Два мутанта
Шрифт:
Имея за плечами кое-какой боевой опыт, Феникс только восхищенно качал головой. Внезапно он понял, что автоматных очередей больше не слышно, а вокруг царит абсолютная тишина. Он повернулся в сторону «долговцев». Те устало сидели на земле, а склон под ними тоже был завален трупами псевдособак.
— Вот спасибо, — тихо сказал Феникс, начиная подниматься выше по стволу. — Надеюсь, вы не обидитесь, если я не буду говорить вам это лично.
Ветка над головой, привлекшая внимание Феникса, годилась для того, чтобы на ней можно было относительно безопасно подремать. Забравшись повыше,
Два квада «Долга» могли собраться в одном месте только для решения какой-то очень важной задачи. Или для ликвидации слишком опасного противника. И что самое неприятное, Феникс догадывался, какого именно.
36
Ни через час, ни через два «долговцы» не вернулись. Зато откуда-то со стороны горы несколько минут доносилась такая стрельба, что, казалось, «долговцы» решили расстрелять все имеющиеся у них патроны. Патронов у них было много.
Буль к тому времени уже спал сном праведника, а своим людям Хук запретил высовываться наружу. Вдвоем с Кротом они сидели на плетенных стульях, укрывшись от возможных наблюдателей с другой стороны от дома, и слушали множественные раскаты автоматных очередей.
— «Точки» долговские, — сказал Хук. — Судя по стрельбе — ведут зачистку. Так что радуйся, Крот, меньше опасного зверья в твоем заповеднике станет.
— Да нету у меня здесь столько зверья, — задумчиво сказал Крот. — Тут кругом аномалии, а чтоб в проход попасть — редкое везение нужно. Так что не знаю, кого они там зачищают.
Они немного помолчали, вслушиваясь в далекие разрывы гранат. Внезапно, поверх звуков отчаянного боя, отчетливо послышались хлопки снайперской винтовки.
— Громко, зато метко, — прокомментировал Хук. — Для зверья, может, и ничего. Хотя на их месте я бы такие стволы в Зону брать не стал.
— Предлагаю обсудить план, как нам вытащить Штыка и Хомяка из плена, — сказал Крот, глядя в сторону. — Ждать здесь бессмысленно. «Долг» может и не вернуться. На воде стрелять нельзя — моих пацанов вместе с «Долгом» потопите. Поэтому все разборки только на берегу.
— В лодке был один человек, — снова напомнил Хук, возвращаясь к разговору получасовой давности. — По описанию решили, что это Хомяк. Почему же ты думаешь, что Штык еще жив?
— Я не первый год по Зоне хожу, фримен, — уверенно ответил Крот. — Не его это судьба. Ты все верно разложил: мол побежал Штык, прыгнул в воду, а там его и достала пуля «долговца». Только ни Штык, ни «долговцы» так действовать не стали бы. Жив он.
— Что предлагаешь? — спросил Хук, прищурив правый глаз.
Стрельба внезапно стихла и в наступившей тишине, голос Крота прозвучал неожиданно жестко:
— Устроить засады рядом с проходами. Посади по пять-шесть человек с приказом стрелять сразу насмерть. Первый залп должен укладывать весь квад разом. Но чтоб моих людей
— Неплохой план, — одобрительно сказал Хук. — Надо бы только его как следует обдумать.
— Некогда думать! — резко сказал Крот. — Южный проход надо перекрывать прямо сейчас. Если «долговцы» стреляли за горой, это может означать, что они уже направились к южному проходу. И будут там часа через полтора, может два.
— Сейчас, так сейчас — дружелюбно сказал Хук. — Переговорю вот с Гансом, да и вези меня к моим людям.
Узнав, что Хук и Крот собираются оставить дом и сплавать на берег, Ганс занервничал, но вслух ничего не сказал. Только поставил на место последнюю деталь тщательно вычищенного пулемета. И лишь когда лодка уже готова была отойти от платформы, принес вещмешок с артефактами.
— Возьми на всякий случай, — сказал он Хуку. — Пусть парни порадуются.
Крот устроился на носу лодки, и перед тем, как опустить весло в воду, внимательно осмотрел предстоящий маршрут. Ветер полностью стих, но по воде продолжали идти крохотные волны, совсем непохожие на обычную мелкую рябь. Туман, висевший всю первую половину дня над головой, постепенно рассеивался, и сквозь его белую толщу местами теперь проглядывало обычное хмурое небо Зоны. В нескольких местах над водой поднимался слабый пар. Справа, над хребтовой константой, что-то незримое повело низко висящие облака по кругу, словно приглашая в хоровод.
— Чего не плывем? — осторожно спросил Хук, разместившийся с веслом на корме.
— Не торопись, живее будешь, — буркнул Крот таким тоном, словно вел по Зоне новичка.
— Да мы только вот плыли этим же маршрутом, — чуть резче, чем хотел, ответил Хук.
Крот повернулся и внимательно посмотрел на своего пассажира.
— Это не просто Зона, фримен. И не просто вода над аномалиями. Озеро живет совсем по другим законам. Здесь нет стабильности между Выбросами, как на суше. Не отвлекай меня больше без нужды. А то саженками к берегу поплывешь.
Хук показал раскрытую ладонь, признавая, что все понял, а когда старик отвернулся, озабоченно осмотрелся вокруг. Если бы Крот посмотрел в этот момент на своего союзника, то мог бы заметить, что тот растерян и разочарован.
На берегу «свободники» развертывали лагерь. От того места, где Буль чуть было не взорвал их на минном поле, они отошли метров на триста к югу и принялись обживать небольшую полянку. Четыре палатки уже стояли попарно на некотором расстоянии друг от друга, между ними горел большой костер. Несколько человек несли в лес провода и датчики, чтобы развернуть сигнальный периметр.
— Коготь, иди сюда, поговорить надо! — позвал Хук, устраиваясь на складном стуле.
— А где хабар? — недоверчиво разглядывая Крота, спросил Коготь.
— Хабар будет, но позже, — спокойно ответил «свободник». — Крот и его люди теперь наши союзники. Мы заключили сделку, от которой выгадают все.
— Союзник? — с недоумением переспросил Коготь. — А как же хабар?
— Будет тебе хабар, не волнуйся. И будет его гораздо больше, чем ты думаешь. Но сперва надо кое-что сделать.