Движда

Козлов Сергей Сергеевич

Пока Константин листал Библию, железные ворота закрылись. Звонить второй раз было

бессмысленно.

Платонов повернулся к воротам спиной и внимательно посмотрел в тяжелое осеннее небо.

— Вот, Андрей Викторович, был я движда, а теперь кто? Трижда? — вопросил он то ли к небу, то ли к доктору в недалекое прошлое. — Помолись обо мне, раба Божия Мария... — попросил у серых туч Константин, и они вдруг прямо на глазах просветлели.

Просветлели и посыпали крупными красивыми снежинками, и застывшая ребрами и ухабами на земле грязь удивительно быстро сменилась белоснежным пушистым покрывалом. Уже через несколько минут под ним не видно было дороги, жухлой листвы и травы, был только чистый лист, на котором можно было оставить первые следы.

Настоящая русская зима все же настала.

* * *

Человек с Библией в руке брёл по этой бесконечной белизне. Время ещё было...