Два угла

Шолох Юлия

— Ее нельзя убивать… сейчас, — крикнул как мог громко. — Слушайте меня!

Его все-таки слушали, хотя и неохотно.

— За ней придет… Раан. Он уже близко.

— Пусть… они сами разбираются, — с трудом добавил Гууар и стал глубоко дышать.

Молчали жрицы. Молчали воины. Гууар вдруг слабо показал зубы.

— Кто к ней приблизиться,

будет иметь дело со мной. У меня есть подарок, оставленный Рааном, нескольких убить смогу. Кто хочет проверить?

Неизвестно, поверили ли ему остальные, но, по крайней мере, на шаг отступили от богини, переговариваясь уже тише и серьезнее.

Потом солнце сморило Гууара и он не смог удерживать свое сознание достаточно ясным.

Гууар не знал, было ли увиденное сном или явью. Просто в очередной раз попытавшись приоткрыть глаза, заметил огромную чужую фигуру, напоминающую статую, стоявшую на острове, где он встретился с богом.

Раан медленно шел, поднимаясь к площадке от центра деревни, держа в руке страной формы палку. Гууар знал, что это оружие, похожее на то, каким пользовалась в прошлое появление Кровавая Богиня. Раан раньше объяснял ему, как оружие применять, как держать и на что нажимать. Сейчас он сам крепко сжимал рукоятку, хотя и не направлял на яриц.

Увидев Богиню, на секунду замер, а после пошел быстрее. Гууар радовался, что никто из его соплеменников не стал нападать, видимо, хватило ума понять, что эта добыча им не по зубам — вокруг бога сияло небесное пламя, которое обжигает до смерти.

Осторожно отвязав богиню от столба и крепко прижимая к себе, Раан стал осматриваться. Ярицы предусмотрительно отступили дальше, отчего Гууар искренне восхитился их догадливостью.

Потом тяжелый взгляд пришельца замер на статуе Богини, а после он резко поднял свою палку и статуя взорвалась, осыпая мелкими кусками притаившихся довольно далеко жителей. Многие из них тут же вскочили и унеслись прятаться за хижины и только воинам хватило выдержки остаться на месте. А вождь даже смог угрожающе

поднять копье.

Никакого внимания на копье Раан не обратил. Он медленно повернулся к почти лежащему неподалеку Гууару. Окружающее его пламя неожиданно стало стихать и почти сразу полностью исчезло.

Раан забросил оружие за спину, сделал один шаг и наклонился над подопечным, протянул руку, дотрагиваясь до его головы, погладил, стараясь не смять гребень. Потом резко достал из-за пояса еще одну палку — оружие поменьше и протянул рукояткой вперед.

И сказал что-то странным и чужим голосом, больше похожим на кашель. Среди глухих звуков Гууар разобрал только свое имя и понял, что с ним прощаются.

Через секунду Раан уже уходил, унося свою богиню, а Гууар крепко сжимал странное оружие, неожиданно придавшее ему сил. Губы сами собой растянулись в довольном оскале.

Он жив. Да и вообще сегодня — не такой уж и плохой день.

История умалчивает, что произошло с Гууаром.

Через несколько лет совет тайтов по наблюдению за малоразвитыми разумными расами добрался до давно заброшенной Стекляшки, которая когда-то была центром многих громких скандалов и всегда связывалась с именем Шалье, давно уже вместе с женой улетевшего в составе посольства к людям.

Никаких чужеродных вмешательств, кроме одного, в быте яриц комиссия не обнаружила.

А насчет этого одного, вот оно — прямо посреди самого крупного поселения, на площадке, выложенной неровными камнями, возвышалась статуя тайта с длиной ионной пушкой в руке. Взгляд его был не менее красноречив, чем схваченное в камне угрожающее движение руки, поднимающей оружие.

На постаменте статуи была выбита надпись.

'Тот, кто не вмешивается'.

(C) август 2010