Дверь в...
Шрифт:
После этого я решительно схватила его за рукав и выволокла во двор, настаивая на том, чтобы он немедленно отправлялся на охоту, потому что я не поеду в город с голодным вампиром под руку!
И вот теперь я наблюдала этого совершенно беспомощного и растерянного ребенка, который смотрел на меня так, будто я отправляю его на войну.
– Иди! Другого выхода все равно нет! У тебя все получится, по-другому и быть не может. Просто вспомни, как ты делал это, - я смело показала
Он вздохнул, и я закатила глаза, когда он ступил на лесную тропинку с таким видом, будто его подстерегают там чудовища.
Я успела съездить на встречу с агентом и вернуться в дом, полностью собрать чемодан и заказать такси, пообедать и прикрыть мебель перед отъездом прежде, чем Эдвард вернулся. Это произошло в полной тишине. Только что кресло пустовало, а когда я снова обернулась к нему, Эдвард уже сидел там, вальяжно развалившись и глядя на меня своими красивыми сверкающими глазами.
– А-ах! – заорала я от неожиданности, а потом покачала головой, мысленно убеждая себя, что придется привыкать к этому. Мы были очень разные, и нам предстояло жить вместе. Что это принесет мне в дальнейшем?
Сердце колотилось как бешеное, но я отметила, что Эдвард выглядит более чем спокойным.
– Ну как? – прошептала я заворожено, пытаясь себе представить, как выглядела его «охота». – Удачно?
– Просто невероятно, - кивнул он и расслаблено улыбнулся. – Живая кровь куда вкуснее консервированной. – Он облизнулся – совершенно плотоядным образом. Чтобы скрыть охвативший меня ужас, я закатила глаза. Что ни говори, но, несмотря на обманчивую внешнюю безобидность, Эдвард был опасен, я небезосновательно боялась его. Это то же самое, что плавать с ручными акулами: пока они сыты, и ты невредима, это вроде бы безопасно, но стоит пролиться капли крови, и ты оказываешься среди обезумевших хищников.
И мне придется как-то жить с этим страхом. Не бросать же его одного! Я чувствовала за него ответственность.
В чем-то Эдвард действительно походил на ребенка. Такси везло нас в Сиэтл, и вампир с таким жадным любопытством разглядывал окружающий мир, что я не могла не улыбаться. В его глазах было море удивления и океан интереса, когда он качал головой, увидев что-то для него особенное, или выворачивал шею, провожая взглядом какой-нибудь заинтересовавший его предмет.
Только один раз он задал вопрос, остальное время мы молчали.
– Неужели все эти дома построили люди? – выдохнул он, рассматривая десятиэтажное здание Олимпии, через которую мы проезжали.
– А ваш друг – он откуда? – тут же подозрительно спросил таксист, который уже битый час разглядывал Эдварда в зеркало заднего вида. Разумеется, в Форксе все друг друга знают, и я приехала одна, а уезжаю с парнем. Это должно было его заинтересовать.
Прежде, чем Эдвард раскрыл свой глупый рот, я вцепилась в его руку, изо всех сил ее сжимая.
– Мой спутник долго жил в уединении, -
– А-а, - понимающе протянул шофер, и я с облегчением выдохнула, когда Эдвард не стал спорить. Хотела отнять руку, но Эдвард не выпустил ее, накрыв второй и удерживая с собой рядом. Решив, что ему нужна моя поддержка, я уступила, пытаясь игнорировать приятное покалывание, возникающие вовсе не от холода его кожи, но от нежного прикосновения. Я пыталась думать, что он просто нуждается во мне, и это прикосновение не несет в себе ничего личного, но упрямые мурашки доказывали мне обратное.
Вообще, начиная с прошлого вечера, Эдвард настойчиво пытался нарушить границы моего личного пространства. Только мои убеждения в том, что это неуместно, держали его на расстоянии. Но я понятия не имела, насколько долго меня хватит, если мы собираемся жить вместе.
В Сиэтле я взяла машину напрокат – у Эдварда не было документов, чтобы лететь на самолете. Эту проблему нужно будет решить в ближайшем времени. А пока – мы отправились в пятнадцатичасовой путь до Биллингса, где располагалась моя однокомнатная квартира на четвертом этаже.
– Меня поражает размах, с которым вы тут живете, - восхитился Эдвард, как только мы остались наедине. Мимо нас проплывали многолюдные улицы Сиэтла и высотные здания с яркими вывесками.
– А у вас не так? – удивилась я, ведь Эдвард рассказывал об их высоком технологическом уровне.
– В нас силен инстинкт хищника, - пояснил Эдвард. – Мы не живем в городах. Наши жилища находятся друг от друга на приличном расстоянии, границы их четко обозначены. Места, где можно встретить много вампиров вместе – это фабрики и заводы, но мы не бываем там постоянно, а только работаем. Причем один вампир способен выполнять огромный объем работы в одиночку, ему не нужны помощники.
– Как же вы общаетесь?
– Редко, - коротко ответил он. А затем, когда я непонимающе нахмурилась, продолжил: - Несмотря на кажущуюся цивилизованность, Белла, дружба между вампирами – большая редкость. Семейные узы существуют только между влюбленными. Мы можем годами не видеть своих друзей. Эммет и Джаспер, которых ты слышала – мы встречаемся один или два раза в году, остальное время существуем раздельно, можем даже не поинтересоваться, как идут дела, созваниваемся лишь по деловым вопросам. Даже наше общее дело мы ведем каждый в своей части материка. В вампирах очень сильно развит инстинкт территории. При неожиданной встрече мы не обнимаемся, как старые друзья – так принято только в вашем мире. Наши отношения, даже старые, приятельские, всегда настороженные.
Я могла только посочувствовать его образу жизни, мне он казался неправильным.
– Думаю, тебе не стоит слишком показывать свою неосведомленность, - предупредила я, вспомнив подозрительность таксиста. – Это выглядит странно и может привлечь к тебе ненужное внимание и опасные вопросы.
Эдвард снисходительно ухмыльнулся:
– Да что вы, люди, можете сделать мне!
<