Дверь в преисподнюю

Абаринова-Кожухова Елизавета

— Ну, тут уж ничего не поделаешь, — вздохнул Альберт. — Не под забором же кости закапывать, верно?

— Есть у нас другая задумка, — понизил голос Гробослав, — создать в этом уголке Кремля что-то вроде памятного места, где можно было бы помянуть всех невинно убиенных — от Марфы до князя Григория. А то ведь даже могилки от нашего князя-батюшки не осталось!

Вполуха слушая Гробослава, барон отодвинул полочку стола и посмотрел на блюдечко с золотым яблоком. Но изображения там не было.

— И что

за памятное место? — спросил он, задвинув полку.

— Усыпальница пускай стоит, где стояла, — хихикнул Гробослав, — а впереди нее установим изваяние нашего благодетеля князя Григория! Его можно заказать хоть в Новой Мангазее у тамошней знаменитости каменотеса Черрителли.

— Ну хорошо, это мы обдумаем, — кивнул Альберт. — А покамест назначь точный день погребения и рассылай приглашения. И еще, — добавил он, когда Гробослав был уже почти в дверях, — загляни к Херклаффу и попроси его зайти ко мне.

— А вот это едва ли, — покачал головой Гробослав.

— В чем дело? — нахмурился барон.

— А я как к тебе шел, видел твоего Херклаффа. Он как раз на крыше стоял…

— На крыше?

— Ну да, на крыше. Сначала руками размахивал, а потом вдруг обернулся коршуном и улетел.

— Колдун, — с уважением протянул Альберт. — Жаль, а он мне нужен был. И в какую сторону он полетел, ты не заметил?

— Туда, кажись, — не очень определенно махнул рукой Гробослав. — Ну, в сторону Мухоморья, чтоб его…

Оставшись один, барон Альберт извлек из стола блюдечко с яблоком и, подражая давешним движениям Херклаффа, попытался «настроить изображение». Однако ничего не получалось — обращение с колдовским скарбом требовало особых знаний и навыков, коими Альберт, увы, не обладал.

* * *

Доблестные рыцари под предводительством почтенного Зигфрида уже битый час плутали по коридорам королевского замка, но не встретили ни одной живой души. Несколько раз они попадали в тронную залу, дважды — в трапезную, но по большей части путь их лежал через длинные однообразные коридоры или анфилады полузаброшенных нежилых комнат. Наде подумалось, что рыцари сейчас похожи на коллективную мадам Грицацуеву, заблудившуюся в бесконечных переходах Дома Народов, а может, еще и на героев Дж. К. Джерома, имевших неосторожность войти без опытного провожатого в Хемптон-Кортский лабиринт.

— Да что они тут, вымерли все? — громыхал Беовульф. — Эй вы, прекратите испытывать мое терпение! Что вы там, в отхожем месте, что ли, спрятались? Найду — замочу!

— А может быть, так и было задумано? — предположил дон Альфонсо. — Для того, чтобы нас вконец измотать, притупить нашу бдительность и напасть, когда мы меньше всего этого ожидаем.

— Скажу одно — подобные блуждания не для моих преклонных годов, — подытожил Зигфрид. — И вообще, друзья мои, давайте

решать, что делать будем.

Вперед выступил один из рыцарей — юноша с густой копной светлых волос:

— Господин Зигфрид, я так полагаю, что нам следует идти прямо в покои Его Высочества. Не уверен, что мы застанем там самого Виктора, но, может, хоть что-то узнаем.

— Что ж, Одиссей, ваши слова не лишены толики здравого смысла, — согласился предводитель. — Жаль только, мы не знаем, в какой части замка находятся покои Виктора…

— Я знаю, — заявил Одиссей. — Ведь раньше я состоял пажом при Его Величестве и по юной любознательности исходил замок взад и вперед.

— Ну так что ж ты молчал? — возмутился Беовульф. — Веди нас скорее!

— Надеюсь, это не слишком далеко? — спросил Зигфрид.

— В меру, — усмехнулся Одиссей. — Так-так, дайте сообразить. Ага, сейчас туда, — указал он вглубь бесконечного коридора, — потом наверх по лестнице, а там уж совсем близко.

Вскоре вся толпа рыцарей остановилась перед неплотно прикрытыми дверями.

— Здесь? — кратко спросил Зигфрид.

— Кажется, здесь, — не совсем уверенно ответил Одиссей. — Если, конечно, с тех пор Виктор не перебрался в другие покои.

— Ну так давайте проверим, — предложил Беовульф.

— Да, пожалуй, — согласился Одиссей и толкнул дверь. Перед ним открылась просторная, скромно обставленная горница. За столом, откинувшись в кресле, сидел Его Высочество Виктор и дружелюбно смотрел на вошедшего.

— Добро пожаловать, господа, — как ни в чем не бывало произнес он, увидев за спиной Одиссея остальных рыцарей. — Очень мило с вашей стороны, дорогой Одиссей, что навестили меня. Помнится, мальчиками мы с вами очень дружили…

— Нет, ну вы только посмотрите! — не выдержал Беовульф. — Его пришли свергать, а он тут, понимаете ли, зубы нам заговаривает!

— Погодите, Беовульф, — остановил его Зигфрид. — Будем действовать по правилам. Одиссей, приступайте.

Одиссей сделал шаг в сторону Виктора:

— Довольно пустых разговоров, Ваше Высочество. Объявляю вас низложенным. Законная же власть возвращается к нашему королю, Его Величеству Александру.

— Да здравствует король! — нестройным хором грянули господа рыцари.

— А вас, Виктор, я попрошу оставаться в своих покоях, — сказал Зигфрид, когда крики стихли. — После того как мы займем замок, будем решать, что с вами делать.

— По-моему, вы его уже заняли, — невесело усмехнулся Виктор.

— А где Длиннорукий? — не выдержал Беовульф. — Вот уж его я собственноручно повешу прямо на стене!

— Бежал нынче ночью, — вздохнул Виктор.

— Жаль, — прогудел Беовульф. — В таком случае, вешать придется Ваше Высочество.

— Надеюсь, со мной поступят по закону, — голос Виктора дрогнул.