Двое для трагедии
Шрифт:
– После пар сядем в библиотеке и подтянем твою физику, – сказал я, уже предвкушая эти счастливые часы.
– У меня сегодня четыре пары, – сказала Вайпер. – Я освобожусь раньше.
– У меня тоже четыре пары, значит, можем встретиться сразу после пар.
На самом деле, у меня было не четыре, а три пары, но я с удовольствием был готов подождать ее. А солгал я потому, что уже немного изучил ее характер и понял, что малейшее ожидание или безвозмездная услуга принимается ею слишком тягостно.
– Отлично, тогда встретимся там, – ответила она на мое предложение.
Мы
«Почему она так удивляется? Неужели в этой эпохе женщины настолько самостоятельны?» – невольно подумал я.
Вайпер поправила свою кофту и посмотрела на меня.
– Пообедаем сегодня вместе? – предложил я.
Вайпер вдруг густо покраснела, и только сейчас я понял причину ее неловкости: она стеснялась. Я оглянулся вокруг и увидел удивленные взоры студентов, наблюдавших за нами. Мне нужно было рассеять ее страх и помочь ей перебороть стеснительность. Я взял руку любимой и мягко притянул Вайпер к себе, пытаясь защитить ее от любопытных взглядов. Она покраснела еще больше.
– Прости, я чувствую себя так неловко! – прошептала она.
– Не обращай внимания на этих людей – им просто нужен новый повод для сплетен, – тоже прошептал я.
И, взявшись за руки, мы направились к входной двери, все еще ощущая, как все глазеют на нас. Несколько раз я чувствовал, как Вайпер лихорадочно сжимала мою ладонь, и в ответ я крепко, но, не причиняя ей боли, сжимал ее ладошку.
– Давай встретимся у столовой, на большой перемене, – предложила она, когда пришел момент расставания на время пар.
– Хорошо. Я буду ждать тебя. – Я поцеловал ее руку, и мы разошлись по своим аудиториям.
Весь день, со всех сторон, я слышал, как шептались между собой девушки и мои однокурсники: «Наконец-то, этот Морган нашел себе подружку. А кто она?» и «Неужели этот нелюдим снизошел до какой-то девушки?».
Меня раздражало это любопытство. Но мысли о том, что я любил Вайпер и что она со мной, помогали мне высидеть скучные пары и не обращать внимания на сплетников. Это было странное чувство – знать, что теперь я отвечал не только за свою жизнь, но и за жизнь Вайпер, чувствовать, что я не один, что рядом со мной есть девушка, которую я люблю, и которая любит меня.
Любит?
Этого я не знал, но чувствовал, что небезразличен ей. И мне хватало этого, чтобы быть счастливым.
***
Я зашла в аудиторию, и в меня тут же впились десятки взглядов: однокурсники наблюдали за мной: все улыбались саркастически, некоторые – добродушно, но красивые девушки мерили меня взглядом, будто спрашивая: «Что в ней нашел Седрик Морган?».
Этот назойливый интерес заставил меня ужаснуться, но затем мне удалось взять себя в руки. Я села в полупустой первый ряд, чтобы лекция отвлекла меня, и чтобы хоть на какое-то время забыть о Седрике.
Сзади меня шепталась стайка девушек, прерывая свой шепот смешками, и я чувствовала, как их взгляды прожигали мне спину, но мне
Пара прошла быстро, потому что я не думала ни об окружающих, ни о Седрике, а полностью сосредоточилась на физике. На перемене никто не заговаривал со мной, и мне стало одиноко от мысли, что теперь у меня нет подруги, которой я могла бы доверить свои мысли и которая поддержала бы меня. Вокруг меня были одни насмешки, или наоборот – равнодушие. Казалось, новость о том, что я и Седрик приехали в университет на одной машине, доставила сплетникам долгожданную пищу для разговоров.
К концу перемены ко мне за парту вдруг подсела Юлия. Ее появление рядом со мной удивило меня: вчера вечером она позвонила мне, чтобы узнать какой выбор я сделала, и я без обиняков сказала ей, что я выбрала Седрика, и что такая лицемерная подруга мне не нужна. Юлия отреагировала на эту новость раздражением и плохими словами, но я вовремя отключилась.
И вот, она подошла, села рядом со мной и загадочно улыбнулась, но в ее красивых глазах и улыбке чувствовались презрение и холод.
– Так, так, кто у нас здесь? Предавшая подруга, которая увела моего парня? – елейным голоском сказала она.
– Твоего парня? Кажется, твоим парнем еще недавно был Ян, – спокойно ответила на это я.
Юлии следовало бы, наконец, понять, что ей больше не удастся манипулировать мной.
– Да, моего! Седрик мог быть моим, если бы не вмешалась ты! – тихо прошипела она.
Я пожала плечами.
– Мы обе знаем, что это не так, – ответила я и испытывающее посмотрела в ее наглые глаза, но она даже не моргнула.
– Интересно, и на что он польстился? Как ты умудрилась его подцепить? – все тем же сладким голосом продолжала Юлия.
Подцепить… Как рыбу на крючок. Но Седрик – не рыба, а я – не крючок, цепляющий парней. Слово «умудрилась» тоже вызвало во мне негодование.
– Ты прекрасно знаешь о том, что я не бегала за ним и уж точно не пыталась его «подцепить». Я понимаю, что тебя это бесит, но знай – тебе не удастся разозлить меня: теперь я узнала твою истинную сущность, и больше никогда не пойду у тебя на поводу. – Я усмехнулась, увидев, что Юлия презрительно хмыкнула.
– В любом случае, ты ничего не докажешь! Почти все наши однокурсники – на моей стороне, и они считают тебя легкодоступной шлюшкой! Тебя же поддерживают только заучки, которые завидуют моей популярности и красоте! Я знаю тебя: ты сломаешься, ведь ты так зависишь от чужого мнения! Стоит только сказать тебе обидное слово, как ты тут же захлебываешься в слезах!
Я слушала ее ядовитые речи и удивлялась тому, насколько слепой была все эти три года! Где был мой разум?
– Возможно. Но, Юлия, ты никуда не развиваешься, ты стоишь месте, и вскоре все поймут, какова ты на самом деле. И не надейся – я не сломаюсь! Моей вины здесь нет. К тому же мнение окружающих меня мало интересует, – твердо сказала я.
– Ха! Бедняжка, ты так ослеплена тем, что он выбрал тебя! Но подумай сама: надолго ли это? Такие парни, как Седрик, не выбирают для серьезных отношений таких, как ты!