Дворник
Шрифт:
– Алё!?
– Сам ты алё, Алекс! У меня ситуация критическая! Клиент рвет и мечет! Призрак сошел с ума, и в эту сауну, чтоб четгер её с собой утащил, вообще не зайти! («Четгер» – Чёрт, с могольского языка, родного для Терабатын).
– Блин, Терабатын! Да я же сказал, экзамены у меня сейчас! Именно прямо сейчас! – заорал я в трубку.
– К сырникам какой-нибудь соус желаете? – немного некстати встрял неслышно подошедший бармен.
– М-м, давайте сметанки, – прикрыв рукой микрофон ответил я.
– Сметанки? К сырникам? – спросил бармен с таким видом словно стал свидетелем гнуснейшего преступления. – Может, всё же с шоколадным сиропом?
– Нет,
– Какой еще сметанки, Алекс? – вновь завопила трубка. – Ты знаешь какие деньги на кону?
– Терабатын, все завтра. Завтра! Сегодня никак, – устало буркнул я в микрофон и нажал отбой. Уф-ф. Что-то последнее время общение с Терой начинает меня напрягать. Покосившись на бармена, расставлявшего передо мной тарелки, я выбросил эти мысли из головы. Вау! Вот это запах! Бес с ней этой Терабатын. До завтра потерпит.
Расплатившись по счёту и провожаемый печальным взглядом Бао я поплелся обратно. Время пролетело совсем незаметно, я только и успел напоследок глянуть шпоры. Со сметаной, кстати, прикол был вот в чем. В этом мире, история сельского хозяйства ничем особым не отличалась. Те же козы, куры, свиньи и овцы. Естественная фауна также была если и не в один, в один как на Земле, то очень близка к тому. Но, были и отличия, за счёт деятельности Одаренных-природников. Одной из таких животинок, поразивших меня при встрече, была огромная (не знаю, как даже и обозвать) – кроле-овца. Я как первый раз это увидел, думал никогда не развижу. И кстати, помимо очень ценящейся шерсти этот огромный половик ещё и молоко выдает. И даёт его много. Из молока, делают сыры и различные другие продукты, включая уже упомянутую сметану. И как-то так так исторически сложилось, что местные её используют как основу для супов и для соусов, а в чистом виде употреблять сметану брезгуют считая это гастрономическим извращением.
Вернувшись обратно в «Зал испытаний» я снова оказался в экзаменационной аудитории. В отличие от прошлого экзамена аудитория была забита больше чем наполовину. Много их. Мдя, а я и не знал что физика такой сложный предмет. Экзаменатор пока еще не подошел, поэтому я плюхнувшись на самую дальнюю парту со скуки принялся рассматривать класс. А вот и знакомые лица! Та же «вумная» девчонка с косичками, и ещё… Да собственно и все. Остальных я даже вспомнить не мог. Не иначе совсем старшие курсы.
– Бах, – громко хлопнула дверь и в аудитории вновь появился профессор Рейдерс. Забавно, он у нас всю пересдачу принимать будет?
– Бу-бу-бу, – быстро пробормотал профессор всё тот же речитатив про «алчущих», закончив свой спич негромким: – Готовы?
– Готовы, – недружно отозвалась аудитория.
– Вот и хорошо, – с этими словами Рэйдерс раздал всем экзаменационные листы, и молча вышел из класса.
Странноватая ситуация. Где экзаменационная комиссия? Почему за нами вообще никто не присматривает? Или? Я принялся лихорадочно оглядываться по сторонам прикидывая где тут могла располагаться камера видеонаблюдения. Гм. Не видно её. Либо совсем микроскопическая. Судя по остальным, растерянно озирающимся студентам, они подумали тоже самое.
