Два лика времени
Шрифт:
– Кто это?
– спросил я.
– Тан Уард, тренер по дикой борьбе.
– Занимался с Марной целый год.
– За Румала будешь действовать ты, - сказал я, решив оставить себе роль тренера. Все-таки молодец я, довел программу-трансформер до профессионального уровня!
Глава девятнадцатая
Марна очнулась в маленьком помещении с низким потолком. Потолок был белый, так же, как и стены. Узкое окно-щель в стене под потолком. Даже не дотянуться, чтобы выглянуть наружу. Тюрьма, больница? Как она здесь оказалась? Постепенно пришли воспоминания. Вот она собирается на работу,
– Следуйте за нами, танна, - один конвоир шагнул за дверь, второй пропустил ее вперед. С одним она, возможно бы, справилась. Тренер из подпольщиков постоянно ее хвалил, говоря, что она могла бы выступать на ежегодном состязании двух континентов. Впрочем, такие состязания давно канули в лету, едва возникла напряженность между крупнейшими государствами планеты. Двух конвоиров не одолеть. К тому же, даже если бы получилось, что дальше? Вряд ли удалось бы покинуть здание. Прибьешь одного охранника, навалятся десять. Пришлось оставить мысли о побеге до более подходящего момента. "Посмотрю, послушаю, что скажут" - думала она, шагая по длинному узкому коридору с многочисленными пронумерованными дверями и белыми стенами. Ее неукротимый дух требовал немедленных действий, посему пришлось загнать нетерпеливца в самые глубокие закоулки сознания. На больницу здание походило только цветом стен и серыми халатами сопровождающих. Окна здесь заменяли узкие щели под потолком, оттуда пробивался яркий солнечный свет. Навстречу попадались вооруженные охранники в форме сотрудников безопасности. Они, молча, уступали дорогу маленькой процессии. Наконец, конвоиры остановились возле двери, под номером первым.
– Просим, уважаемая танна, - они расступились, Марна открыла дверь. Помещение оказалось кабинетом чиновника высокого ранга. Стены и потолок были отделаны деревянными панелями светло-коричневых тонов, скорее всего, деревом ро, очень дорогим и редким. Всю внешнюю стену занимало большое окно, в котором можно было разглядеть замечательный гористо-лесной пейзаж. Куда же она попала? Она уже размечталась, как заставит самодовольного улыбающегося дядьку, сидевшего за столом напротив, елозить по полу, умоляя оставить его в живых, когда заметила двух охранников, застывших в напряженных позах, справа и слева от двери. Пришлось опять отложить светлые мечты об освобождении и запастись терпением. Свободолюбивый дух в глубинах сознания начал возмущаться. Эта внутренняя борьба столь явно отразилась на ее лице, что мужчина за столом, в полицейском мундире с многочисленными нашивками, вполне искренне рассмеялся и сказал: "Присаживайтесь, танна Альта. Или Марна, так, вероятно, будет правильнее?". Она, молча, опустилась на маленькую табуреточку напротив полицейского. Этот полицейский явно был в немалых чинах. Его лицо показалось знакомым, она подумала, что, скорее всего, встречала его на портретах. Член парламента или генералитета?
– Чем обязана нашей встрече?
– она поначалу собиралась молчать, однако свободолюбивый дух разбушевался, требуя сатисфакции. Поддайся она этой неукротимой энергии, убила бы улыбчивого полицейского чина, невзирая на последствия. С одной стороны прекрасно понимала, в каком государстве живет, с другой душила обида и злость за попрание элементарных прав. Впрочем, принадлежность к незаконной рабочей партии вполне могла послужить причиной ситуации, в которой девушка оказалась. И все равно, возмущение готово было вот-вот вырваться и...стереть окружающих в порошок. Так ей казалось.
– Позвольте представиться, - сказал полицейский, улыбка исчезла, резко сменившись жестким выражением, - тан Румал, главный полицмейстер страны. Как вы понимаете,
Ну, конечно! Еще в Гунце соратники по борьбе показывали его портрет, отзываясь, как о наиболее опасном противнике.
