Две партии. Том 4
Шрифт:
«Синдром самозванца? Нет, что вы, никогда не слышал», – в тон ему ответил я.
Лифт я проигнорировал, поднялся на лестнице. В приёмной меня встретили сразу три мага.
Хааса и Корта я прекрасно знал. Сам этих бойцов несколько лет назад собрал по кускам, потом помог решить накопившиеся проблемы. Сильные и преданные – поэтому я и определил их в охрану тети.
С третьим магом я тоже много общаюсь, но по другим вопросам – Руперт ван Нормайен, старший сын герцога и его наследник. Он подскочил со своего места,
Остальные ограничилась лишь парой фраз. Верно, их задача охранять, а не кланяться.
Кабинет тети Амалии огромен и роскошен. Мебель из дорогих пород дерева, древние скульптуры, золотые украшения, картины известных мастеров и множество артефактов. В таком месте Амалия похожа на королеву, в отличие от ее гостей.
«Если не ты, то я обречена пускать пыль в глаза», – как-то пошутила тетушка.
За эти годы Николас ван Нормайен изменился слабо. Длинные светлые волосы, зеленые глаза, приятное лицо.
«Милый толстый ежик, который сожрал множество змей и хочет еще», – в очередной раз повторил Янус. И он прав.
Николас оказался умнее и опаснее, чем я думал. Он без колебаний отдал три из четырех поместий за долги, но на деньги, полученные от меня, купил все земли вокруг последнего. Там организовал несколько производств, которые снабжали армию и колонии. Залатав дыры в бюджете семьи, обменял свою политическую поддержку на акции в моей компании.
Не забывал он и про своих родственников – в подчинении у Николаса сотня чародеев. И они активно продвигались по службе во всех сферах.
В совете герцог голосовал так, как прикажет Карл, но сам придерживался умеренных взглядов, поэтому смог сохранить хорошие отношения со всем клубком змей.
Это позволило Николасу выступать третейским судьей, когда сталкивались интересы благородных и вольных магов. И получать за это благодарность от обеих сторон.
Пару раз мы устраивали тренировочные бои. Конечно, до Сайруса ему далеко, но Николас легко мог получить второй ранг, а также звание мастера нескольких боевых школ. Но он предпочитал быть скромным изумрудом и подмастерьем. Так ежику легче есть самоуверенных змеек.
– Ваша светлость, рад вас видеть. Я ожидал вас через несколько дней, – я отвесил положенный поклон, после этого тепло поприветствовал тетушку.
– Герцог де Вард передает вам низкий поклон и приносит свои нижайшие извинения. Он просил передать это как можно быстрее, – улыбка Николаса свидетельствовала, что за скорость ему очень хорошо заплатили.
– Передайте де Варду, что я встречусь ним, когда буду в столице. И пусть он хорошо подумает о своих поступках.
– Теперь мы можем вернуться к скучным цифрам со множеством нулей, великие политики? – спрятав улыбку, спросила Амалия. Я мысленно застонал, но сел за стол и стал слушать.
Тетя начала создавать компанию
После битвы за столицу я получил привилегии от принца – освобождение от налогов и исключительные права на поставку товаров на Иллирию. Раньше я жаловался на слежку от благородных родов, но это нельзя сравнить с интересом купцов, почувствовавших запах колоссальной прибыли.
За полгода нам удалось собрать жуткую человеческую химеру, которая занялась повторным заселением Иллирии под постоянной угрозой атаки нежити.
Как всегда, подарок Карла оказался с двойным дном. Да и не подарок это, а замаскированная сделка с правосудием, потому что отобрать «честно нажитые» миллионы правительство не смогло.
Сейчас на Иллирии всего один город с полумиллионным населением. И компания тети всем его обеспечивает. Кажется, что можно извлекать колоссальные прибыли, но это не так.
Большую часть товаров мы производили сами, но самые важные приходилось закупать на стороне. И наши контрагенты пользовались этим, задирали цены до небес.
Например, из-за нежити и прямого запрета Карла на развитие сельского хозяйства почти все продовольствие приходится завозить. Житницей Арда была Ормандия, оставшиеся районы с трудом обеспечивали потребности метрополии, поэтому еду везли с Вильгельмины. Естественно, в такой ситуации зерно было золотым и продавать его приходилось себе в убыток.
Фактически, прибыль нам обеспечивают маги и солдаты. Они зарабатывали больше всех на планете, не смотрели на цены и охотно спускали деньги на ветер. Мы просто вовремя поставили мельницы. Были еще социальные проекты, которые мы тянули на себе.
– Как всегда всю прибыль съедают бетон, больные и дети, – подвел итог герцог ван Нормайен. Тетя наградила его тяжелым взглядом. Николас тут же поднял руки. – Нет-нет, я не возражаю, но хотелось бы получить от этого что-то здесь и сейчас.
– Герцог мы не раз это обсуждали, эти проекты рассчитаны на десятилетия, – спокойно ответил я. – Эффект будет, но не сразу.
– Да, но кто-то получает от них результаты здесь и сейчас. А кому-то придется ждать десятилетия чужой милости.
– Что-то случилось? – насторожился я. Обычно Николас действовал тоньше, когда говорил о «честном разделе».
– Ничего-ничего, просто я слышал о небольшом инциденте в академии. И готов оказать помощь за соразмерную компенсацию. Ван Нормайены всегда ценили молодые таланты.
– Я подумаю об этом, ваша светлость, – сухо сказал я.
– Тогда не буду обременять вас своим присутствием. Надеюсь, мы встретимся у де Вардов, Маркус.