Я почесал затылок, но так и не найдя для себя объяснения случившемуся, принялся рассматривать задание. Оно оказалось не сказать, что слишком и сложным, но так сразу не разберешься. Вот, например: Подразделение установило на передовой орудие массой 40 тонн. После того как оно упало под удар «Холодом», его температура резко изменилась с + 36 °C до – 42,2 °C. Удельная теплоемкость металла 0,45
Блин! Точно помню в школе что-то похожее решал. Кстати, забавный факт. Продолжая тему параллелей с нашим миром – наименования физических величин: температуры, теплоемкости, энергии – ничем особенным от прошлой жизни не отличались. Конечно, не с моим попаданческим косноязычием разбирать что есть ху, но тут мне сильно помогло «приземлени» именно в Макадемию. Упускать такой рояльный шанс стать здесь «своим» было бы полной глупостью. Поэтому старался учиться, учиться и еще раз учиться как завещал Великий Кормчий. И это дало свой результат – мои знания школьной программы даже на минимальном уровне соответствовали местным школярам. Но, к сожалению, для экзамена это было недостаточно. Что же, придется применить свое тайное оружие.
– Аки!? – негромко прошептал я.
– Брати-и-ик! – раздался шипящий голос прямо у меня в голове.
Вот жеж! Вот сколько с ним не тренировался, а все равно звучит страшновато. Спрятавшийся во мне Аки и был моей тайной вундервафлей. Мелкий (к моему удивлению) знал всю Макадемическую программу как бы не лучше преподавателей. Объяснить решение ему было трудно, это да. А вот ответ на любую задачу он давал мгновенно, и что самое главное – правильный. А мне собственно это и нужно было. Экзамен то в виде тестов. Знай подчеркивай правильный ответ и всего делов.
– Помогай!
– 1407,6 МДж.
– Ок! Следующая задача! Про град от ледяного заклинания.
– 6,1–9,2 г, – прошипел Аки даже не запнувшись.
Так и пошло. Нашептал задачу призраку задачу, а он мне ответ. Закончили мы, в итоге, раньше всех, но что бы не палиться пришлось выждать какое-то время и сдать экзаменационные листы в числе самых последних. Фух, как камень с души свалился. Самое сложное сдано. Осталась только литература.
– Алекс!
– Да профессор, – ответил я обратившемуся ко мне преподавателю.
– Я рад за вас, – благожелательно кивнул он мне. – Очень рад что вы оправились после, гм, болезни и решились вернуться к обучению. Ваш отец, – профессор запнулся, потеребив край своего одеяния, и после минутного молчания продолжил: – Мы с ним очень хорошо общались. Соболезную вашей утрате.
Внезапно вставший комок в горле, помешал мне связно ответить, и я выдавить только: – П-П-п-почему?!
Рэйдерс понял меня с полуслова, – Алекс, этим я мог навредить не только себе, но и вам. Знания о том, что мы с вашим отцом были друзьями. Лучше пусть останутся тайной.
Я только кивнул в ответ. Слова, как и силы внезапно оставили меня. На душе творилось что-то непонятное. Окружающее подернулось тонкой дымкой, а слова профессора стали доноситься будто через ватное одеяло.
– И Алекс, – профессор положил мне руку на плечо. – Мы ещё пообщаемся на эту тему, но, не сейчас. Идите, у вас совсем скоро начало следующего экзамена.
Выйдя из аудитории на подкашивающихся ногах, я прислонился к стене в попытке отдышаться. Твою ж дивизию, да что это со мной? Почему на меня так влияют все эти предания старины глубокой? Что мне до все этой истории, ведь я не Александр Рораг, а все тот же Леха Дворников! Или всё-таки в этом теле осталось что-то от оригинального персонажа? Да не-е… Бред. Если о таком думать и с ума недолго сойти. Это в фантастических романах в одной голове два сознания легко уживутся, а в реальности дело закончится шизофренией. Я не удержавшись нервно хихикнул, – хотя, если честно, а я то где? Как раз в самой забубенной фантастике и нахожусь. Про попаданцев, млин..