– Поэтому вы хватаете всех, кого ни попадя, даже женщин?
– Заметьте, женщину, члена запрещенной партии миротворцев, - тан Румал многозначительно поднял указательный палец, - одно это позволяет мне отправить вас туда, откуда не возвращаются. Полгода тяжелого труда на благо нашей многострадальной родины, после чего уважаемая танна превратится в древнюю старуху, замученную смертельными болячками. Устраивает такая перспектива?
Марна покосилась на охранников, чтобы убедиться, что шансов на побег у нее по-прежнему нет. Полицмейстер заметил ее взгляд.
– Отсюда никто еще не убегал. Да и смысла нет. Чтобы вернуться к цивилизации, беглецу придется пройти мимо урановых рудников, а там повсюду усиленная охрана. Затем придется преодолеть, по крайней мере, сотню ри дикой местности, где нет, не только пищи, но и воды. Но, даже добравшись до одной из деревень, беглец сразу попадает в наше поле зрения, потому что все старосты являются нашими агентами. Так что, оставьте фантастические идеи и давайте поговорим о вещах, более приземленных.
– О чем, например?
– поинтересовалась Марна. Голос ее прозвучал хрипло. В самом деле, выхода не было. Она знала, что могут предложить. Проникнуть в партийную ячейку Гунца и помочь схватить товарищей. Для себя решила, что лучше погибнет, чем станет предателем.
– Это другое дело, - оживился собеседник, - приятно иметь дело с разумным человеком. Вам ведь не придется объяснять, что последует в случае отказа? Я имею в виду несколько ступеней допроса, последний из которых предполагает превращение клиента в сумасшедшее ничтожество?
– Не придется, - согласилась Марна, чем вызвала у полицейского выражение благожелательного удовлетворения. Никогда она не откроет им явки в Гунце. Хотя у безопасности имелись все возможности, чтобы вытрясти правду насильно. Что же делать? Пусть лучше ее застрелят при попытке к бегству.
Тан Румал возжелал выслушать ее подробную биографию. Заметив, как она запнулась, рассказывая о ячейке пацифистов в Гунце, сказал: "Адрес можете не сообщать. Там уже никого нет. Сбежали ваши подельники, а мы, к сожалению, опоздали. Нового адреса вы все равно знать не можете. Продолжайте". Марна порадовалась за друзей, чудом избежавших ареста. Значит, ячейка в Гунце уцелела!
– Не радуйтесь, - мрачно заметил полицейский, заметив блеск в ее глазах, - арест бунтовщиков вопрос времени. Но мы отвлеклись от чрезвычайно интересного повествования.
Когда девушка закончила свою исповедь, полицейский задал ей ряд вопросов, на которые она толком не смогла ничего ответить. Вопросы касались ее знакомого пенсионера.
– И так, что мы имеем, - подытожил тан Румал, - некий старик обладает аномальными способностями, приписываемыми легендарным шаманам. Арестовать такого типа задача нетривиальная. Вы для нас малоинтересны. Если бы не этот загадочный пенсионер, давно бы оказались на рудниках. Теперь вам предстоит стать наживкой. Посмотрим, что сможет предпринять этот хваленый шаман против полицейского управления Акрии. Кстати, вы еще с ним не спали?
Девушка в ярости вскочила со своего места, охранники угрожающе придвинулись.
– Да как вы смеете!
– воскликнула она. Полицмейстер проигнорировал ее вспышку.
– Ах, молодость, молодость, - он сокрушенно покачал головой, - еще как смею. Подождем недельку, и если ваш друг, или, может быть, будущий любовник? Не надо так волноваться, охрана может вам что-нибудь случайно сломать. Так о чем я? Если этот старикан не появится у нас в течение означенного времени, а мы уже отправили ему приглашение, вас сначала отдадут солдатам на потеху, после чего отправят на рудники. Если, конечно, переживете сие приключение. Бывает, после общения с ротой солдат, а их пятьдесят, некоторые слабые танны расстаются с жизнью. Увести!