Двадцать пятый кадр
Шрифт:
— А как вы думаете, что же так усиленно искали у вашего сына?
— Мне кажется, он заснял что-то очень важное, может быть, этот материал мог кого-то скомпрометировать или насторожить.
Я с жалостью посмотрела на скорбную фигуру женщины, ее печальные глаза. Она и не подозревала, в каком деле был замешан ее сын, но хотела узнать причину его смерти. Хватит ли у нее мужества принять еще одно неприятное известие о своем сыне, возможно, оно принесет ей новые страдания.
— Расскажите подробно, чем Вадик
— Ну, камеру и фотоаппарат я ему подарила. Он очень увлекся съемками, я думаю, что это занятие помогло ему уберечься от соблазнов улицы. Он учился на последнем курсе политехнического института, правда, перешел на заочное отделение.
— А почему? Какие причины? — Я еще раз поразилась наблюдательности Свистунова. Интуиция его не подвела, Киселев действительно был студентом.
— Он стал зарабатывать на съемках свадеб, торжеств. Еще они ездили в военные части, где фотографировали солдат и их фотографии наложенным платежом отсылали в семьи. Эта работа нравилась ему и доход приносила. А после диплома устроиться по специальности сложно. Он решил пока заниматься этим делом.
— А с кем он ездил в военные части? И вообще, с кем совместно работал, какие у него были друзья?
Женщина замолчала, обмякла лицом, ушла в свои воспоминания.
— Я даже не знаю, что конкретно сказать о друзьях. Димка Крутиков и Стае в основном ходили к нему.
С Димкой они ездили калымить в часть. О чем говорили, я даже не вникала. Да и проблем с Вадиком не было. Он всегда предупреждал, куда уходит, а когда задерживался, звонил.
— Если помните адреса друзей, запишите их, пожалуйста.
Она взяла ручку и листок, аккуратно вписала адреса и фамилии.
— Помогите мне, вы моя единственная надежда, — женщина смиренно и тихо забормотала, по ее щекам катились слезы. Она выглядела совсем беспомощной. — Я заплачу, сколько надо.
. — Мне не хочется вас обнадеживать, а тем более объяснять некоторые причины, по которым я уже занялась изучением именно этого печального события. Смерть вашего сына — это только одно звено в этой цепочке. Так что я уже имею гонорар, и об оплате с вашей стороны не может быть и речи.
«Ничего себе, совпадение», — подумала я. Теперь мне действительно очень захотелось позвонить Мельникову. Он-то должен знать, что происходит в родном городе. Серийные кражи, явно липовый «несчастный» случай. А вдруг Мельников поможет с дополнительной информацией и обрисует картину этих странных грабежей.
Я набрала нужный номер. Телефон занят, значит, он дома. Ничего, подожду.
На другом конце провода наконец взяли трубку. — Слушаю вас, — донесся сдержанный голос. — Привет, Андрей. Это Иванова Татьяна тебя беспокоит. Очень хочу встретиться с тобой сегодня, — я говорила вкрадчиво, но настойчиво.
— И, как всегда, по делу?
— Да, очень нужна твоя светлая голова. У меня тут не все вытанцовывается. —
— А в другое время нельзя? — Видимо, Мельников все еще надеялся, что отмахнется от меня сегодня.
— Андрюша, я понимаю, что порчу твой выходной, но очень надо обсудить один вопрос, — по его сопению я уже поняла, что он настраивается на мою волну, — причем срочно, так как один товарищ, замешанный в этой истории, уже не подает признаков жизни.
— Ладно, — капитулировал Мельников. — Подъезжай через час, встретимся где всегда.
«Где всегда» означало кафе «Ласточка», но названия Мельников не произносил вслух, просто если менял место встречи, то перезванивал мне из автомата. Конспирация была небольшим пунктиком моего хорошего друга. Я просто возрадовалась, что удивительно быстро договорилась с ним о встрече и не пришлось выискивать его по другим телефонам.
Иногда Андрей, совсем задерганный работой, мог запросто позвонить мне, и тогда я помогала ему по-новому взглянуть на события.
Вероятно, когда занимаешься сосредоточенно каким-либо делом, внимание начинает притупляться, и некоторые мелочи если и фиксируются автоматически, то могут не произвести должного эффекта.
Я всегда стараюсь впитывать информацию, как губка, не только глазами и ушами, но всеми органами чувств. Затем идет долгая сортировка увиденного, я обдумываю миллионы возможных сочетаний, даже самых нелепых.
Придерживаюсь строгой связи между поступками, событиями и судьбами людей, выявляю все закономерности, анализирую и выстраиваю множественные линии поведения тех или иных людей. Иногда поступки людей не подчиняются логике, ведь каждый человек специфичен И именно интуиция и ощущение другой личности помогают определить действительную причастность того или иного человека к какому-либо событию.
Кафе «Ласточка» действительно напоминало залетную птицу среди бетонных, железных конструкций. Двери, окна и даже вывеска были сделаны под благородное дерево. Внутри уютно расставлена натуральная деревянная мебель, никакого пластика и синтетики, все со вкусом, под старину, благородно и чинно.
Я заказала мороженое, фрукты и с удовольствием наблюдала за движением прохожих на улице.
Из окна виднелись лотки с мороженым, киоски с газетами, пешеходы медленно шли по своим делам.
— Привет, — отвлек меня от созерцания улицы Мельников. — какое у вас ко мне, мадемуазель, дело?
— Привет, Андрей. Ты сегодня очень галантен. Может быть, готовишься к дипломатическому приему?
— Нет, в мэры готовлюсь. И в мои обязанности входит выслушивать жалобы и просьбы населения, я ведь именно по этому поводу здесь? — пошутил Мельников.
— Неужели? — я наигранно удивилась. — А где же ты возьмешь столько денег, чтобы скупить голоса избирателей? Может быть, ты наследство получил?