Два полюса
Шрифт:
Поблагодарив ребят за компанию и пожелав им приятного аппетита, направилась на ковер к адмиралу. Что еще он придумал для меня? Что опять я сделала не так?
***
В кабинет отца вошла с опозданием. Нога не давала покоя, все сильнее начинала болеть. Прихрамывая, подошла к столу, за которым сидел адмирал, не глядя на меня. Конечно же, дела важнее, чем дочь. Она же опоздала, значит подождет. Встала в стойку, сложив руки за спиной. Ждать пришлось долго, но я трепела, пытаясь отключиться от разрастающейся боли.
Закончив что-то читать
– Пришла. Вижу тебе лучше, чем говорил Онуро. Я смотрел записи. Прости, что не заметил твоих затруднений. Ты просила передать, что лацерт лазутчик – объяснись.
Кивнула и поделила своими мыслями:
– Я думаю, он специально сдался.
Адмирал усмехнулся, словно я шутку сказала. Он смерил меня оценивающим взглядом, помолчал и глубокомысленно изрек, поучая:
– Все, кто сдаются в плен, идут на это осознанно.
– Нет, адмирал, - перебила отца, - это его план. Надо узнать, что они задумали. Он словно ждет чего-то.
– На чем основаны ваши умозаключения? – сердито бросил мне отец.
Да не стоило его перебивать. Теперь он злился, а значит, ничего не услышит. Ничего не смогу я ему доказать, но попытаться стоило.
– Он не убил Кэс, хотя мог.
– Опять Кэс! – вскинулся адмирал, недовольно цокая языком.
– Вы зациклены на ней, капитан Венс.
– Мог убить и сопротивляться, - продолжила я, не обращая внимания, словно отец и не прерывал меня.
– Но он спокойно дал себя скрутить Брэду. А теперь молчит. Зачем тогда сдался? Ведь они всегда бросаются на нас, даже безоружные, даже если один против роты.
– Я понял вас, капитан, - нетерпеливо остановил меня отец.
– Ничего. Через полчаса его тело выбросят в открытый космос. Сколько вам надо времени, чтобы восстановиться. Вы нужны своей команде.
– Завтра, наверное.
– Отлично, капитан. Идите, отдыхайте, а завтра снова в строй.
– Да, сэр, - отдав честь, дождалась кивка светлой головы и развернулась, направляясь на выход.
Полчаса! Осталось полчаса!
Ноги сами меня несли в тюремный блок. Я понимала, что так нельзя. Надо остановиться, но шла, с каждым шагом все сильнее хромая. Охранники безропотно открывали передо мной двери. Никто не смел остановить дочь адмирала, даже не задумываясь, что мне не положено здесь находиться.
Облокотившись спиной о стену соседней камеры напротив нужной, отдышалась. Смотрела на него и не могла найти слов. Правильных и таких нужных, чтобы не отказал.
Лацерт словно ждал, стоял около дверей, склонив голову набок, рассматривая меня своим холодным взглядом. Я была готова молить, упрашивать, но вот я здесь и не могу произнести ни слова.
– Ты приш-ш-шла, - тихий шипящий голос вызвал во мне бурю негодования.
Но все спланировал, он знал, что я приду. Знал и ждал.
– Ты умрешь, - ответила ему в тон, чтобы хоть с чего-то начать разговор.
Лацерт выпрямил голову. Язык беспокойно дергался, практически не останавливаясь. Но
– Через полчаса ты умрешь, - повторила, но эффект был тем же.
Нога больше не держала, и я опустилась на пол, вытягивая ее вперед и потирая ладонью.
– Она умрет, - вернул мне лацерт равнодушно и холодно.
– Ты тоже, - твердости, которая звучала в моем голосе, не было во мне.
А не была уверена, что готова играть с врагом. Он слишком чуждый и непонятный.
– Нет, - прошелестел ответ.
Откуда в нем такая уверенность в спасении? Недоверчиво взглянула на лацерта и попала в плен пугающей черноты. Тьма его глаз затягивала сознание, шептала, требуя подчинения.
– Открой.
Нет, нельзя. Лацерт опасен. Замотала головой, закрывая руками уши.
– Он идет. Открой, - этот вездесущий голос заставлял слушать, внимательно слушать, внимая каждому слову.
Вскинула голову, пытаясь понять, кто идет. В коридоре раздавались далекие звуки шагов. Неловко поднялась с полу, опираясь о стену. Встала в ожидании того, кто шел сюда.
– Он с-с-сильнее. Ты не с-с-справиш-ш-шься, - настаивал лацерт.
От его слов стало не по себе. Я не могла понять, к чему он клонит. Но в неведении оставалась недолго.
– Детка, - раздался насмешливый голос Дэна в конце коридора, - я смотрю, тебе понравилось тут быть. Расстроилась, что так и не дождалась меня? Сучка.
Бывший командор не выглядел сильно опечаленным своим разжалованием. Скорее слишком веселый. Опять это слишком. Догадка осенила меня, как вспышка. Дурь принял! Только от нее человек становится без причины весел и агрессивен.
Дэн усмехнулся. Плотоядно осмотрел меня. Я видела лихорадочный блеск его глаз. И догадывалась, что он принял. А это значит, умолять его бессмысленно. Он сейчас идет на поводу своих желаний. Только своих.
– Открой, - вздрогнула, когда раздался властный голос лацерта за спиной очень близко. Я неосознанно отходила к его камере, пытаясь найти поддержку. Да, с таким Дэном мне точно не справиться, придется потерпеть. Только вот надо решиться, добровольно раздеться, или все же дать отпор.
– Я помогу, - заверил меня враг.
Уму непостижимо.
– Не могу, ты пленник, - тихо прошептала в ответ, чувствуя под ладонями гладкую поверхность стекла.
– Ты умреш-ш-шь, ес-с-ли не откроеш-ш-шь, - спокойным голосом поучал враг, словно и не шел на меня неудачливый любовник. Словно он не сжимал кулаки, пакостно скалясь. Словно и не оставалось каких-то четырех неумолимых шага до меня.
– Открой. С-с-спасу.
Замотала головой, не отрываясь глядя на приближающегося мужчину. Нога ныла, но бить надо именно ей. Опираться на нее уже не могу.