Шрифт:
Альтернативщик
Рано утром с десяток немолодых мужчин и женщин, подтянутых и не очень, создавали легкий ажиотаж возле санаторской столовки. Жаворонки бодро топтались у закрытой двери, прочие, сдерживая зевоту. вяло отвечали на приветствия. Дама в возрасте, потирая больные коленки, хвалила массажиста. Наступающий день пока никого не радовал.
Самые дальновидные стояли поодаль, пряча за спины пакеты с термосами и ланч боксами. Всех объединял спортивный стиль: цветные флиски и лыжные
Пропикало восемь, и нетерпеливый мужик подергал дверную ручку.
– Открывай, Галя! – раздалось изнутри. – Лыжники подошли. Не спится им, малахольным!
Замок щелкнул, и аромат кофе, приправленный запахом омлета ударил по рецепторам.
Спустя пять минут о бывшем изобилии напоминали лишь грязные поддоны на линии раздачи. Граждане, разобрав еду, расползлись по залу.
Вяло жуя надоевшие блинчики, я наблюдал, как запоздавший турист с подносом зыркает по сторонам в поисках свободного места.
«Подойдет или нет?» – загадал я. Закончить завтрак хотелось в одиночестве.
Мужичок направился в мою сторону.
– Здесь не занято? – спросил он и, не дожидаясь моего ответа поставил поднос на стол.
Еда в его тарелках поражала несочетаемостью: молочная каша, котлеты, корейская морковь и творог.
– Приятного аппетита! – буркнул он.
– Взаимно, – и я рассмотрел подошедшего. Лысоватый, в очках. Близкие капилляры предавали его лицу красноватый цвет. Кератомы на черепе подтверждали элегантный возраст, а явная сутулость на неприятие спорта и возможные проблемы со спиной.
«Один из тех, кто в молодости, встав на лыжи, так никуда и не доехал!» – ехидно подытожил я.
Сосед, между тем, нехотя поковыряв кашу, отодвинул тарелку и вытащил бутылку с коробкой.
Котлетки, ветчина и морковь улеглись в ланчик и выбор мужиком еды обрел логику. В "Тапервер" он налил сок и, спрятав провизию, вышел.
За ним поспешил и я. Трансфер в Поляну уже стоял и мои сборы походили на армейский подъем.
Отдышался я только в автобусе. Свободных мест оказалось мало, и я плюхнулся на ближайшее. Рядом у окна уже сидел мой утренний сотрапезник.
Оценив мой бравый вид: старую куртку, штопанные штаны и каску в наклейках, он спросил:
– На каком курорте катаетесь?
– На Горках.
– А там трассы широкие? Народу много?
– В основном серпантин. Людей хватает.
– Тогда зачем вы туда едите?
– За снегом. Паудер только в лесу остался.
Не уловив смысл ответа, но ощутив мой авторитет, сосед продолжил расспросы:
– Хочу лыжи поменять. Какую марку порекомендуете: Head, Fischer или Atomic?
– Дело не в фирме, а в стиле катания. Надо посмотреть на вас, а потом советовать.
– А у вас какие
– Большие. Очень…
– Поехали вместе на Газпром. Там хорошо, солнца много. И у меня с собой есть…, – он многозначительно похлопал по рюкзаку.
– Как-нибудь потом, – улыбнулся я.
– Горки-город! – крикнул водитель и, увидав что я встал, спросил: Опять один? Никто не выходит?
Вытаскивая лыжи из багажника, я заметил, как мой сосед с интересом прильнул к окну.
На ужине мой утренний собеседник, уже ничего не спрашивая, сразу подсел ко мне.
– Как покатался? – неожиданно перейдя на «ты» спросил он. Его другой, по сравнению с завтраком, эмоциональный фон сомнений не вызывал.
Озираясь по сторонам, мужик достал из сумки "Тапервер" и налил стакан. Пары «Изабеллы» вмиг наполнили пространство между нами.
– Будешь? – спросил он. – Там, правда, не совсем вино. Я еще беленькой немного… Для куража
– Предпочитаете коктейли?
– С детства не люблю горечи и вставляет лучше, – ответил он и вдруг предложил:
– Давай на «ты»! Меня Иннокентий зовут.
«Звучит как отец Онуфрий!», – подумал я и, сдержав улыбку, представился: Алексей.
Утро следующего дня повторило предыдущее. Совместный завтрак, места в автобусе и настойчивое предложение покататься на Газпроме.
Я задумался. За вчерашний день, стараниями райдеров, паудер исчез даже в лесу и, решив немного отдохнуть, я дал себя уговорить.
Поднявшись наверх, мы одели лыжи. Россиньоли моего компаньона и впрямь выглядели узенькими коньками на фоне моих «лопат».
– Знаю хороший спуск – предложил я. – Go!
– Не торопись! Давай здесь начнем! – Иннокентий указал на длинный, почти без уклона, учебный склон и пытаясь разогнаться, толкнулся палками.
Я заскользил рядом и что бы лучше наблюдать подопечного, перевернулся спиной вперед.
Тот ехал по прямой, с трудом набирая скорость. Лицо его блаженно улыбалось, и я понял, что он счастлив и вполне доволен собой. Такого учить только зря портить!
Спустившись еще пару раз: Кеша по прямой, а я задом наперед, мы разошлись. Я – кататься дальше, напарник – отдыхать.
Часа через три я подъехал на место встречи.
Солнце, перевалив зенит, нещадно топило снег, склон кишел множеством разноцветных комбинезонов, хотя Иннокентия я увидел сразу.
Устроившись на солнцепеке, тот разделся догола и с интересом наблюдал окружающий мир. Красок в палитру его благодати добавляла ополовиненная "Тапервер" и «Let my people go», орущая из телефона на всю горку. Люди улыбались, глядя на него.
Присмотревшись, я понял: сейчас Иннокентий выглядит намного гармоничнее чем утром.