетливо увидел, что на черном циферблате нет стрелок. – Прямо сейчас. Сразу же после пробуждения.
Чародей хлопнул в ладоши.
Весь в холодном поту, Кьерг рывком сел на кровати. Трясущимися пальцами ощупал лицо.
– Приснится же! – криво усмехнулся алхимик. Нет, сон не был кошмаром в традиционном понимании этого слова, однако жуть и реальность происходившего во сне просто ошеломляли.