Дверь в неведомое
Шрифт:
Вент ответил, что его религия тоже запрещает, поэтому он пьет эту штуку. Она, мол, приятно пахнет хорошим вином и язык пощипывает, а на самом деле – компот компотом.
Тогда ладно. Я позволила налить полный бокал и осушила его одним глотком. И впрямь язык пощипывает, а так – ничего особенного.
Мы поболтали еще немного о том о сем. В основном Вент спрашивал, а я с удовольствием рассказывала. О моем мире, о моих привычках и обо всем остальном. Компот заканчивался.
Я заметила, что чувствую себя странно – как будто до упаду играла на компьютере или только что проснулась. И сказала об этом
Тут Вент посмотрел на меня как-то странно и спросил, как я насчет того, чтобы исполнить предназначение, о котором написано в пыльном свитке.
Я ответила:
– Ага!
Вент слил в бокалы то, что оставалось на дне кувшина, из ниоткуда появилась девушка и забрала его, заменив полным.
– В нашей стране последнее время происходит нечто страшное…
Вент наклонился ко мне, и я заметила, что глаза у него – темно-синие…
– У нас появились разбойники, владеющие магией, и они уже полгода терроризируют наше королевство!
– А что у вас за королевство? – спросила я сонно.
– Священное Неделимое Королевство, Включающее в Себя Земли Синей Равнины, Обрамляющие Горы, Горы Священных Родников и Большое Озеро с Прилегающими Землями, – произнес Вент так, что каждое слово получилось как бы с большой буквы, и я поняла, что все это – название королевства.
– Занимает всю ойкумену, – прибавил Вент в порядке комментария. – Мы, ученые, не исключаем возможности разумной жизни и за пределами королевства, но пока это не доказано.
– А наш мир?! – возмутилась я.
– О, существование иных миров не подлежит сомнению, – уважительно сказал Вент, наливая нам еще по бокалу.
– А вы ученый? – спросила я и заметила, что моя речь стала как будто не очень твердой.
– Да, я не паладин. Вассалы короля, обладающие землями и замками, – пояснил он, – могут быть либо паладинами – рыцарями высокого мастерства, владеющими магическими навыками, либо учеными.
Я в первый раз в жизни увидела ученого. Но мне всегда казалось, что ученый в любом мире обязан носить очки и строгий серый костюм, а Вент был разодет прямо-таки как попугай и больше походил на калифа какого-нибудь. Но все равно он мне понравился: одно слово – симпатяга.
– Так вы поможете нам? – спросил он с надеждой.
– Что мне нужно будет делать?
– То же, что вы сделали с моим эскортом, – Вент усмехнулся. Вообще, он бывал серьезен крайне редко, чаще всего улыбался или усмехался. И еще в фас он был похож на какого-то артиста. На какого именно – не помню…
– О\'кей! – бесшабашно согласилась я.
– Вчера мы уже отправили к праотцам часть шайки, осталось самое трудное – поймать и уничтожить главаря.
У меня на душе стало нехорошо оттого, что кого-то придется уничтожать. Но я, как в «Унесенных ветром», решила подумать об этом завтра.
Мы поболтали еще, но я уже теряла интерес ко всему на свете, мне зверски хотелось спать. Пришла та девчонка в шароварах забрать посуду, и я, сама не ожидая от себя такого свинства, схватила ее за кофточку из прозрачной материи вроде капрона и закричала, что своим видом она оскорбляет мои религиозные чувства. Я же воительница и должна быть грубой. Девчонка была едва ли намного
Глава II Последний воин
Максим Крейц
Я видел, как Дима поднял что-то с земли и спрятал в карман и как Катя вдруг сорвалась с места и побежала куда глаза глядят. Мои очки не полностью исправляют близорукость, и поэтому происходящее на расстоянии метров двадцати я мог видеть не совсем четко, но одно знал наверняка: когда Катя отбежала достаточно далеко, метров на сто, Дима исчез. В один миг.
Я крикнул Кате, чтобы она вернулась и объяснила, что произошло, но она не услышала меня. Я подумал, что то место опасно для человека, да и все наши удивительно быстро поддались панике. Я хотел подобраться поближе и попытаться получить информацию хотя бы из астрала, но Оля схватила меня за руку и потащила за собой, так что я даже не успел ничего больше произнести.
Мы остановились, пробежав почти километр. Никто ничего не мог понять. Оля была напугана больше всех, бедняжка.
– Макс, что там произошло?
– Я не знаю. Наташа, ты запомнила, что там за место?
– Нет, я вообще не могу ориентироваться в этой фиолетовой степи.
– Пожалуй, я тоже.
Я огляделся, но только по примятому ковылю смог догадаться, откуда мы прибежали. Порыв ветра почти изгладил и этот след. Тут я понял, что вся долина покрыта небольшими, приблизительно в человеческий рост, холмами. Из-за высокой травы создавалась иллюзия, что степь ровная. Но стоило отойти совсем немного, и то место, где ты был только что, скрывалось из виду. Поэтому казалось, будто Катя ушла уже так далеко, что пропала за горизонтом, хотя на самом деле между нами не было и двух километров.
– Макс, куда делась эта дурочка? – словно прочитав мои мысли, плаксивым голосом спросил Игорь.
– Меня больше интересует, куда пропал Дима. Катя просто за ближайшим холмом, и с ней, скорее всего, все в порядке, – ответил я не очень уверенно.
– Тогда нужно ее найти!
– Погоди. Ты не читал братьев Стругацких, «Пикник на обочине»?
– Нет.
– Тогда мне будет сложнее объяснить… Есть такое понятие – странное место, с неизвестными физическими законами. По Стругацким – Зона. Не та, что тюремная, а такая, в какой, возможно, находимся все мы. И путешествовать по ней надо, зная все ее законы, иначе пропадешь.
– Как Димка?
– Да мало ли как! Главное – помнить, что опасность может подстерегать где угодно, понимаешь?
– Ой, – «все понял» Игорь, – вон человек сидит, давай у него спросим!
И, не дождавшись, пока я ему посоветую не делать этого, он подбежал к тому человеку.
Впрочем, ничего не случилось. Я почувствовал, что ему можно доверять. Я спросил у Наташи, и наши мнения совпали, на астрале в его биополе преобладало чисто красное: сильный лидер, ответственный человек.
Незнакомец обернулся. Внешне он напоминал викинга – очень светлые волосы, крепкий. Одет в лохмотья и продранную в нескольких местах кольчугу. Лицо его было равнодушным, но чувствовалось, что у него горе. Или что он очень устал.