Два шага до горизонта
Шрифт:
– Куда он за мной пойдет? – недовольно поморщился Граис.
– Да куда угодно! Хоть против Кахимской империи!
– Пойми, Фирон, – с тоской в голосе произнес Граис. – Йер не имеет достаточно сил для того, чтобы выступить против империи. Это будет бессмысленная бойня, которая закончится уничтожением большей части йеритов.
– Да все я понимаю, – Фирон тяжело вздохнул, плечи его поникли. – Вот только невыносимо жить под пятой завоевателей. Порою думаешь, хотя бы раз вдохнуть воздух свободы, а после можно и умирать.
– Так
– И что же дальше? Так и жить с Кахимской империей, сидящей на загривке?
– Ни одна империя не может существовать вечно. Ее раздирают изнутри собственные противоречия. Кахимская империя, так же, как многие другие до нее и после нее, вскоре рухнет, и тогда Йер станет единым сильным государством.
– И сколько же ждать падения Кахима?
– Все во власти Поднебесного, – развел руками Граис. – Хотя я не стал бы надеяться на то, что нам доведется это увидеть.
Фирон покачал головой и, залпом осушив свою кружку, закусил рыбой.
– И что же ты собираешься делать? – спросил он Граиса после долгой паузы.
– Я должен помочь Сирху вернуть доверие народа, – ответил Граис.
– Неблагодарное занятие, – криво усмехнувшись, покачал головой Фирон.
– Быть может, ты слишком строго судишь Сирха, – мягко и даже чуточку вкрадчиво произнес Граис.
– Как уж заслужил, – довольно резко отозвался Фирон.
– Замените умелого мастера-плотника, – и редко найдется такой, кто не поранит себе руку, – сказал Граис.
На это Фирон ничего не стал отвечать, только как-то неопределенно мотнул головой.
– Пойми, Фирон, Сирх сейчас единственный в Йере, кто может свободно нести свое слово людям, – продолжал Граис, словно оправдываясь за слова, произнесенные перед этим. – А время не ждет. Бунт, как ты сам говорил, может вспыхнуть не сегодня, так завтра. Поэтому приходится выбирать меньшее среди двух зол: возвышение Сирха или гибель Йера.
– Учитель, – преданно посмотрев на Граиса, сказал Фирон. – Я пойду за тобой, куда бы ты ни приказал.
– Ах, Фирон, Фирон, – с досадой покачал головой Граис. – Разве ты забыл, что я всегда требовал от своих учеников не слепой веры, а понимания моих слов.
– Умом я понимаю: то, что ты говоришь – правильно. Но
– Через слабость побеждают силу, – сказал Граис. – Через мягкость побеждают твердость.
– Хорошо, учитель…
Фирон не успел закончить начатую фразу.
Дверь, распахнутая ударом ноги, с грохотом ударилась о стену, так что один из трех пьяниц даже вскинул голову, которая, впрочем, через миг снова стукнулась лбом о доски стола.
С улицы вошли трое шалеев. Ночная стража, понял Граис, увидев черные плащи, накинутые поверх их обычной формы. Он почему-то сразу догадался, что это пришли за ним. Обмануть фантомом троих бдительных стражей вряд ли удастся. К тому же рядом был Фирон, который, не зная, что происходит, мог вмешаться в самый неподходящий момент.
Двое шалеев остались возле двери. Третий, окинув взглядом помещение, направился сначала в сторону пьяной троицы. Из всех троих его интересовал только один, светловолосый.
Схватив пьяницу за волосы, шалей приподнял его голову, чтобы взглянуть на концы сползшего с плеч платка. Пьяница что-то недовольно замычал, но, получив по зубам, тут же затих.
Оставив пьяных, шалей подошел к столу, за которым сидели Граис и Фирон.
– Ты с севера? – спросил он, вытянув руку в сторону Граиса.
– Да, – спокойно ответил тот.
– Ты пойдешь с нами, – шалей махнул рукой в сторону двери.
– В чем моя вина? – спросил Граис.
– Какой-то светловолосый северянин учинил сегодня беспорядок на рыночной площади, – безразличным голосом ответил шалей. – Видевшие его опознали в нем опасного бунтовщика.
– Этот человек не имеет никакого отношения к происшествию на рыночной площади, – быстро заговорил, глядя на шалея, Фирон. – Он мой родственник. Я постоянно проживаю в Халлате и могу поручиться за него.
– После разбирательства всех невиновных отпустят, – буркнул шалей и, посмотрев на Граиса, снова махнул рукой в сторону выхода.
– Я пойду с ними, – сказал Граис Фирону. – Все будет в порядке.
Поднявшись на ноги, он накинул на голову платок.
– Но, учитель…
– Не волнуйся за меня, – сказал Граис. – Эти достойные стражи не причинят мне никакого зла. Им нужен бунтовщик. Ты же слышал: завтра все невиновные будут освобождены.
Обращаясь к шалеям подчеркнуто уважительно, ксенос держался спокойно и уверенно. Главное – не вызвать у стражей преждевременных подозрений. А уж на улице он без труда сумеет от них избавиться.
Пропустив Граиса вперед, шалей направился к выходу следом за ним.
Фирон вскочил на ноги, опрокинув скамью. В глазах его пылала решимость.
– Нет, учитель! Я не могу допустить, чтобы с вами снова что-то случилось по моей вине! – крикнул он и, выдернув из-за пояса нож с узким лезвием, кинулся на сопровождающего Граиса шалея.