Два выхода
Шрифт:
Она, Катрин Дион, относилась к человеческому роду, как и её покойный муж Капир Айшерэ. Они оба никогда не жаловались, что относятся к этой расе, которую многие представители других рас считают самой слабой. Но у человека много возможностей, и он успевает многое за свою короткую жизнь, совершить как хорошие поступки, так и плохие.
Губы скривились в горько-печальной улыбке, а воспоминание о муже вновь всколыхнуло сердце и память.
Это был красивый парень лет двадцати трех. Чёрные глаза, шоколадные волнистые волосы чуть кучерявились и мягкими волнами прикрывали
У неё же была ментальная магия среднего потенциала, которую она развивала, чтобы та поспособствовала учёбе и дальнейшей работе в дэпломаты*.
Красивая встреча и ухаживание сына великого человеческого учёного Ландэ Айшерэ ей, конечно, польстили, но и сам Капир, излучая обаяние и красоту, смог влюбить в себя белокурую красавицу Катрин.
Многие завидовали, а она гордилась, была счастлива и не замечала многого.
Не замечала, каким странным становился её парень в определённые дни, как, бывало, его сопровождают странные личности, относящиеся к расе дроу. Как при встрече с самим учёным, его отцом, тот рассматривал её с определённым интересом, и ненавязчивые вопросы, что задавались, её не трогали и не волновали до поры до времени.
Юная девушка-студентка была очень счастлива, влюблена и старалась учиться на «отлично», чтобы в нужный момент стать на тропу высшего общества в образе жены Капира Айшерэ.
Мидэ* Катрин Айшерэ Дион — звучит просто замечательно и очень ласкает слух, её слух в первую очередь.
Звоночек тревоги прозвенел, когда один из репортёров, что был приглашён на её свадьбу, тихо спросил:
— Вы уверены, что вступая в семью Айшерэ, сможете быть счастливы со своим суженным? — глаза стального цвета блеснули из-под кустистых бровей. — Ведь вы видите лишь красивый фасад, а что за ним вам пока не знакомо.
— О чём вы? — в голосе невесты невольно послышались тревожные нотки, но затем она воскликнула, — Мы любим друг друга и будем счастливы!
— С мужем…. может быть. А вот с его отцом… — И видя испуганное состояние девушки, и то, что к ним спешит охрана, журналист быстро закончил, — Посмотрим, что будет через год, самое большее — через два.
Мужчина, раскланявшись, растворился в толпе гостей.
Капир тогда смог её успокоить и очень хорошо отвлечь, и этот странный журналист стёрся временно из её памяти.
Однажды, после четырёх месяцев супружеской жизни, Капир пришёл от своего отца, где он бывал в гостях, в почти невменяемом состоянии. Увидя Катрин, мужчина тут же набросился на неё со страстными объятиями и поцелуями.
Такого жаркого и дикого секса у них ещё не было, но молодой жене такой напор очень понравился, и та отдавалась с ещё большим порывом и отзывом. Если раньше он вёл себя мягко и нежно, то в ту ночь Капир сжимал её тело сильнее, целовал яростней, то прикусывая нежные части тела, то впиваясь в податливые нежные губы. Ореолы сосков ныли и требовали ещё и ещё страстных покусываний, сосаний, ласк. Тело с восторгом принимало отметки мужской ласки в виде засосов или отметин от
Но на утро о бурной ночи муж даже не вспомнил, а Катрин постаралась не напоминать, чтобы не видеть растерянные и злые чёрные глаза. Но её память и ещё несколько дней не сходившие отметины не давали ей забыть, они заставляли тело всё время вздрагивать от возбуждения.
Но жизнь не стоит на месте, а мечты и молодость подгоняют к чему-то, пока не ведомому, но уже не такому далёкому.
Девушка пропадала в самом престижном офисе, составляя планы, документацию, примерные речи, доклады. Начальство её хвалило, и даже намечались проекты, где она уже сама будет вести переговоры с двумя фирмами.
Капир же был начальником строительной компании, которая только недавно начала существовать. А вечерами рядом с камином они шептались о своих мечтах или вспоминали о детстве или курьёзных случаях на работе.
Всё у них было идеально, но вот что-то неуловимо тревожное витало вокруг, и всё больше проникало в повседневную жизнь четы Айшерэ-Дион, в особенности, когда муж Капир уходил к отцу Ландэ Айшерэ.
Через три месяца после той жаркой ночи молодая женщина почувствовала недомогание. Радостное волнение и предвкушение затмили все тревоги и проблемы.
Одноразовое заклинание о распознавании беременности повергло в яркий и всепоглощающий восторг, ведь она носит долгожданного и любимого ребёнка.
Решив приготовить праздничный ужин, Катрин ждала, когда Капир прибудет с работы, чтобы обрадовать хорошей новостью.
Но этот вечер так и не состоялся.
Муж вновь пришёл каким-то невменяемым и с лихорадочным блеском во взгляде. Он что-то бормотал себе под нос, а его руки срывали с себя одежду. При виде жены он, лишь на миг остановившись, грозно приказал:
— Мы немедленно уезжаем. Собирай необходимые вещи. Дом и всё, что здесь останется, будет законсервировано.
На попытки спросить, что случилось, мужчина рычал и подталкивал к быстрому выполнению приказа. Пришлось, как всегда, подчиниться, ведь в их семейной жизни мужчина считался главным, и прямые приказы должны выполняться беспрекословно.
Они покинули мегаполис и его окрестности уже в ранних рассветных лучах.
Капир несколько недель выбирал сотни разных направлений и дорог, и каждый раз было непонятно, куда он так спешит и почему выбирает тот или иной маршрут.
Муж стал походить на параноика. Во всех он видел угрозу своей семье, страх подталкивал тело и разум, они постоянно были в напряжении, отчего появились недосып, лихорадка, упадок сил, бред и странные разговоры с воображаемым Волком.
Катрин боялась из-за этого рассказать о своей беременности, но из-за тошноты, перепадов настроения и обмороков ей всё же пришлось рассказать о ней. Капир замер, но потом с удвоенным рвением принялся искать место, где бы они могли раствориться и исчезнуть, спрятаться от НИХ. Кто эти загадочные ОНИ, молодая женщина так и не узнала, зато очень порадовалась тому, что Капир всё же нашёл своё убежище, а значит и покой.